Министрам заткнули рты

• Михаил Романов

Пока что журналисты, имеющие доступ в Белый дом, могут беспрепятственно ходить по всем этажам и стучаться почти во все кабинеты. Есть лишь одна запретная, так называемая премьерская, зона, которая ведет в кабинет Виктора Зубкова и куда мимо суровых сотрудников ФСО не прошмыгнет даже мышь.

Пресс-служба правительства раздута до неприличия, и журналистам, как убедился наш корреспондент, получить ответ даже на самый простой вопрос непросто. По двум разным телефонам «РР» сказали, что непосредственно разработкой таких положений они не занимаются, а, являясь структурными подразделениями департамента информации, решают совсем другие вопросы, например связанные с аккредитацией. На просьбу дать телефон приемной главы пресс-службы нам сообщили, что это… сугубо «внутренняя информация». Кстати, сам господин Жаров, глава правительственного департамента пресс-службы, информации и протокола, ранее заявлял, что для журналистов созданы «максимально комфортные условия работы» и сотрудничество с прессой, по его мнению, «эффективно и не требует коррекции».

Президент Фонда защиты гласности Алексей Симонов сказал корреспонденту «РР»: «Это дисциплинарная мера, направленная на борьбу не с болтливыми чиновниками, а с редакциями газет и журналов. Делается все, для того чтобы в изданиях не было уже никогда известной журналистской формулировки “как нам сообщил наш источник в правительстве”».

Примерно в том же ключе ситуацию прокомментировал и Алексей Волин, бывший заместитель руководителя аппарата правительства России: «Это телодвижение очень в духе нынешнего кабинета — на бумаге выглядит красиво, и ладно.

Я не совсем понимаю, какой такой секретной информацией располагают сотрудники нижнего и среднего звена. У них нет доступа к инсайду. Так что журналистам от этого не должно быть ни жарко ни холодно. Я также не представляю, что такое респектабельное издание, как “Русский репортер”, например, вдруг напишет: “Как нам разъяснила суть трехлетнего бюджета гардеробщица Марья Ивановна…” Так что положение это не более чем имитация бурной деятельности».

Между тем корреспондент «РР» все-таки решил на условиях анонимности пообщаться с тем, кого в правительстве называют чиновником среднего звена. «Журналисты, слава богу, и так не знают нас в лицо, чтобы подходить за комментариями, — сказал он. — И я не понимаю, как пресс-служба правительства нас собирается ловить: остается лишь завладеть мозгом или вживить под кожу чип. А если серьезно, то при необходимости организовать утечку информации, эту задачу легко решить, обратившись к знакомым журналистам».

Примечательно, что, когда Михаил Фрадков прощался с Белым домом, в своем последнем напутствии Виктору Зубкову он пожелал новому премьеру быть открытым для прессы. Однако Зубков одним из первых своих распоряжений запретил трансляцию заседаний кабинета минист­ров. Журналистам оставили лишь право послушать вступительное слово премьера и после нескольких часов ожидания задать воп­рос основному докладчику.

Фото: Александр Миридонов/Коммерсант

• Скандальный закон о штрафах за нарушения на митингах претерпевает изменения. Взыскания вроде бы снижаются, но массовые гулянья становятся вне закона
• В Федеральной службе судебных приставов создано специальное розыскное управление
• В триста кун заплатил бы он виру