Старый Шнур

• Анна Немзер

Сначала (году эдак в 2002–2003-м) Шнур (лидер «Ленинграда» Сергей Шнуров) был опальным диссидентом. Во-пер­вых, он ругался матом, во-вторых, узнав о том, что он ругается матом, мэр Лужков запретил ему приезжать в Москву. В-третьих, Шнур тогда под это дело грозился группу разогнать, но, конечно, не разогнал, а только фанатов довел до инфаркта.

Затем с опалой стало хуже. Потому что «Ленинград» продолжал успешно существовать, играл концерты, светился на MTV, где выигрывал творческую битву у надежды нашей эстрады — юноши Децла. Шнуров тоже времени не терял: снимался в модном артхаусе (фильм «4» режиссера Хржановского), судился с «Гала-рекордз» и давал интервью направо и налево. Какая уж тут опала!

Последний перед «Авророй» диск «Ленинграда» назывался «Хлеб» — это была эстетская пластинка, построенная на цитатах и пародиях. Там были песни «под Дельфина», «под Высоцкого» и уморительное творение, где гимн группы («www.leningrad») переплетался с Ленинградской симфонией Шостаковича.

Одна из тех песен (как раз та, что «под Высоцкого») была выстроена как монолог возмущенного фаната: тот ругался, зачем Шнуров предал идеалы прошлого: «Вот раньше были времена, и ты давал тогда сполна» и «А нам не нужен этот рэп, давай нам песни про сов­деп или про зре-ли-ща и хлеб!». В альбоме «Аврора» учтены все пожелания этого фаната.

«Ленинград» вернулся к истокам. Рэпа, речитатива и речевок нет. Есть солнечная ямайская музыка под названием ска, с которой Шнуров и начинал когда-то, выводя на сцену мощнейшую духовую секцию. Более того — он почти избавился от непременной для Ямайки наркотической идеологии: заменил траву на бухло («дайте бананов, марихуаны» — то были ошибки молодости). За что мы Шнуру благодарны? У нас разные группы играют ска (например, отличная питерская команда Ska Jazz Review), однако кто выходил с этим на широкую эстраду? Только Шнур. И еще Верка Сердючка.

Так вот, снова ска, и эта тонкая музыкальная ностальгия становится лейтмотивчиком альбома, выстроенного очень продуманно. В первой песенке — цитата из себя, любимых, стареньких («мы играем, мы бухаем» — когда-то было «мы болеем, мы бухаем»),

последняя песенка — и вовсе ремейк «Дачи». То есть имеем кольцевую композицию. В середине — опять все по-старому: сугубо частная жизнь того самого простого мужика, хорошего парня Сереги, дикого мужчины и так далее. Он по-прежнему любит баб, он вырос на фильмах про ковбоев, но слыхал про Паганини, у него ремонт (тема — под дых, и нет такого мужика, который бы не подписался под каждым словом одноименной песни). То есть никакой социалки, как раньше, а если о демократах или «нашистах» речь заходит, то только потому, что впервые баба не дала нашему герою не из-за чего-нибудь, а из политических соображений.

Альбом получился веселый — всем понравится. Под него танцевать хорошо; а зажигать под «Ленинград» на корпоративных тусовках — это просто такой бренд; песню про менеджера среднего звена запускают ближе к концу, когда все уже хорошо поддатые и добрые.

И все бы ничего, но получается, что Шнурову, бедолаге, вообще ни шагу в сторону сделать нельзя — а его тянет, тянет. Ему бы или цитатку какую-нибудь ехидную подпустить (и тут не удержался и все-таки записал песенку «Паганини»), или порефлектировать вволю — а ему, как Шарапову: «Не надо этого выпендрежа, ты “Мурку” давай!» Ему б в опалу — а его в кино снимают и в ток-шоу зовут. Того гляди заставят новогодний

«Голубой огонек» вести вместе с Веркой Сердючкой. Если, конечно, ее в опалу не отправят — за политические высказывания.

• На «Евровидении-2012» Россию представляли «Бурановские бабушки». Если вначале никто не верил в успех певиц из глубинки, то ближе к финалу к голосованию за россиянок подключились все. В итоге — второе место и звание народных артисток
• Как делается крупнейший джазовый опен-эйр в России
• Party for everybody