Защитим рыбу от воды

• Борис Жуков

На сайтах ряда природоохранных организаций появилось заявление «российской экологической общественности». Под ним 56 подписей, в том числе несколько весьма уважаемых. Воззвание призывает не верить Федеральному агентству по атомной энергии (Росатом), объявившему о программе переселения жителей села Муслюмово.

Дескать, коттеджный поселок для переселенцев строится возле все той же радиоактивной реки Течи, и в этой очередной показухе соучастником Росатома выступает российский офис Всемирного фонда дикой природы (WWF).

Для справки: река Теча в 1949–1951 годах была основным каналом сброса радиоактивных стоков флагмана советской ядерной индустрии комбината «Маяк». Позднее комбинат построил пруды-накопители, позволившие уменьшить (но не прекратить) поступ­ление радионуклидов в реку, но в 1957 году после знаменитой аварии на «Маяке» по Тече прокатилась дополнительная радиоактивная волна. В 1953–1961 годах из поймы многострадальной реки были выведены 22 населенных пункта. Но одно из самых крупных потеченских сел — Муслюмово осталось на месте.

С начала перестройки жители села, а также экологические и правозащитные организации требовали отселить и его. Атомное ведомство долго сопротивлялось, ссылаясь на то, что радиационный фон в самом селе (16–20 микрорентген в час) не превышает пределов естественного. Это правда, но фон протекающей в нескольких сотнях метров от домов реки и ее поймы до сих пор неприемлемо высок (хотя «Маяк» утверждает, что сейчас ничего в Течу не сбрасывает), а других источников воды в селе нет.

В конце концов летом 2006 года Росатом решился на отселение. Причем максимально цивилизованное: переселять людей туда, куда они сами захотят. Люди захотели разного: кто в райцентр Кунашак, кто в областную столицу Челябинск, кто к родственникам в разные концы страны (в этих случаях переселенцам выделялось пособие на покупку жилья — 1 млн рублей на семью). А около 300 семей предпочли не покидать родные места и переехать на железнодорожную станцию Муслюмово, что в 4 километ­рах к югу. Недалеко, но скотина до радиоактивной речки уже не дойдет, дети в нее не забегут, вода в колодцы не просочится…

Это место люди выбрали сами. Не Росатом, не «Маяк» и даже не WWF, а те, кому там жить.

Можно не любить Росатом, не верить ни его риторике, ни его программе (хотя, если вдуматься, уж коль скоро он раскачался на строительство нового жилья, какая ему разница где? Почему обязательно в зоне заражения?). Можно игнорировать то, что в последние годы ядерщики делают многое из того, чего от них давно требовали зеленые. Понятно, даже сладость победы — ничто по сравнению с возможностью продолжать видеть в оппоненте абсолютное зло.

Но муслюмовцев-то защищают не от коварных атомщиков, а от их собственного выбора! Оказывается, экологические активисты в разных отдаленных от места действия городах лучше знают, что полезно для жертв ядерной индустрии. А кто не согласен с такой постановкой вопроса, тот, как поется в известной песне Высоцкого, «ренегат и гад, тому на задницу наклеить дацзыбао!». Что и было проделано с WWF, не имевшим вообще никакого отношения к проекту отселения Муслюмова и повинным лишь в том, что посмел публично назвать черное черным, а белое белым.

Справедливости ради следует заметить, что невосприимчивость к самому понятию «свобода», — доходящая порой до прямо-таки оруэлловских кондиций, когда свободой величаются запреты («зона, свободная от ГМО»), — свойственна не только зеленым. В наших широтах этой мозговой гнилью удивительно легко заражаются все, включая идейных либералов и даже профессиональных защитников прав потребителей. С другой стороны, 56 имен, какими бы авторитетными ни были некоторые из них, — это еще не все зеленое сообщество. И все же…

Ребята, где у вас тут в ренегаты записывают?

• ВМА не хочет за город
• От редакции
• Земельный рынок в городах развивается по заветам Марка Твена. Активность застройщиков на аукционах растет, однако администрации не могут предоставить им качественные участки. Ситуацию способны улучшить договоренности с монополиями и развитие на федеральных землях