«Пророссийский» кандидат

• Павел Бурмистров

Выбор Обамы закономерен. Чернокожий кандидат в президенты строит свою кампанию на решении внутриамериканских проблем. Приглашение в напарники Байдена призвано уравновесить позиции Обамы в спорах с его соперником — рес­публиканцем Джоном Маккейном, который в своей агитации делает упор на международные вопросы. Обама показывает избирателям, что, если он станет президентом, внешняя политика США не будет хромать.

В случае победы демократов именно Байден будет оказывать наибольшее влияние на внешнюю политику, в том числе и в отношении России. Теперь, когда наши взаимоотношения с США накалились из-за грузинской агрессии в Южной Осетии, выбор Обамы особенно важен для Москвы.

Не­удивительно, что сразу же посы­пались комментарии по поводу взглядов Байдена на мировую политику и отношения с Россией. Выяснилось, что он первым из американских официальных лиц посетил в Тбилиси Михаила Саакашвили и что на днях он отказался от поддержки соглашения о сотрудничестве России и США в области мирного атома. Аналитики сделали вывод, что Байден — «ястреб» и его выдвижение в вице-президенты не сулит России ничего хорошего. Тем более, что Обама выбрал Байдена после того, как Маккейн сравнялся с ним по популярности с помощью своих антироссийских заявлений. Стало быть, Байден должен усилить антироссийскую составляющую предвыборной кампании демократов. Впрочем, более пристальное внимание к биографии этого человека позволяет взглянуть на ситуацию иначе.

Байден не просто хороший специалист по внешней политике — он специалист именно по России: уже более 30 лет он активно занимается российским направлением в американском конгрессе. Эта его деятельность началась еще в 70-е годы, в эпоху разрядки, когда СССР и США удалось существенно улучшить двусторонние отношения и подписать ряд важнейших соглашений по разоружению. Причем Байден был активным сторонником этой политики, так что в российском МИДе его знают давно. И, по словам наших мидовских источников, он зарекомендовал себя человеком жестким, но адекватным и знающим Россию, с которым всегда можно было нормально разговаривать и договариваться.

Байден действительно поехал в Грузию к Саакашвили, но он же был единственным американским политиком, позвонившим в первые дни конфликта главе российского МИД Сергею Лаврову. И судя по тому, что разговор состоялся, Лавров не ждал от Байдена пустой воинственной риторики и не услышал ее. Сенатор отказался от поддержки соглашения с Россией по мирному атому, но оно и до войны в Грузии висело на волоске: в конгрессе лежали взаимоисключающие предложения о поддержке и об отказе от соглашения, причем предложение о поддержке исходило именно от Байдена. Теперь же, когда в США стали лихорадочно перебирать различные меры «наказания» России, первым делом набросились на полуживое атомное соглашение, и Байден, естественно, поспешил отказаться от этого безнадежного предприятия.

В США, стране с четким представлением о своей особой мировой миссии, все внешнеполитические деятели жесткие. Но среди них есть жесткие и вменяемые профессионалы, как Генри Киссинджер, а есть жесткие маловменяемые дилетанты вроде Дика Чейни. Джозеф Байден, к счастью, больше похож на первого. Можно надеяться, что, если Обама победит, Байден усилит внешнеполитический блок новой администрации, которой придется разгребать тяжелое наследство «ястребов»-неоконов, делая американскую внешнюю политику более гибкой и менее идеологизированной. Избиратели в США к этому, кстати, готовы. Многие сторонники Обамы уже выступили против слишком жесткой, по их мнению, антироссийской риторики своего кандидата по грузинскому вопросу.

• Соединенные Штаты урезали помощь Пакистану в знак протеста против заключения в тюрьму доктора, который помог найти бен Ладена
• Соединенные Штаты перестали быть лучшей страной для одаренных мигрантов. Те все чаще выбирают для переезда Китай, Канаду и Европу. В будущем это сулит стране большие проблемы
• Руководство JP Morgan Chase & Co. вместо бизнеса компании было озабочено лоббированием в Вашингтоне прожектов по ограничению финансовых регуляторных мер, что привело к обратному результату и дало почву для разговоров о разработке нового пакета мер контроля финансовых учреждений