Зачем нам кризис

• Виталий Лейбин
• Лейбин Виталий

«Фундаментальные основы нашей экономки очень крепки» — что-то в этом роде почти на одном бюрократическом языке говорят власти и США, и России, и других стран. И правильно. Они и должны это говорить.

Но все остальные совсем не обязаны так думать. На мой взгляд, ощущение стабильности существования и временности всех проблем — одно из самых опасных для ума. В том числе для такой формы коллективного мышления, которая называется политикой.

Кризис в этом смысле гораздо полезнее. В Америке демократы в голос осуждают топ-менеджеров Уолл-стрит, которые, вместо того чтобы использовать поддержку для спасения своих компаний, в массовом порядке выписывают себе многомиллионные бонусы. Типа берут бабки и направляются к выходу из офиса. В России в последние два года премии высшим управленцам тоже выросли в 1,5–2 раза. Имеют право, конечно…

Но когда появляется реальная угроза, вырастает спрос на солидарное поведение, именно поэтому американские демократы могут смело возмущаться, не без оснований надеясь, что это поможет им победить на выборах. Когда велико народное и политическое недовольство, бонусы могут и не гарантировать безопасность и личную свободу отдельных эгоистов в частном секторе и на госслужбе. Это переключение регистра в духе предвыборного лозунга Джона Кеннеди: «Не спрашивай, что Америка сделала для тебя, — спроси себя, что ты сделал для Америки».

Поскольку у нас в последние годы было принято, что государство занимается своими делами (например, поддержкой крупнейших банков и сырьевых компаний), а граждане — своими, то кризис нам особенно нужен. Не паника и не «негативные процессы», а реалистичное понимание того, что стабильности нет, что от стабильности до стабилизца — один шаг.

Без определенной национальной солидарности и связанного с ней праведного возмущения у нас, боюсь, тоже ничего не получится. Не получится, чтобы простые граждане не наделали в ближайший год глупостей с игрой на бирже и легкомысленным поведением на рынке труда, а государство не упустило шанс. У нас ведь огромные шансы: есть множество компаний, готовых к рывку, а в бюджете в ближайшие годы должно быть достаточно средств, чтобы попытаться по уму переделать, скажем, медицину и армию.

Самое интересное будет происходить не на отдельных пиках падения мировых бирж, а в «фундаментальных основах». Убедиться в справедливости такого рассуждения помогают уже не только тонкие профессиональные расчеты экономистов, но и самые простые вещи, которые понятны каждому, даже мне.

Ну вот пример. Почему у нас нет ипотечного кризиса? Потому что нет ипотеки. То есть потому, что замедляется строительство. То есть потому, что не выделяется земля и не подводится инфраструктура для массового жилищного строительства. Или вот у нас самая безопасная железная дорога в мире. Как шутят профессионалы — потому что самая медленная. Это разве не возмутительно?

Ощущение стабильности, то есть временности кризиса при «крепости фундаментальных основ», возмутительно само по себе. Потому что кажется, что можно не рисковать, отложить снижение налогов, борьбу с «административным рэкетом», не заниматься модернизацией медицины, образования или судов.

Не думать о стране — вообще должно стать возмутительным.

• Федеральный центр не сможет обеспечить динамичный рост экономики и улучшить качество жизни людей на всей территории страны, если региональные власти и развившийся на местах бизнес не станут в этом деле опорой
• Мы возвращается к базовым ценностям, где навыки важнее денег, полагает экономист Стин Якобсен
• Известный британский историк и экономист призывает вернуться к идеям Джона Кейнса