Без бумажки1

• Александр Шумский

Как сделать-то… — вопрошает женщина лет сорока у очереди, стоящей за загранпас­портами.

— Там написано, — кивает в сторону стенда с информацией пожилой мужчина.

Очередь оживляется, переминается с ноги на ногу. С разных сторон летят советы, как лучше и проще заполнить анкету на загранпаспорт нового поколения. На «старый» паспорт анкеты не берут, объясняя отказ выходом из строя сервера.

Приобщение к электронной культуре чем-то напоминает петровские реформы: никто не понимает, как пользоваться всеми этими новшествами, но делать нечего — царь-батюшка приказал. Для того чтобы самому заполнить анкету, нужны компьютер с выходом в интернет, принтер, навыки опытного пользователя и много свободного времени. Скачиваем программу определенной версии, заполняем анкету, настраиваем параметры печати и распечатываем. Несем в УФМС, там ее сканируют. Если что не так, повторяем все операции заново.

Для чего введен этот «перестроечный» электронно-бумажный вариант — непонятно (анкета заполняется в электронном виде, затем распечатывается, затем сканируется, чтобы снова перевести ее в электронный вид). Работает закон сохранения волокиты, несмотря на очевидно лишние расходы на бумагу, сканирование и посредников.

— В переулочке конторка есть, там все делают, — спокойно поясняет женщина с заполненной и отсканированной анкетой.

— И около метро есть, — вторит другая.

Из тридцати человек, толпившихся в УФМС, ничтожный процент — двое-трое — смогли заполнить анкету сами. Остальные воспользовались услугами фирмочек, во множестве расплодившихся вокруг: за тысячу-полторы рублей обладатели знаний, компьютера и принтера оказывают услуги населению. Волокита — это бизнес на издержках, который находит свое оправдание в том, что народные массы к современным сервисам еще не готовы.

Низы не могут?

— Порядка 80% активного населения России не используют в полной мере появившиеся возможности и не готовы в ближайшее время ими пользоваться, — утверждает Михаил Чеканов, руководитель отдела маркетинга продуктов «Рамблер Медиа». — Принятие электронных коммуникаций в обществе тянет за собой появление каких-то новых умений, знаний, обычаев, традиций. Основная проблема для большинства заключается в том, как начать ими пользоваться, преодолеть возникающий барьер.

Так что же, электронное бескультурье — это часть нашего национального характера? Поработавшие в западных компаниях специалисты удивляются нашему легкомысленному отношению к электронной переписке и слишком большому уважению к бумажке с печатью. Известны сотни случаев «компьютеризации» библиотек и даже школ, сводившейся к использованию компьютеров исключительно для демонстрации начальству.

Однако, как показывает опыт, особых проблем в освоении того или иного электронного сервиса у российских граждан обычно не возникает. Это только вопрос времени, а не ментальности. Те же банковские карточки уже никого не пугают, даже тех граждан, которые никогда не имели дела с компьютером.

— Скачок произошел где-то пару лет назад, — считает Михаил Чеканов. — Уровень проникновения интернета в коммерческую среду, особенно в средний и крупный бизнес, стал почти стопроцентным. Западные высокотехнологичные компании — в передовиках, но и остальные очень быстро принимают на вооружение все, что удобно и сокращает издержки.

В российском отделении компании Intel искренне удивляются, когда я задаю вопрос, какие электронные сервисы они используют в своей работе.

— У нас есть Intranet, — как о чем-то само собой разумеющемся говорит директор по технологической политике российского офиса компании Intel Дмитрий Ларюшин. — Он аккумулирует в себе все необходимые сервисы: почта, интернет, доступ к корпоративным ресурсам, телефония. Допустим, чтобы попасть на телеконференцию, на которой присутствуют коллеги, находящиеся где-то в Европе или Азии, нам не надо с домашнего телефона набирать междугородные номера и потом платить колоссальные суммы за переговоры. Мы не подписываем приказы на отпуск — для этого есть веб-ресурс, который структурирует разного рода информацию, и начальник в любой момент может увидеть, что происходит с тем или иным человеком.

Пока разные государственные ведомства носятся с введением систем электронного документооборота, рассказывает Дмитрий Ларюшин, в их компании только одна электронная почта практически свела к минимуму внутренний бумажный документооборот.

— Все внутренние коммуникации осуществляются по электронной почте. Для меня электронное письмо само по себе уже является документом. Подписался человек «С уважением, такой-то» — больше ничего не требуется. Конечно, письмо не является контрактом, который можно оспорить в суде, но это некое джентльменское соглашение.

Трудно представить, что на столе у чиновника вдруг исчезнут бумаги и рассосется очередь в приемной, но изменения неизбежны: то, что надо что-то делать, понимают уже и сами чиновники. Для них электронная культура не менее важна, чем для бизнеса. В первую очередь — как средство контроля, во вторую — как средство оптимизации деятельности неповоротливого аппарата. Со временем электронное письмо и в среде госчиновников станет документом. Разница лишь в том, что для бизнесмена руководством к действию является необходимость оптимизации бизнес-процессов, а для чиновника — законодательные изменения и указы сверху.

Верхи не хотят?

Основная проблема заключается в том, что электронная культура в нашей стране развивается преимущественно в угоду потребностям современного бизнеса, а не государства. Поэтому чиновники и не могут пре­одолеть «ослиный мостик».

Глава Федеральной миграционной службы Константин Ромодановский обещает, что в скором времени желающие смогут отправлять анкету на получение загранпаспорта из дома, через интернет, и очередь исчезнет. «В скором времени» — это через год-два. Так зачем было вводить сейчас этот никому не нужный и непонятный электронно-бумажный вариант? Оставили бы старый, а через год-два ввели бы сразу электронную анкету. Но в ФМС электронную картотеку на граждан уже создали, а организовать прием анкет по электронной почте пока не удается.

Теоретически отчетность в налоговую тоже можно послать через интернет — эта услуга введена еще в 2002 году. Но для перехода на безбумажную технологию необходимо обратиться к специализированному оператору связи (у каждой налоговой — свой список), заключить с ним официальный договор, приобрести специальное программное обеспечение, получить электронную цифровую подпись, и только после этого можно будет сдавать налоговую и бухгалтерскую отчетность в электронном виде. Нетрудно догадаться, что роль «доброй феи» здесь выполняет специализированный оператор связи: подписка на год для индивидуального предпринимателя стоит от четырех тысяч рублей и выше. Короче, проще отвезти отчетность самому. В бумажном виде.

На внедрение различных электронных сервисов в государственных структурах уходят годы. В бизнес-среде к электронной культуре сотрудников и клиентов приобщают практически моментально, но зачастую ждут, пока государство создаст все необходимые условия.

Недавно введенные в оборот по рекомендации IATA — Международной ассоциации воздушного транспорта — электронные билеты (e-ticket) для нас еще новинка, но в Европе это вполне обычная для международных авиакомпаний услуга, появившаяся еще в девяностых.

— Технологически электронные билеты можно было использовать гораздо раньше, но не было соответствующих нормативных актов, поэтому ввести эту услугу мы смогли только в марте 2007-го, — поясняет Сергей Быхал, директор по связям с общественностью авиакомпании «Трансаэро».

На внедрение электронных сервисов в госструктурах уходят годы. В бизнес-среде к электронной культуре приобщают моментально, но ждут, пока государство создаст необходимые условия

Чтобы начать продавать электронные билеты, компании потребовалось установить в аэропортах терминалы, закупить специальное программное обеспечение и придумать способ, чтобы человек, не имеющий навыков пользования интернетом, мог быстро понять, как оформить билет. По словам Быхала, уже сегодня есть направления, на которых используется только электронный билет. Его можно приобрести, не отходя от компьютера, нельзя потерять или забыть, а для полета не нужно ничего, кроме обычных документов: на стойке в аэропорту пассажир получает посадочный купон и через интернет регистрируется на рейс — просто и удобно. Количество пассажиров, предпочитающих его обычному бумажному билету, быстро растет:

— Я думаю, где-то между 2010 и 2015 годом все проблемы с государственной электронной культурой будут решены, — уверяет Михаил Чеканов.

Несмотря на то что определенной части чиновничества очереди и волокита приносят выгоду, государственные электронные сервисы будут развиваться очень быстро. Во-первых, потому что они находятся в окружении частных. Во-вторых, потому что более простой и ясный оборот электронных документов увеличивает возможность контроля, в том числе миграционного и налогового.

• Южный рынок ресторанов даёт ежегодный прирост в среднем на 10%. Выращивается он, в основном, региональными игроками: московские компании преуспевают только в сегменте фаст-фуда, а местные рестораторы твёрдо держат свои позиции
• Модернизируют и убивают
• Белорусский десант