Начальники в заложниках

• Павел Бурмистров

Пятый месяц с французских киноэкранов не сходит лента «Луиза-Мишель», в которой уволенные работницы небольшой провинциальной фаб­рики тратят пособие по безработице на то, чтобы нанять киллера для своего бывшего босса. В реальности взаимоотношения труда и капитала пока не столь драматичны, но захватом заложников рабочие уже промышляют.

На прошлой неделе рвануло в городке Виллемюр-сюр-Тарн под Тулузой. Рабочие завода автокомп­лектующих, узнав, что начальство готовит массовые сокращения, взяли в заложники члена совета директоров и начальника отдела кадров. Их заперли в кабинете и продержали там двое суток, требуя отказаться от увольнения рабочих. Вернуть менеджерам свободу смогла только повестка в суд на имя заводского профсоюзного лидера. Это уже шес­той захват начальства за последние полтора месяца. Но к типовому сценарию здесь добавились новые неприятные детали. Начальство на заводах Sony, 3M, Caterpillar, Faurecia и Scapa захватывали ненадолго и мирно, без постороннего вмешательства отпускали. На этот раз плен длился дольше обычного, дело дошло до суда, и впервые в заложниках оказалась женщина.

Обстановка во второй экономике еврозоны накаляется. В производственные конфликты уже приходится втягиваться государству. Президент страны Николя Саркози пообещал, что разберется: «Что это за дела такие — насильно удерживать людей? У нас правовое государство, и я не допущу, чтобы все это продолжалось».

Президент Всеобщей конфедерации малых и средних предприятий Франции Жан-Франсуа Рубо после встречи с Саркози заявил: «Я сказал ему, чтобы он немедленно предпринял что-то, создал инструменты, которые остановят захваты». Но с этим как раз намного сложнее, поскольку неожиданно выяснилось, что сторонников законного разрешения трудовых конфликтов во французском обществе тревожно мало.

СМИ еще до последнего пленения заговорили об эпидемии захватов и даже придумали для нее название — bossnapping, то есть буквально «начальникозахватничество». Возможно, тогда кому-то сравнение с эпидемией показалось поспешным. Но тут институт CSA провел соцопрос, и выяснилось: почти половина французов считает такой метод борьбы за свои права вполне допустимым, и если среди «белых воротничков» к захвату заложников для решения трудовых споров толерантны «только» 40%, то среди рабочих таких уже 56%.

Лидер крупнейшей конфедерации французских профсоюзов CGT Бернар Тибо заявляет, что понимает рабочих и будет «защищать их до тех пор, пока их действия не наносят менеджерам физического вреда». «Кто сеет нищету, тот пожнет ярость, — оправдывает действия захватчиков глава проф­союза крупнейшего завода Peugeot Бруно Лемерль. — Насилие чинят те, кто сокращает рабочие места, а не те, кто их защищает». Во Франции без работы уже два миллиона человек, а этот год добавит к ним еще сотни тысяч. Показательно, что и сами побывавшие в заложниках не пишут заявления в полицию, понимая, видимо, что общественное мнение будет не на их стороне.

Пока «начальникозахватничество» остается исключительно французской «болезнью», в других странах, к подобным левацким проявлениям протеста отношение, скорее, негативное. Но кризис-то продолжается, и социальный протест может приобрести более радикальные формы.

В России релиз французского фильма про работниц, босса и киллера намечен на 24 сентября. Как раз, когда министр финансов Алексей Кудрин ожидает второй волны кризиса…

• Греки взбунтовались в ответ на поддержку властями кредитного соглашения с ЕС
• Власти на Пиренеях собираются переносить праздники, а испанцы в ответ отказываются платить
• Электросреда для электромобилей