Страна глухих 2

• Саша Денисова

Приехала я на Бергмановский фестиваль в Стокгольм. В программе мировые звезды: Патрис Шеро, Хейнер Геббельс, Кейт Бланшетт. И вдруг спрашивают: «А не хотите ли посмотреть театр глухих?»

Tyst Teater — в переводе «Театр тишины». Там играют в тишине. Ну, могут для слышащих музыку поставить, чтобы тем не было неуютно. А сами глухие танцуют под вибрации. Есть, правда, сурдопереводчик, который все это озвучивает.

Объясняют, что лучше всего, когда в зрительном зале половина глухих, а половина слышащих, — всем полезно. Первые понимают, что их театр нужен не только им. Вторые — что в искусстве все равны. И что границы между мирами нет, если только ты ее сам не возведешь.

Они играют Шекспира, Мольера, Чехова, Беккета, Стриндберга. Они были с гастролями в Австрии, Южной Корее, Аргентине, Норвегии, Дании, Уганде, Самаре. Их русский коллега, Алексей Светлов, научил их русскому языку глухих, потому что осенью они приедут на фестиваль «Гаврош» в Москву.

У актера Йиану Ианку дуэт с актером Манне Клинтбергом, обычным слышащим человеком. Они делают потрясающие детские спектакли, наряжаясь братом и сестрой Гримм: говорящий озвучивает глухого, и дети даже не подозревают, что дяденька не слышит. Им просто смешно и интересно.

Манне — типичный белый клоун, грустноватый, трогательный. Когда напарник, Йиану, начинает горячиться, берет его за плечо. Спрашиваю Манне:

— А вам-то зачем театр глухих?

— Понимаете, у меня дочь глухая.

И показал фотографию актрисы, красивой девушки с красным клоунским носом.

В Швеции родители по закону должны знать язык глухих, даже если их ребенок носит имплант и слышит. Язык глухих даже входит в число государственных языков. Образование в Швеции бесплатное, для глухих есть два университета — в Стокгольме и Оребро, есть спецшколы и гимназии. «В Швеции хорошо быть глухим!» — смеется Йиану.

В Швеции вообще к инвалидам особое отношение: если в здании нет пандуса или в музее — лифта, можно штраф с государства взыскать. Только в королевском дворце лифт нельзя устроить — историческая конструкция не позволяет. За что шведы очень извиняются. Инвалидов можно встретить везде — в аэропортах, где их окружают заботой специальные сотрудники, в музеях, в кафе. Они живут такой же жизнью, как и все мы. А ведь человеку порой достаточно нюансов, чтобы чувствовать себя убогим и жалким.

Иллюстрация: Варвара Аляй

Одна моя подруга никогда не говорила, что она практически глухая. У нее, правда, был забавный выговор, но его вполне можно было списать на девичью экстравагантность. Ну, еще всегда пристально смотрела на собеседника. Немножко суетилась: «А? что?» Но никто и не подозревал, какая постоянная внутренняя работа шла в человеке.

Она много общалась, везде хотела успеть. Выстроила свою жизнь так, чтобы никто ее не жалел. Училась в институте, никому не открываясь. Но однажды поздно вечером ловила такси — остановилась машина, водитель сказал что-то, чего она в темноте по губам не считала, и он привез ее вместо дома в какую-то глухомань и, расстегнув штаны, сказал: «Ну, давай». А она-то не поняла, что, притормозив, он договаривался с ней о цене. Хорошо — вырвалась, убежала. Конечно, это могло случиться с кем угодно, даже с человеком, у которого абсолютный слух. Но с ней все получилось как-то особенно показательно: оказывается, не все можно учесть и подчинить себе, даже если у тебя колоссальная воля.

Однажды я долго, опухнув от крика, орала ей в спину, стоя рядом, а она и ухом не вела. Потом повернулась с улыбочкой. И тут меня как обухом ударило. Я спросила: «Почему?» Она ответила: «Не хочу, чтобы ко мне относились как к инвалиду».

Актеры Tyst Teater, выходя, здоровались со слышащими актерами Riksteatern. Никто никому в спину не кричал: подходили, если хотели поговорить, проводили рукой перед глазами или щелкали пальцами, привлекая внимание. На самом деле это очень легко — общаться с другим человеком. Если знаешь как. 

• Что говорят нам то и дело всплывающие образы Советского Союза
• Мировой ИТ-лидер в альянсе с топовым актерским ВУЗом ставит необычный спектакль
• «Происходит всеобщая фестивализация театральной жизни и разрушение границ между театральными национальными культурами», - Марина Давыдова, главный редактор журнала «Театр», арт-директор фестиваля NET.