Маленькая Вера 20 лет спустя

• Евгений Гусятинский

Двадцатилетия новой России в нашем кино никто не заметил. Правда, Сергей Соловьев снял сиквел своей «Ассы», но в нем речь больше про девяностые, чем про сегодняшний день. Только «Бубен, барабан» не просто напомнил о круглой дате, но и показал, что этот юбилей на самом деле — конец перестроечной эпохи в кино.

«Маленькая Вера», которая вышла на экраны в 1989-м, была первым советским массовым фильмом о том, что «так жить нельзя». Тогда двадцатилетняя оторва в мини-юбке задыхалась от «совковой» жизни в утыканном заводскими трубами городе Жданове. Теперь героиня Негоды, сорокалетняя библиотекарша Катя, задыхается в обще­житии шахтерского городка, где царит все та же серость.

«Маленькая Вера» была во многом о конфликте поколений, о бунте детей против образа жизни их родителей. У героини «Бубна…» детей нет, так что бунтовать некому. Дети перестройки выросли, но так и не смогли создать ничего нового; теперь они сами олицетворяют тот уклад, с которым не могли смириться когда-то.

Героиня «Бубна…» еще более жестка и тоталитарна, чем тот «совок», против которого протестовала маленькая Вера. В ее лице первое свободное поколение России постепенно возвращается назад и солидаризуется с некогда отвергнутыми отцами в их ностальгии по СССР. Как говорит ухажер Кати (зэк, выдающий себя за моряка), «обманула ты меня, Катя. Ловкая — всех надула. Новую жизнь хотел начать, так нет. Назад, сволочи, тянете».

Маленькая Вера пыталась покончить с собой — неудачно. Героине «Бубна…» это удается. Когда бунтари превращаются в тех, против кого бунтовали, остается протестовать против самих себя — именно так, судя по российскому кино, заканчивается любая перестройка.

• Берлинская публика аплодировала радикальной драме Алексея Мизгирева «Конвой»
• Война и мир на Берлинале
• Анжелина Джоли продемонстрировала на Берлинском кинофестивале насилие и жестокость