7 вопросов Александру Иванюсю, главврачу

• Дмитрий Виноградов

1. Какую помощь россияне оказывают сейчас Гаити?

В нашем госпитале работают почти 70 сотрудников МЧС и Минздрава. По сути, это полноценная клиника, оснащенная по последнему слову техники — взять хотя бы нашу искусственную почку, не имеющую аналогов в мире. Ежедневно оперируем около 60 человек.

2. С чем чаще всего обращаются?

Как ни странно, хирургии мало. В основном травмы. Переломы конечностей, травмы черепа. Обращаются и за психологической помощью. У нас есть уникальная методика, позволяющая оказывать помощь без знания языка.

3. Откуда ваши пациенты узнают о госпитале?

Сарафанное радио. Поначалу спасатели давали информацию, что вот по таким адресам работают госпитали. Теперь уже друг от друга узнают.

4. Как обеспечивается безопасность госпиталя? Ведь в Порт-о-Пренсе сейчас орудуют банды мародеров, звучит стрельба.

Первые дни нас охраняли силы ООН: пакистанцы, потом иорданцы. Сейчас охрану сняли, мотивировав тем, что мы находимся в спокойном районе. А ооновцев перекинули на патрулирование улиц: в столице начинают работать магазины и банки, их надо охранять. Впрочем, недалеко от нас базируется индийский спецназ — у них есть группа быстрого реагирования, и они нам дали рацию: если что, помогут. К тому же мы расположились в пригороде — россияне, служащие в полиции ООН, нашли для нас хорошее место, бывшую юридическую академию, спасибо им за это! У нас тут хорошие заборы, но по ночам мы все-таки дежурим, по очереди. Пока ничего серьезного не было. Больше беспокоят дикие собаки и москиты.

5. А как вообще отношения с местным населением?

Отличные. Позавчера приехал какой-то бизнесмен, очень благодарил — сказал, что так, как к гаитянам относятся русские, больше никто не относится. И это притом что лично ему мы никакой помощи не оказывали. Нам было приятно.

6. Спонсорскую помощь не предлагал?

Нет, да нам и не надо ничего, у нас все есть. Главная проб­лема — и спонсор тут не поможет — до сих пор не организовано ни одного стационарного госпиталя, куда мы могли бы отправлять пациентов после операции. Ведь им нужен уход врача, перевязки, подмывание. Я в шоке от того, что ООН до сих пор такой госпиталь не организовала. Обычно это первое, что они делают, а тут их не видно и не слышно. Почему так происходит, совершенно непонятно. Американцы обещали подогнать к берегу плавучий госпиталь на тысячу мест — приходили к нам, смотрели, где может приземлиться вертолет, который потом будет отвозить пациентов на этот корабль. А потом куда-то пропали, и, насколько я знаю, этот корабль так и не пришел. Так что сейчас пациентов приходится отправлять по домам: назначаем им дату следующего приема, и до скорой встречи — по сути, выставляем на улицу. Несколько человек — сразу после операции — живут у нас буквально во дворе, благо погода позволяет. Им вообще некуда идти. Но ведь превращать наш госпиталь в стационар тоже неправильно: тогда мы не сможем принять новых пациентов.

7. А с местными властями этот вопрос не пытались обсудить?

Обычно мы работаем в плотном контакте с властями. Но тут их попросту нет.

• Как работали спасатели на месте катастрофы Sukhoi Superjet 100
• Про гром среди ясного неба
• Контракты остаются в силе