Десять заповедей Холдена Колфилда1

• Константин Мильчин

1. «У меня нет никакого желания звонить этому Сомерсету Моэму по телефону».

Библейская заповедь «не сотвори себе кумира» фактически превращается в совет «сотвори себе кумира самостоятельно». Для Колфилда не существует традиционной системы авторитетов, которую надо усвоить раз и навсегда со школы или от родителей: личное мнение и отношение для него важнее культурного веса писателя. Во второй половине ХХ века личные связи между производителем и потребителем культуры вообще начинают играть большую роль. В 2000-е писателей станут включать в «ленту друзей» и читать где-нибудь в «Живом журнале» или на Facebook.com: вот однокурсница пишет, как она провела выходные, а вот Сергей Лукьяненко выкладывает в «ЖЖ» фрагмент нового романа. Для издателей же количество «друзей» блогера — один из критериев его потенциального успеха как писателя.

2. «Плохо то, что иногда всякие глупости доставляют удовольствие».

Во второй половине ХХ века набирает силу индустрия развлечений. С распространением телевидения потребность в ежеминутном развлечении пришла в каждую семью. Коммерческий развлекательный масскульт захватывает умы и кошельки людей — даже тех, кто, как и Колфилд, чувствует, что все это глупости, не заслуживающие внимания. То же самое писали в 1975 году о первом блокбастере — «Челюстях» Стивена Спилберга: сплошные глупости, ни одной идеи, но море удовольствия, а также $470 млн сборов при бюджете в $7 млн.

3. «Все дело в том, что трудно жить в одной комнате с человеком, если твои чемоданы настолько лучше, чем его, если у тебя по-настоящему отличные чемоданы, а у него нет».

Сэлинджер устами Колфилда зафиксировал изменения, происходившие в социальной стратификации общества, — тот факт, что бренды стали одним из ее определяющих критериев. Именно по ним проходит граница между разными социальными группами, которые относятся друг к другу с презрением или даже враждебно. Бренды появились на рубеже XIX и XX веков: первой компанией, которая в популярность марки стала вкладывать больше, чем в сам продукт, была Coca-Cola. Но расцвет культуры брендов наступил в 1950-е, с массовым распространением телерекламы. В итоге человек стал суммой тех брендов, верным потребителем которых является.

4. «Глупо внушать новые мысли человеку, когда ему скоро стукнет сто лет».

Поколение беби-бумеров еще не появилось на общественной сцене, но молодежь 1950-х уже требует своего места под солнцем. Через десять лет она выберет беспрецедентно молодого 43-летнего Джона Кеннеди президентом США. А не пройдет и 20 лет, как мысль о том, что взрослые — преступники, которых нужно лишить власти и отправить на перевоспитание, станет одной из важнейших составляющих бунтарской идеологии 1968 года. Молодые будут все быстрее делать карьеру — в частности, с развитием компьютерных технологий и ИТ-индустрии. В 2008 году 24-летний Марк Цукерберг заработает $1,5 млрд на созданной вместе с одноклассниками социальной сети Facebook.com.

5. «Забавная штука: достаточно наплести человеку что-нибудь непонятное, и он сделает так, как ты хочешь».

Холден Колфилд умеет обманывать и может заболтать простачка-лифтера или соседку в поезде. То есть он талантливый пиарщик — просто не умеет пользоваться своим талантом. Период с 1945-го по середину 1960-х в США считается золотым веком пиара, когда окончательно оформилась наука public relations. На это же время приходится расцвет политологии — вскоре к триумфальному шествию пиарщиков присоединяются и политтехнологи.

6. «Человек не должен брать на себя то, что полагается Богу».

Дискуссия о том, можно ли человеку покушаться на роль творца мироздания, стара как мир, но именно с 1950-х годов она вновь обостряется. С тех пор человек полетел в космос, научился спасать безнадежных больных, смог извлечь энергию из атомного ядра и даже расшифровал собственный геном. Каждое из этих свершений сопровождалось сомнениями: не переходим ли мы границы дозволенного? Фактически в этой короткой фразе Сэлинджера уместились и споры вокруг клонирования, и конфликт креационистов с дарвинистами.

7. «Я сам себе придумываю правила поведения и тут же их нарушаю».

Поколение Колфилда не имеет тех идеалов, которые были у предыдущего, выигравшего Вторую мировую войну. Правила поведения, общественные идеалы, законы, мораль — отныне все это каждый придумывает для себя сам. Причем этим путем пойдут как люди, так и политические партии. Старый коммунизм Маркса — Энгельса — Ленина падет под напором компромиссного еврокоммунизма в Старом Свете, превратится в прагматичный тоталитаризм в Китае, а в Латинской Америке даст всходы в виде «социализма XXI века». Появятся небывалые альянсы: французские правые националисты будут дружить с лева­ками-антиглобалистами из Мексики, объединившись на почве ненависти к США и транснациональным корпорациям. Английские «новые лейбористы» станут «правее» консерваторов, а турецкие исламисты возьмут курс на сближение с христианской Европой.

8. «Признак незрелости человека — то, что он хочет благородно умереть за правое дело, признак зрелости — то, что он хочет смиренно жить ради правого дела».

Герои Сэлинджера ссылаются на австрий­ского психоаналитика Вильгельма Штекеля (1868–1940), но известность это суждение приобрело после публикации «Над пропастью во ржи». В 1968 году целое поколение молодых бунтарей застроит города Европы и Америки баррикадами, будет восторгаться радикальными левацкими идеями и драться с полицией; наиболее решительные из них подадутся в террористы и таки умрут за дело, которое посчитают правым. Но уже к концу ХХ века радикальные идеологии сменятся умеренными, буржуазными, и жить ради правого дела станет более модно, чем умирать за него.

9. «Будь у человека хоть миллион лет в распоряжении, все равно ему не стереть всю похабщину со всех стен на свете».

Сэлинджер предсказывает наступление апатии и общественного цинизма, которые не раз «догонят» его поколение. В 1960-е и первой половине 1970-х молодежь на Западе была предельно идеологизирована и дралась за свои идеалы. На смену бунтарским настроениям пришли усталость и безразличие, пока в конце 1990-х — самом начале 2000-х по всему миру не прокатилась волна антиглобалистских выступлений. В последние годы демонстрации протеста как в Старом, так и в Новом Свете стали редкостью: никто не пытается «стирать похабщину со стен». Все знают, что на это не хватит и миллиона лет.

10. «Никому ничего не рассказывайте. А то расскажете про всех — и вам без них станет скучно».

«Над пропастью во ржи» — предтеча нынешних сетевых дневников, в которых обычные люди описывают свою обычную жизнь. С 1950-х годов у человека появляется все больше технических возможностей донести до широкой публики информацию о себе: фото-, кино- и видеокамеры, копировальная техника и, наконец, интернет позволяют маленькому человеку рассказать всем про всех и, в частности, про себя. В середине 1990-х появляется интерактивный интернет, где пользователь не только наблюдатель, но и творец. В 1995-м открылся сайт Classmates.com («Одноклассники» — его русская версия), в конце 1990-х — первые блог-платформы, включая и Livejournal.com.

• Книги
• Русский фарс-гиньоль
• Обманчивый рай