Как долго продлится война

Сцена
Москва, 01.04.2010
«Русский репортер» №12 (140)

С наступлением весны исламские боевики спускаются с гор и приступают к активным боевым операциям. В этом году джихадисты решили начать кампанию с террористической атаки в московском метро в первый день Страстной недели.

И хотя осуществили взрывы фанатичные смертники, цели организаторов были вполне земными. Атака на гражданское население — это не удар по регулярной армии или по государственным учреждениям. Убийство невинных преследует цель нанести урон сознанию живых, погрузить их в страх, вызвать смятение, сделать их податливыми и внушаемыми.

Этой цели организаторам теракта добиться не удалось. Люди были напуганы, но паники в Москве не было, мегаполис и все его жизненно важные службы продолжали функционировать.

Теперь атака позади. Но есть ли гарантия, что она не повторится? Будущее во многом зависит от того, способны ли мы чему-то учиться, извлекать уроки из своего трагического опыта. А уроки довольно очевидные.

Урок первый: уверения политического руководства страны, что с войной на Северном Кавказе покончено, оказались построены на чрезмерно оптимистических оценках. Контртеррористическая операция далека от завершения.

Урок второй: война не ограничивается Северным Кавказом. Было время, когда боевики добивались независимости Чечни. Сегодня их амбиции носят глобальный характер. Они борются не с Кремлем, не с Москвой, не с «руснёй», а с миром «неверных». Они ощущают сегодня себя воинами глобального джихада. Северный Кавказ — это его «русский фронт», один из многих. И если отвернуться от Северного Кавказа, это будет немедленно воспринято как проявление слабости и поощрение дальнейшего террора.

Урок третий: нужно срочно пересматривать стратегию и тактику борьбы с боевиками на Северном Кавказе. Чего добились регулярная армия, войска МВД и ФСБ? Чего добились «кадыровцы»? Признаем, что действовать надо тоньше и умнее, чем это могут силовики. Вооруженные формирования сделали так, что земля горит под ногами не столько боевиков, сколько мирных жителей. Вместо того чтобы изолировать террористов, армия неразборчиво смешала их с местным населением. Столь грубая работа резко негативно изменила настроения в чеченском и ингушском обществе и вынудила часть молодежи встать на тропу войны. А радикальные исламисты получили неисчерпаемый ресурс новых рекрутов.

И еще один важный, но далеко не последний урок. Признаем, что как минимум одну задачу боевикам все-таки удалось частично решить. Для многих россиян чеченец, ингуш или просто мусульманин ассоциируется если не с врагом, то с источником потенциальной опасности. В сознании заметного числа россиян появился универсальный тип врага — «лицо кавказской национальности». И если это представление станет господствующим, это будет верный путь к расширению пространства войны.

Из этой ловушки насилия может быть только один выход, который, честно говоря, очень трудно сегодня представить. Наша стратегическая цель — добиться, чтобы население Чечни и Ингушетии стало относиться к боевикам как к безумным фанатикам и бандитам, а федералов при этом называть «нашими». Мы еще довольно далеки от этого, а значит, война еще не окончена.

У партнеров

    «Русский репортер»
    №12 (140) 1 апреля 2010
    Теракт
    Содержание:
    Фотография
    От редактора
    Вехи
    Реклама