Изолировали до смерти

Актуально
Москва, 13.05.2010
«Русский репортер» №17-18 (145)
Смерть в московском СИЗО «Матросская Тишина» 53-летней Веры Трифоновой спровоцировала новый скандал в правоохранительной системе. Следователь забирал Трифонову на допросы из больницы в инвалидном кресле, а судья продлевала содержание под стражей, даже когда подозреваемая попала в реанимацию. Что заставляет судей сопротивляться курсу на гуманизацию процесса следствия, объявленному властями?

Вера Трифонова, подозреваемая в мошенничестве, скончалась в СИЗО 30 апреля. После ареста у нее обострились все болезни — сахарный диабет, почечная и сердечная недостаточность. Консилиум врачей за пять дней до ее гибели сделал заключение, что Трифонову нужно поместить в гражданскую больницу, но вместо этого следователь Сергей Пысин, который вел дело, перевел Трифонову из больницы, подведомственной «Матросской Тишине», в Можайский следственный изолятор, где вообще не было условий для лечения. Кроме того, он периодически вызывал Трифонову на допросы, хотя к тому времени она, по утверждению адвоката, могла перемещаться только в инвалидной коляске, дышала одним легким и почти ничего не видела.

— Пысин говорил: «Признаешься — отпущу», — возмущается адвокат Трифоновой Владимир Жеребенков.

Судья Одинцовского районного суда Ольга Макарова в середине февраля продлила содержание Трифоновой под стражей, хотя та находилась в реанимации и врачи уже тогда дали первое заключение, что ей нужна специализированная медицинская помощь.

В начале мая Дмитрий Медведев поручил главе Следственного комитета при прокуратуре РФ Александру Бастрыкину расследовать обстоятельства смерти Трифоновой. Первые результаты таковы: своих кресел лишились начальники следователя Пысина, против него самого возбуждено уголовное дело по статье «Халатность». Он уже уволился из органов. Александр Бастрыкин пригрозил всем своим подчиненным дисциплинарной и уголовной ответственностью, если те не будут обращать внимания на жалобы арестованных. Ольге Макаровой грозит лишение статуса судьи. Ее дело теперь, судя по всему, рассмотрит квалификационная коллегия.

Не исключено, что власти добьются максимально строгого наказания для Пысина и Макаровой, чтобы продемонстрировать, что объявленный курс на гуманизацию следствия — не пустые слова. Уже сокращено число статей, по которым можно попасть в СИЗО, поощряется освобождение под залог и домашний арест, после смерти в СИЗО юриста Сергея Магницкого последовали отставки в структуре Федеральной службы исполнения наказаний (ФСИН). Но смерть Трифоновой со всей очевидностью демонстрирует, что все эти усилия не приносят результатов. Причина — негласный сговор следователей и судей: первые почти всегда просят оставить подозреваемых под стражей, вторые в 99% случаев идут им навстречу, даже если для этого нет достаточных оснований.

— Для судей это обычная практика — при определении меры пресечения полагаться на следствие. Никто не хочет ссориться с прокуратурой. Если отпустишь под подписку о невыезде, начинается давление, звонки председателю суда. Председатель начинает спрашивать, в чем дело, — рассказывает «РР» бывший самарский судья Андрей Моргунков.

По словам самих судей, однажды назначив арест, они, как правило, продлевают эту меру пресечения до окончания следствия.

— Это происходит, даже если понятно, что дело разваливается. Никакие болезни и справки обычно не принимаются во внимание. Считается, что это уловки адвокатов, — объясняет Андрей Моргунков.

Между тем даже сотрудники ФСИН давно призывают судей и следователей отказаться от принципа «закрывать всех»: следст­венные изоляторы переполнены.

— Каждый месяц в СИЗО поступают более 30 тысяч человек. А потом каждого пятого из них освобождают в связи с прекращением уголовных дел или назначением наказания, не связанного с лишением свободы. Кого-то оправдывают. Если удастся изменить существующую практику, мы сможем значительно разгрузить изоляторы, — заявил «РР» один из сотрудников «Матросской Тишины».

В Липецкой области уже завели правило, чтобы сотрудники ФСИН информировали судей о наличии свободных мест в СИЗО. В результате количество поступивших в изоляторы сократилось почти на 20%. Но задача государства — сделать так, чтобы основанием для избрания меры пресечения был не переполненный изолятор, а здравый смысл.

У партнеров

    «Русский репортер»
    №17-18 (145) 13 мая 2010
    Новые бюджетники
    Содержание:
    Фотография
    Вехи
    Путешествие
    Реклама