Небо в Алмазово

Культура
Москва, 08.07.2010
«Русский репортер» №26 (154)
Чтобы увидеть культурное наследие и романтическую красоту, не обязательно ехать в Европу. В Подмосковье полно усадеб и парков с богатейшей историей. По крайней мере, мы были в этом уверены

Моя подруга Нина Пет­ровна — большой любитель путешест­вий. Трудно сказать, что в ней сильней: тяга к новым местам или любовь к культуре. 

— А какая в Антибе вода синяя! — восклицает она, приближаясь к МКАДу.

— Ужасно люблю отрезок между Генуей и Падуей! — рассуждает она в пробке на Щелковском шоссе.

— Никак не дойдут руки до Перпиньяна, — жалуется она людям, давно не выезжавшим из Северного Тушина. — В прошлый раз доехала только до Каркасона.

В этом году Нина Петровна тоже собирается в Европу, а пока разработала программу выходного дня в Подмосковье.

— На сегодня у нас две усадьбы, — говорит она мне. — Усадьба и музей Брюса и Алмазово с прудами и великолепнейшим парком.

Усадьба чернокнижника, мага и чародея петровской эпохи Якова Брюса оказалась в гастроэнтерологическом санатории «Монино». На скамеечках сидели старушки со стаканчиками из-под кефира.

Нина Петровна рванула к желтенькому корпусу.

— Ага, все верно, — показала она нам рожи на колоннах. — Эти звериные морды пугали местных крестьян.

Потом она попыталась прорваться внутрь. Старинная дверь дрогнула стеклами, но не открылась.

В глубине парка стояла руина: в просветах разрушенных стен сверкало небо, на крыше росла березка. Больше ничего не было.

— Ясно, — произнесла Нина Пет­ровна. — Пошли, надо успеть в музей Брюса, он до двух работает.

— А музей уже два года как закрыли! — сказала нам тетечка в администрации. — Экспонаты все в Щелково отвезли. Но вы идите в столовую: у нас там Александр Николаевич, бывший директор музея, открытки продает.

Корпус столовой был построен в 1970-е и неуклонно приближался к состоянию руины в глубинах парка. Александр Николаевич продавал открытки, книгу «Яков Брюс» и газету «Щелковская». Из разговора с ним выяснилось, что руина когда-то была церковью.

— Храм 1756 года, племянник Брюса строил, — сообщил бывший директор музея. — Но здание начали реконструировать, то есть все разобрали, а потом — 1991 год, балки и кирпич местные жители растащили. А в 1934 году там был спальный корпус санатория Наркомата пищевой промышленности.

— Ну а мистика? Мистика есть? — жадно теребили мы его.

Александр Николаевич обиделся за Брюса.

— Все это наносное, никакого отношения к Брюсу не имеет. Не колдовал он, не летал над Сухаревой башней, никого не замораживал.

— И почему Яндекс пишет, что тут до сих пор музей? — шипела Нина Петровна в машине. — Ничего, поедем в Алмазово. Там великолепно сохранившаяся усадьба и огромный живописнейший парк.

После деревни Большие Жеребцы мы уперлись в церковь во имя преподобного Сергия Радонежского. Вокруг церкви не было ни парка, ни усадьбы.

— Сейчас найдем! — воодушевилась Нина Петровна. Она решительно схватила проходившую мимо
девушку с пожилым спаниелем.

— У вас где-то должна быть усадьба графа Алмазова!..

— Так вот она, — девушка ткнула пальцем в какие-то строения за оградой. Там за детской площадкой с ржавеющим Чебурашкой угадывалось ампирное здание с колоннами. — Только тут теперь детдом для мальчиков.

На веревке возле ампира висели мужские носки.

— Ну, хорошо, — Нина Петровна никак не желала смириться с туристическим поражением. — А парк? У вас должен быть роскошный парк.

— Есть тут у нас лес, — неохотно сказала девушка. — Но он стремный. Не ходили б вы туда. У нас местные туда ходят, и многие не возвращаются.

Мы с укором посмотрели на Нину Петровну.

— Хотя можете дойти до озера, — продолжила девушка. — Есть в лесу озеро Мраморное. Там раньше дно было мраморными плитами уложено. А сейчас вода там, в озере, как кисель: ветер подует, а она не шевелится.

Озеро, которое нам удалось найти, было обычным — шер­шавым от ряби. Мы сидели на берегу в ветровках, ели сэндвичи и смот­рели на остров. Остров назывался Лебяжий и прежде был частью удивительного паркового комплекса.

— В Яндексе было написано: «мрачноватая красота северного Подмос­ковья», — с горечью сказала Нина Петровна.

Похоже, это единственное, что было правдой.

— Вот в долине Луары огромное количество замков, — размышляла она потом, ковыляя по обочине в районе Медвежьих озер. — Шамбор, Амбуаз. И в каждом есть своя фишка, свое достоинство.

У Подмосковья тоже масса достоинств. Где-то по-прежнему санатории, а где-то есть и восстановленные усадьбы. Только найти их непросто: указателей мало, дороги плохие, а природные красоты труднопроходимы.

А ведь на одном только Якове Брюсе можно было сделать бизнес. Говорят, он и над своей усадьбой по ночам летал. Только вот есть ли шанс у какого-нибудь иностранного туриста добраться туда и уви­деть-таки небо в Алмазово?

Фото: Митя Гурин; иллюстрация: Варвара Аляй

У партнеров

    «Русский репортер»
    №26 (154) 8 июля 2010
    Жара
    Содержание:
    Фотография
    От редактора
    Вехи
    Репортаж
    Путешествие
    Реклама