7 вопросов Игорю Коновалову, главному звонарю России

Интервью
Москва, 21.04.2011
«Русский репортер» №15 (193)
Художественный руководитель колокольных звонов Московского Кремля и храма Христа Спасителя Игорь Коновалов заявил, что обеспокоен состоянием главных звонниц России. Из его слов можно заключить, что многие бесценные колокола, в том числе и кремлевские, вот-вот обрушатся нам на головы. Разговор звонаря с корреспондентом «РР» начался с искусства, но очень быстро перекинулся на политику

Фото: ИТАР-ТАСС

1. Когда состояние колоколен вызвало ваше беспокойство?

Это беспокойство появилось давно и с каждым годом только нарастает. В 1992 году специальная комиссия изучила кремлевские колокольни и позволила начать первые звоны при условии регулярного мониторинга. Но работа комиссии началась и закончилась, выполнять ее решение некому. И никого, кроме нас, звонарей, опасное состояние колоколов не интересует. Прошло 20 лет, а ничего не происходит из того, что было обещано, продумано, намечено.

2. Напрашивается параллель с политическим развитием страны.

Здесь не параллель — очевидная зависимость! В каком состоянии российская жизнь, в таком будет и ее символ — колокола.

3. Но все-таки что-то за эти 20 лет произошло?

Нам удалось добиться того, что теперь все колокола Кремля звучат в едином ритме большого колокола, благовеста. До этого был хаос: звонари на разных ярусах не видели друг друга, каждый работал сам по себе. Теперь я стою на южном крыльце Успенского собора и отбиваю ритм, все звонари видят меня, и у нас общая музыка. Так что впервые у нас появилась возможность сочинять собственные звоны. Есть, например, звон «Президентский». Он звучит на церемонии инаугурации, когда глава государства выходит на красное крыльцо.

4. Вы говорите, что за 20 лет ничего не сделано, и тут же себя опровергаете.

Я имел в виду техническое состояние колоколов. Практически на каждой колокольне есть серьезные поводы для беспокойства. Где-то проржавел подвес, где-то вообще колокол висит на проволоках или веревках. В Ростове Великом хомуты для подвески колоколов были выкованы в конце XVII века. И на этих старых, ржавых подвесах — тридцатитонные колокола, в которые зачастую бьют дилетанты. Вот у меня инженерное образование, я знаю, что такое металл, его сопротивление и усталость, я умею щадить аварийный колокол. А часто за дело берутся люди, совершенно ничего не смыслящие, и бьют со всей дури. В селе Левашово под Ярославлем недавно упал колокольный язык. Безграмотность, непрофессионализм, наплевательское отношение: звучит — и ладно. Да что там Левашово! Недавно «отреставрировали» колокола Большого театра. Об этом много и с пафосом говорили в новостях. Их обработали пескоструем и покрыли лаком! Для специалиста это безумие. Если колокол отпескоструить и покрыть лаком, он, конечно, будет блестеть, как новая монета. Но он будет безвозвратно испорчен. Необходимо создать комиссию, которая прекратила бы это безобразие.

5. Вам не кажется, что предложение «создать комиссию» выглядит как желание взять из бюджета денег?

Это копейки. Нужна небольшая мобильная бригада, которая ездила бы по России и проверяла состояние колоколов, давала важные рекомендации, отслеживала состояние самых ценных колоколен.

6. Вы считаете, колокола представляют ценность не только для православных людей?

Что такое русский колокольный звон? Это уникальное явление, это вообще-то язык России, понятный всему миру. Не так давно мы оборудовали звон в храме Святой Екатерины в Риме. А после установили прекрасные русские колокола в Бельгии, на родине малинового звона. И когда они зазвучали, европейцы были в совершенном восторге.

7. И что вы делаете сейчас, чтобы спасительная комиссия все-таки была создана?

Я очень давно говорю об этой проблеме на всех возможных совещаниях. Мы пишем письма, обращения. Но результата не последовало. Поэтому я лучше не буду пока говорить, кому мы писали...

У партнеров

    «Русский репортер»
    №15 (193) 21 апреля 2011
    Гуманизация правосудия
    Содержание:
    Александр Коновалов: «Нас зря обвиняют в излишнем либерализме»

    Министра юстиции считают одним из идеологов нынешней реформы уголовного законодательства. Именно с переподчинения Минюсту Федеральной службы исполнения наказаний начались масштабные перемены в российских тюрьмах, именно Минюст наравне с Главным правовым управлением администрации президента — основной разработчик всех либеральных поправок в Уголовный кодекс. В эксклюзивном интервью «РР» Александр Коновалов объяснил, почему не приемлет обвинений в излишнем либерализме и в том, что он облегчает жизнь криминалу

    Фотография
    От редактора
    Вехи
    Среда обитания
    Путешествие
    Реклама