«Принцесса» за решеткой

Актуально
Москва, 13.10.2011
«Русский репортер» №40 (218)
Печерский суд Киева на этой неделе решал судьбу Юлии Тимошенко. Оглашение приговора началось во вторник, и на момент сдачи этого номера в печать еще не было ясно, обвинительный он или оправдательный. В беспристрастность суда верили немногие, а для украинских властей альтернатива выглядела так: избавиться на пару избирательных циклов от Юлии Тимошенко, посадив ее, или не портить отношения с Россией и Европой — отпустив

Фото: РИА Новости; ИТАР-ТАСС

За два месяца в СИЗО Юлия Тимошенко не утратила ни своей харизмы, ни любви к патетике. «Только моменты выбора, с кем ты — с подлостью и рабством или с настоящими человеческими ценностями, — делают нашу жизнь значимой. Сейчас момент выбора: Свет или Тьма», — обратилась она к своим сторонникам накануне вынесения приговора. Судья Родион Киреев в этот момент решал более конкретную задачу — какой приговор выносить экс-главе украинского правительства.

Процесс над Юлией Тимошенко — событие по-своему беспрецедентное: государственного деятеля обвиняют в том, что он принял невыгодное для страны решение — в данном случае по поводу газовых контрактов с Россией.

— Нельзя сказать, что это прямо что-то такое уникальное. Вон в Исландии же судят премьера за то, что он вел неправильную политику во время мирового кризиса, — говорит депутат от Партии регионов Инна Бого­словская. В свое время она сама выдвигалась в президенты с целью отобрать у Тимошенко часть ее электората. Теперь Богословская — активнейший борец против своего «прототипа», член парламентской комиссии по расследованию газовых контрактов 2009 года, за которые судят Тимошенко.

Суть официальных обвинений сводится к тому, что экс-премьер, во-первых, превысила служебные полномочия, единолично подписав контракты, а во-вторых, заставила «Нафтогаз» Украины переплатить России 194,6 млн долларов.

Разобраться, насколько выгодный или невыгодный контракт подписала в Москве Юлия Тимошенко, и вправду сложно. С одной стороны, цена в нем указана действительно очень большая. Кроме того, Украина обязалась оплачивать 33 млрд кубометров газа в год, даже если фактически она приобретет меньше (например, в 2012 году Украина собирается купить лишь 27 млрд кубометров). С другой стороны, контракты подписывались в условиях, когда поставки газа и его экспорт в Европу были прекращены — Тимошенко была поставлена в весьма жесткие условия.

В другой ситуации плюсы и минусы сделки оценивали бы экономисты, но сказался вечный антагонизм между Тимошенко и Януковичем — в дело вмешали политику. Та же Бого­словская выдвинула версию, что в обмен на невыгодные контракты Тимошенко могла получить из России деньги на свою президентскую кампанию.

Понятно, что в суде подобные аргументы не звучали. Они были рассчитаны на людей на улице — лагеря сторонников и противников Тимошенко, разбитые прямо на тротуаре Крещатика по обе стороны от входа в  суд, продержались здесь весь процесс. Они то сонно дремали, то активизировались. Наверняка не обошлось без потасовок и в день оглашения приговора. Но в целом выбором «Свет или Тьма», похоже, озадачилось незначительное число избирателей. И в том и в другом лагере корреспонденту «РР» признались, что проводят по нескольку недель в брезентовых палатках не без материального стимула.

В этой ситуации вероятность обвинительного приговора рассматривалась всеми наблюдавшими за процессом не с точки зрения опасений «сейчас начнется революция», а исходя из соображений «зачем нам это надо».

— Вы хоть понимаете, какая эта подстава для Януковича? — втолковывал корреспонденту «РР» член Партии регионов, настоятельно попросивший не называть своего имени. — У него была полная власть, Юля сливалась. Да он мог хоть пять налоговых реформ провести — за Юлей бы все равно никто не пошел! Но Янукович так привык ее бояться, что, видно, решил добить. И тут ему подсунули это газовое дело. В Москве, конечно, очень удивились: с вашей стороны, мол, все понятно, а у нас кто конкретно взятки давал — Путин, Медведев, Миллер? А деваться-то некуда, дело пошло, Януковича взяли в оборот, отступить он не может, на компромиссы Юля не соглашается. Вот мы и имеем сомнительные схемы с роспуском «Нафтогаза», «Южный поток» и новую газовую войну в самой ближайшей перспективе. Западники в его окружении довольны: Януковичу хочешь не хочешь придется с Западом дружить.

Версия эта с очевидным изъяном — ведь и Запад не обрадовался уголовному преследованию Тимошенко. Но в любом случае накануне приговора все сходились во мнении, что власть не оставила себе другого выбора, кроме как сажать: любое оправдательное решение в ту же секунду вернет экс-премьера в большую политику в образе героини-мученицы. И продемонстрирует не столько объективность судебной системы, сколько слабость нынешних властей.

Сама «оранжевая принцесса» на суде предположила, что после вынесения обвинительного приговора президент воспользуется своим правом на помилование, однако стопроцентной уверенности в этом нет. Сразу после того как судья Киреев объявил полуторанедельный перерыв для вынесения решения, сторонники Тимошенко в частных беседах уверяли, что Рада со дня на день декриминализирует статьи, по которым проходит их лидер, и та выйдет на свободу. Однако их предположения не оправдались. И это заставляет осторожнее относиться к версии о готовности властей идти на компромисс.

С киевским историком Ярославом Головней встречаемся неподалеку от Крещатика. Он показывает мне дом, некогда принадлежавший отцу знаменитого русского националиста Василия Шульгина («Какой-то он мне там четвероюродный дед»), улыбается и говорит, что «регионалы» — это большевики сегодня.

— В смысле — хотят взять все и поделить?

— Нет, в смысле, что, борясь с национальным движением, сами начинают использовать национал-патриотические лозунги. Почему куча царских офицеров воевала на стороне красных, которые пришли к власти на деньги немецкой разведки? Да потому что не хотели присо­единяться к прямым интервентам. Так же и у нас: Янукович и компания, которых всю жизнь считали кремлевскими, теперь обвиняют Юлю в продаже ро­дины Москве. И куда, скажите на милость, податься честному украинскому националисту? Жду, когда Виктор Федорович вернет Бандере звание Героя Украины.

— А вы сами-то за кого?

— А я как все: мне все равно. Но вообще, как историк, я полагаю, что мы все являемся свидетелями эпохальных событий. Важно, что Россия осталась в политической повестке исключительно в образе врага. Каждый пугает народ тем, что другой связался с Кремлем. И я думаю, это уже навсегда.  

У партнеров

    «Русский репортер»
    №40 (218) 13 октября 2011
    Кем был Стивен Джобс
    Содержание:
    Фотография
    От редактора
    Вехи
    Реклама