- «Русский репортер» №41 (219) /
- 20 окт 2011, 00:00
Человечина по-французски
Фестиваль «2-in-1»
«Пожары» (реж. Дени Вильнев)
После смерти матери близнецы Жанна и Симон должны исполнить ее последнюю волю — найти своего отца, которого они никогда не знали, и брата, о существовании которого не подозревали. Так начинается их путешествие в некую ближневосточную страну, скрывающую тайну их запутанного и кровавого рода.
«Пожары» канадца Дени Вильнева — один из лучших фильмов последних лет. Прежде всего благодаря выдающемуся мастерству рассказа и гипнотической форме: здесь нет ни одного лишнего кадра, а история выстроена так, что ее надо видеть и невозможно пересказать. Минимальными средствами Вильнев создает современнную «античную драму» — визуально безупречную, устроенную как лабиринт и пленяющую зрителя от начала и до конца.
Cut (реж. Амир Надери)
Иранец Амир Надери начал заниматься кино и стал классиком еще у себя на родине, но из-за разногласий с режимом эмигрировал в Нью-Йорк, где тоже не потерялся и снял несколько первоклассных фильмов. Cut (название лучше всего перевести как «Стоп. Снято!») он сделал уже в Японии.
Главный герой маниакально влюблен в кино, он держит безбюджетный киноклуб, рыдает на могилах Одзу и Мидзогути и снимает никому не нужные фильмы на деньги своего брата-якудза. Когда брату отрезают голову за долги, молодому режиссеру приходится их выплачивать. И он становится «живой грушей» в подпольном боксерском клубе, зарабатывая собственной кровью уже не только на оплату долгов, но и на свой следующий фильм. Концептуальный шедевр и настоящий манифест в защиту арт-кино, которое, во-первых, требует реальных жертв и полной самоотдачи, а во-вторых, само уже давно стало жертвой всяческих «якудза».
Play (реж. Рубен Остлунд)
Швед Рубен Остлунд — один из самых радикальных режиссеров современности. Он снимает холодные, но при этом гипнотические фильмы о сегодняшних европейцах, абсолютно потерянных, не знающих, кто они и кем хотят быть, но вынужденных делать вид, что с ними все в порядке, — разумеется, лишь до определенного момента, после которого неизбежно следует срыв и взрыв.
Play, его третий фильм, ставит обществу диагноз на примере современных детей. Картина основана на реальных случаях детской травли и подросткового насилия, которое в эпоху интернета, мобильников и социальных сетей становится особенно изощренным и одновременно неочевидным — а значит, ненаказуемым.
«Гаджини» (реж. А. Р. Муругадосс)
Самая киноманская программа фестиваля «2-in-1» называется «Болливуд наносит ответный удар» и посвящена болливудским ремейкам современной голливудской классики — от «Крестного отца» до «Годзиллы», «Матрицы» и «Человека-паука».
«Гаджини» — трехчасовой ремейк двухчасового «Помни» Кристофера Нолана, чересчур запутанного современного нуара о парне, который страдает амнезией, фотографирует все на полароид, чтобы ничего не забыть, и расследует убийство своей жены. Оригинальный фильм оставлял зрителя в приятном замешательстве относительно того, что же в нем все-таки происходило и кто был истинным убийцей, и болливудский ремейк оказался не менее хитрым и закрученным, что, впрочем, не помешало ему стать самой кассовой индийской картиной 2008 года. Настоящее синефильское удовольствие и хороший повод для аналитического сравнения двух культур и двух кинодержав.
Фестиваль «2morrow/Завтра»
«Тахрир» (реж. Стефано Савона)
Египетская революция глазами трех жителей этой страны. Режиссер Стефано Савона снимал их на протяжении двух недель судьбоносного переворота. Зритель оказывается в эпицентре революционных событий и в деталях видит, как происходило свержение режима Мубарака — от постов и «лайков» в Facebook до забрасывания камнями полиции и массовых демонстраций. «Тахрир» — отличный образец современной хроники, которая создается в режиме реального времени и освобождена от идеологического подтекста и прочих «задних мыслей». Более того, тут прекрасно видно, что революция — это все же больше стихия, порыв и чувство, чем логика и расчет. Очень эмоциональное и вполне революционное кино, которое смотрится на одном дыхании.
«Ариран» (реж. Ким Ки Дук)
Ким Ки Дук, пожалуй, самый злополучный режиссер из ныне живущих. Появившись на заре нулевых, он тут же стал звездой фестивального кино, подарив нам понятие «корейская жестокость». Сверхплодовитый, он выпускал по два фильма в год, радуя одних критиков и раздражая других — вплоть до того, что один известный фестивальный куратор объявил его «дутой фигурой» и «игрушкой для европейских фестивалей».
Чем дальше, тем больше Ким повторялся, хотя продолжал снимать не переставая. Но в 2008 году неожиданно замолчал. «Ариран» объясняет, что происходило с ним последние три года.
Оказывается, он пережил тяжелейший творческий и личный кризис, бросил кино и жил на улице, но все же прихватив с собой камеру. Этот автобиографический фильм-исповедь почти весь состоит из монологов Кима на камеру, во время которых он плачет и сходит с ума от отчаяния. И это не поза и не эксперимент, а реальное испытание — как для художника, так и для зрителя.
«Гиганты» (реж. Були Ланнерс)
Трое детей — два брата и их приятель — живут все лето одни в деревенском доме на юге Бельгии, пока их родители зарабатывают деньги в больших городах. Умный атмосферный фильм, реализующий мечту каждого ребенка остаться с лучшими друзьями в мире без взрослых, пользуясь всеми его благами в виде того же автомобиля или лодки. Очень точное и щемящее кино о счастье и несчастьях взросления, снятое бывшим художником Були Ланнерсом в солнечных пастельных тонах. Отдельное достижение — трио юных актеров, живущих в кадре удивительно легко и органично, так, словно никакой камеры перед ними нет.
Ночь французского гиньоля
В ночь с 22 на 23 октября в рамках фестиваля покажут три фильма-гиньоля с участием Доминика Пинона — знаменитого французского комика и любимого актера Жан-Пьера Жене.
Первый — классические «Деликатесы» (1991) Жене и Каро: гастрономическая антиутопия о постапокалиптическом мире, в котором еда стала дефицитом, а человечина — самым вкусным и дорогим блюдом.
Второй — «Сиротка без руки» Жака Ришара: портрет двадцатилетней девушки-сироты, родившейся без руки, и ее экстравагантного окружения из магов, фетишистов, маньяков и прочих фриков.
Наконец, третий и самый безумный фильм — «Убей меня, пожалуйста» Олиаса Барко. Это черная комедия о затерянном в горах замке — клинике для самоубийц, где им помогают успешно покончить с собой и предлагают для этого массу как безболезненных, так и очень радикальных способов. Среди пациентов — комический актер в кризисе, игрок в покер, который как-то внес в залог собственную жену и проиграл, певица со сломанным голосом и прочие эксцентричные аутсайдеры. Анархистское кино, у которого тем не менее есть совершенно четкий социальный месседж — легализация суицида, эвтаназии и право каждого человека самостоятельно распоряжаться своей смертью.
Необходимо зарегистрироваться или авторизоваться, чтобы оставить комментарий.
Пока еще не было оставлено ни одного комментария
Пока еще не оставлено ни одного комментария