Актеры нового типа

Культура
Москва, 03.11.2011
«Русский репортер» №43 (221)
Как мы делали спектакль о свободе

Иллюстрация: Наталья Кожуховская

11 ноября в московском Центре Мейер-хольда пройдет фестиваль «Театральный альманах», где покажут короткометражные спектакли о свободе. Мне с группой актеров предложили в нем участвовать. Но неизвестно, сделаем ли мы спектакль. Свобода оказалась ловушкой.

Сначала мы пошли классическим путем. Я выслушала многочасовые размышления актеров о свободе. Были упомянуты разные исторические фигуры, философские школы и даже Абрамович с Березовским. Я приготовилась писать пьесу. Актеры ждали от меня волевого режиссерского решения.

Но здесь крылся онтологический подвох. Полностью срежиссированный спектакль о свободе? Это показалось мне подлым обманом. Тогда я собрала актеров, благо их было всего двое, и сказала:

— Значит, так. Раз спектакль о свободе, я назначаю вас свободными людьми. Вы одновременно и актеры, и режиссеры, и драматурги. Вы — актеры нового типа!

Актеры страшно обрадовались.

Потом я сказала:

— Только вы должны встречаться каждый день и придумывать сцены о свободе.

У актеров сделались серьезные, вдумчивые лица. Это был нехороший признак.

— Вы будете встречаться или нет? — спросила я с угрозой.

— Нет, встречаться мы можем… — неуверенно сказал актер Z.              

— Встречайтесь в свободном режиме — в кафе, дома… — подбодрила его я.

Это было ошибкой. На следующий день они позвонили и сказали, что «порепетировать в такой обстановке не удалось». В сердцах я собрала принудительную репетицию.

Актер Х, еще только подъезжая к театру, заговорил о свободе выбора репетиционной площадки:

— Чего сидеть в театре? Я вот тут еду на велике, а на Патриарших какие-то лучи солнца. Может быть, последние.

Я подумала, что лишать людей последних лучей — значит посягать на их свободу.

И вот мы уже сидели у воды и ели пирожки с ливером. Потом появилось предложение «по глоточку». Я слабо попыталась воспротивиться, тогда актер Z торжественно достал пачку бумаг:

— А Эпикур? Я готовился, прочел, распечатал! Эпикур — это что, не свобода?

Мотивированно выпили по глоточку, поговорили об Эпикуре, посмотрели на последние лучи солнца. Подошел щенок. Веселый, стал грызть булку.

— Вот она, свобода, — сказала я.

Тут же пришла хозяйка, пристегнула щенка на поводок и увела. Актеры задумались, и я быстро повела всех в театр. У меня возникла новая концепция.

— Делайте на сцене, что хотите! Ну ее, пьесу. Долой режиссуру! Над вами годами издевались режиссеры. Теперь — свобода!

Спустя некоторое время мимо репетиционного зала проходил знакомый актер. Заглянул. Актер Х валялся на полу, актер Z рвал туалетную бумагу и бросал ее в воздух. Я напряженно следила за ними.

— Что они делают? — с интересом спросил знакомый актер.

— Они свободны, — сказала я. — Это новый вид театра. Это актеры свободного типа.

Актеру Х новая концепция нравилась. Актер Z нервничал, но бодрился:

— Нет, концепция интересная. Я скоро вольюсь в русло.

Поздним вечером, когда мы допили виски и вроде договорились о новом театре, актер Z вдруг отчаянно вскричал:

— А текст когда будет? Я хочу пьесу! Я хочу режиссуру! Я не могу на сцене без текста!

Я возмутилась этой чудовищной несвободе и ушла домой. Встречаться им все равно было положено каждый день и придумывать дальше.

Через два дня я позвонила. В трубке у актера Х стоял шум вечеринки.

— Леша, вы там встречаетесь, репетируете? — прокричала я. — Где Миша?

— Миша рядом. Мы репетируем, — неуверенно сказал актер Х. Его голос заглушили женский смех и музыка.

На следующей репетиции актер Z поставил вопрос ребром:

— Или мы делаем абсолютно выстроенный спектакль — с пьесой, режиссурой, или я лежу дома на диване!

И добавил:

— Ведь у нас есть свобода отказаться?

Театр по конструкции своей несвободен. Но в нем на территории более или менее жесткого контроля, как и в жизни, возможны колоссальные проявления свободы — духа, мысли.

Другое дело, если мы все-таки сделаем спектакль о свободе, чувствую, делаться он будет в ситуации легкого диктата. С этой свободой пора кончать.

У партнеров

    «Русский репортер»
    №43 (221) 3 ноября 2011
    Застой
    Содержание:
    Фотография
    Вехи
    Реклама