«Банда» в белых халатах

Актуально
Москва, 05.04.2012
«Русский репортер» №13 (242)
Сосновский район Нижегородской области может враз лишиться трети своих врачей. Следственный комитет намерен отправить в тюрьму 14 местных докторов за то, что они якобы приписывали к своим участкам «мертвые души», чтобы получить надбавки к зарплате. При этом ни местное управление здравоохранения, ни Фонд обязательного медицинского страхования, ни администрация области врачей виновными не считают

Фото: Анастасия Семенова

Правда врачей

Главный врач Сосновской центральной районной больницы Светлана Трифонова ведет меня по темным коридорам в свой кабинет. Там нас ждут медики. Они отмечают маленькую дату. Ровно два года назад сюда вошли два следователя местного Следственного комитета и потребовали всю медицинскую документацию. И закрутилось. Проверки, очные ставки, суды… Теперь медиков обвиняют по 159-й статье (мошенниче-ство) и по 292-й (служебный подлог). Возможный срок — до 10 лет. Всего фигурантов дела четырнадцать. Это треть всех врачей района.

— Мы сначала думали, что это минутное дело. Ну, мало ли, бывают проверки. А тут вон оно как… — вздыхает участковый терапевт Людмила Лаук.

На столе, за которым обычно проводят совещания и планерки, чайник, печенье «Калорийное», карамельки и гора тех самых документов по уголовному делу. В обвинительном заключении написано: «…совершили мошеннические действия путем внесения заведомо ложных сведений в официальные медицинские документы».

По версии следствия, сосновские врачи с 2006 по 2009 год вписывали в паспорта врачебных участков несуществующих пациентов, например умерших или ушедших в армию. Цель — завысить статистику. Дело в том, что 10 тысяч рублей — дополнительную надбавку в рамках национального проекта «Здоровье» — участковым врачам и врачам общей практики платят только в том случае, если они обслуживают не менее полутора тысяч человек. Подследственные называют дело абсурдным.

— Обвинение не хочет видеть очевидного: паспорт врачебного участка, в который якобы вносились «мертвые души», — это отчетная форма врача по итогам работы за год, так сказать, для внутреннего пользования. Этот отчет никуда потом не предоставляется: ни фонду ОМС, ни в министерство, никуда. Его даже заполнять не обязательно, — поясняет Светлана Трифонова.

И, что самое главное, от того, что написано в паспорте врачебного участка, выплата надбавки к зарплате никак не зависит. Именно поэтому по «делу врачей» нет истца. Пострадавшим назначили территориальный Фонд обязательного медицинского страхования. Только вот ФОМС жертвой себя не считает.

— Нас хотят сделать потерпевшими, но мы отказываемся. Потому что никакого ущерба бюджету нет, надбавки они получают законно, — объясняет «РР» директор ФОМС области Елена Хлабутина. — Когда начисляется надбавка, никто паспорта врачебных участков, какие-то записи в общих тетрадках во внимание не принимает. Население по поликлиникам распределяют муниципальные органы в соответст­вии с данными органов статистики. Врачи, я считаю, ни в чем не виноваты.

Более того, эти якобы мошенническим путем выбитые надбавки врачи получают все то время, что идет следствие.

— Нам ее, наверное, специально оставили, чтобы на адвокатов хватало. Она вся на них и уходит, — говорит Людмила Лаук. Ее оклад без стимулирующей выплаты — 4999 рублей. Ее стаж — 38 лет.

— Да, получаем, — разводит руками заведующая поликлиникой Ирина Грехова. — Притом что участки у нас не изменились и демографического взрыва в районе не было. Просто у нас действительно на врача приходится больше чем полторы тысячи пациентов. А «мертвые души»… Помните мои списки? Пишут: «Такой-то умер». Да он ходит, только хромает! «Такой-то выбыл». Да он живет, где жил! Все обви­нение построено на домыслах следователей.

Нынешняя система здравоохранения действительно заставляет врачей думать о статистике, но отнюдь не о приписывании «мертвых душ».

— Сейчас нам, чтобы получить основную зарплату, нужно выполнить план, — говорит Людмила Лаук. — У меня вот должно быть 580 посещений в месяц, из них 130 — на дому. То есть 20 человек за четыре часа принять и сделать шесть посещений на дому ежедневно. Как это можно планировать медицину? Мы не понимаем. Нам с больными работать некогда.

«Мертвые души» в такой сис­теме не нужны — они и в поликлинику не придут, и на дом не вызовут.

Молчание следователей

Правоохранительные органы, в отличие от врачей, на контакт идут неохотно. В ГУВД по Нижегородской области комментировать громкое дело отказались. Объясняют: в интересах следствия. Заместитель районного прокурора Сергей Листаров дело комментировать тоже отказался. Прокурор Олег Кирюков якобы в командировке. «Будет где-то в конце апреля», — говорят «РР» в  прокуратуре.

rep_242_037.jpg
Медики уверены, что следователи хотят за их счет выполнить план по раскрываемости преступлений
Фото: Анастасия Семенова

Когда врачи пробились на прием к губернатору Валерию Шанцеву, тот заверил, что он на их стороне. Правда, говорят, следст­вие и прокуратура у нас независимы, вот губернатор и не может положить конец абсурду.

Зачем следователям такое странное дело, понять невозможно, и поэтому врачи строят версии.

— Да следователям просто нужно было выполнить план, — делится мыслями один из врачей. — У нас же район тихий, а тут такое дело организовали. Вот нам нужно, чтобы больных у нас как можно больше было. А им преступники нужны. В отношении нас они возбудили 77 уголовных дел, все свои планы выполнили, поощрения наверняка получили и звезды на погоны. А потом 77 этих эпизодов объединили в одно дело.

Когда я выключаю диктофон, появляется еще одна версия, «не для записи». Якобы с помощью уголовного дела захотели убрать главного врача больницы, чтобы освободить место для жены одного из следователей. Главврач действительно уволился, а на всех потенциальных претендентов на это место к тому времени было заведено дело.

— На меня уголовного дела не было, пока я не подала документы на конкурс на главного врача. На следующий же день мне вручили постановление, — рассказывает одна из подозреваемых.

Более того, следователи попытались всех их отстранить от работы через суд. Не получилось: суд признал, что врачи имеют право работать. А местное управление здравоохранения нового главврача и его заместителей назначило именно из числа подследственных, чем еще раз продемонстрировало им свою поддержку.

Район без врачей

Алла Зыкова и Елена Белянцева идут по приемному отделению детской поликлиники Сосновской ЦРБ. Они самые молодые из обвиняемых. После того как начался процесс по «делу врачей», Елена ушла из участко-вой службы. Теперь она только офтальмолог.

— А нет больше никакого желания работать…

Она шагает дальше по коридору, а мы с Аллой сворачиваем в ее кабинет.

Тюль на окне. Стены выкрашены в розоватый цвет. Небольшой стол. На нем истории болезни и медицинские карты. Среди медицинских бумаг — Уголовный кодекс, настольная книга сосновских врачей.

— Уже наизусть знаю. Мы все смеемся: вот посадят, получим там юридическое образование и будем потом работать адвокатами.

Алла Александровна открывает шкафчик и достает оттуда пачку документов.

— Ой, тяжелая… — Бумаги с грохотом ложатся на стол.

Это обвинительное заключение: девять томов, почти пять тысяч страниц. Врач листает аккуратно подшитые тома: «Несколько раз одна и та же информация. Наверное, для объема».

— Я, как окончила институт в 97-м году, сразу приехала сюда работать. В 2005-м по итогам работы заняла третье место в областном конкурсе «Лучший участковый педиатр года». Не в конкурсе художественной самодеятельности, а именно в конкурсе по итогам работы за год. Считала, что я работать как педиатр умею. И когда на меня завели уголовное дело… Ну, это был шок. — Она ненадолго замолкает. — Особенно удивительно, потому что я лечила детей следователя РОВД, который начал уголовное дело, а он утверждает, что я никогда не обслуживала их… Я даже не знаю, как верить теперь правоохранительным органам.

Все два года, что длится следствие, врачи находятся под подпиской о невыезде. Людмилу Лаук недавно не выпустили в Германию, хотя там серьезно заболела ее свекровь.

— Мы ведь все собираемся уезжать отсюда, как только дело закончится, — говорит Людмила, когда мы выходим на улицу.

Она не верит, что их могут посадить. И если они действительно уедут, то лечить людей в Сосновском районе будет некому. Уже сейчас здесь свободны 27 врачебных ставок.

Несмотря на всю нелепость ситуации, удивляться следует не тому, что она возникла, а тому, что такое происходит еще не везде. Тут сходится все. Во-первых, абсурдная система начисления зарплат бюджетникам, в которой «стимулирующая» — необязательная — часть намного превосходит смешную ставку, а врачи (учителя и другие) повсеместно должны тратить возрастающие усилия на отчеты, поиск дополнительных ставок и прочее. Во-вторых, противоречащая здравому смыслу «палочная» система в полиции, которая заставляет ее сотрудников «шить» дела подчас даже в ущерб себе, своим детям, своему району. В-третьих, поведение властей, от министров до местного начальства, которым на увеличение бумагооборота хватает полномочий, а на реальное управление и решение настоящих проблем — нет. 

У партнеров

    «Русский репортер»
    №13 (242) 5 апреля 2012
    Город
    Содержание:
    Как народ?

    От редакции

    Фотография
    Вехи
    Фоторепортаж
    Реклама