7 вопросов Базилу Раджапакса, брату президента Республики Шри-Ланка

Интервью
Москва, 07.06.2012
«Русский репортер» №22 (251)
Базил Раджапакса, родной брат президента Махинды Раджапакса, занимает в правительстве скромную должность министра экономического развития. Но в республике ни для кого не секрет, что на самом деле Базил, пожалуй, самый влиятельный человек в стране. В интервью «Русскому репортеру» министр рассказал о том, почему Шри-Ланка гораздо круче Сингапура и зачем местные жители срочно учат русский язык

Фото: Сергей Савостьянов для «РР»

1. В вашей стране всего три года назад закончилась почти тридцатилетняя война между правительством и сепаратистской группировкой «Тигры освобождения Тамил-Илама». Развивать туризм на территории, где недавно лилась кровь, — смелое решение. Вы уверены, что люди готовы к этому?

Люди не просто готовы — люди жаждут этого, война надоела всем. В нашей стране треть территории и две трети морского побережья долгое время были потеряны для экономики. Теперь мы снова вводим их в оборот. Это уже дало мощный толчок росту ВВП: в последние годы он растет со скоростью не менее восьми процентов. И в значительной степени это происходит за счет развития туризма. Шри-Ланка — маленькая страна, но это планета в миниатюре. Одних водопадов более трехсот. Посмотрите на Сингапур, Дубай, Гонконг! У них нет ничего, точнее, все искусственное — тем не менее они смогли привлечь огромный поток туристов. А у нас природа так богата, что даже рекламы особой не нужно: количество туристов постоянно растет, и больше всего приезжают именно из России.

2. В последнее время у вашей республики налаживаются тесные отношения с «Газпромом».

Сегодня весь наш бензин поступает из-за границы, цены на него постоянно растут. И я рад, что такая компания, как «Газпром», ведет разведку нефти и газа на нашем южном побережье. Но новые возможности ставят перед нами и новые задачи. Одна из них — совершенствование экологического законодательства. Бывает так, что иностранные компании получают выгоду, а странам, где они ее получают, достаются одни проблемы. Мы так не хотим.

3.  Если в России произнести прежнее название Шри-Ланки — Цейлон, — то первое, что придет на ум, — это чай. Российский рынок по-прежнему является для местной чайной отрасли одним из ключевых?

Безусловно. Россия — важнейший рынок для нашего чая.

4. Я попробовал цейлонский чай здесь и огорчился. Тут он гораздо вкуснее. Почему?

Потому что некоторые недобросовестные партнеры смешивают его с чаем из других регионов. Это происходит не только в России.

5. В отличие от чая, цейлонские драгоценные камни не так известны в России. Почему их добыча до сих пор ведется по старинке, вручную.

Добыча драгоценных камней промышленным способом у нас запрещена. Для нас занятость людей важнее, чем быстрое обогащение. Конечно, мы можем закупить современное оборудование и резко увеличить доходность в этой отрасли. Но потом драгоценные камни закончатся, и что будут делать сотни тысяч людей, живущих этим промыслом? Нет, пусть это богатство расходуется постепенно. У нас ведь еще будут потомки.

6. В вашей элите много людей, учившихся в СССР и России. Это оказывает влияние на местный политический расклад?

И очень большое. В руководстве практически всех министерств работают бывшие студенты российских вузов. Та же ситуация в бизнесе, здравоохранении и даже религии, ведь первыми ланкийскими студентами в СССР были именно буддистские монахи. Мой брат, президент страны, тоже учился в России. Общество российско-ланкийской дружбы сегодня объединяет важнейших для страны людей, и этот факт, кстати говоря, очень не нравится кое-кому за рубежом.

7. Почему не нравится?

Вот уж не знаю.

У партнеров

    «Русский репортер»
    №22 (251) 7 июня 2012
    Футбол Европы
    Содержание:
    Реклама