История знает, кого выбирать

От редактора
Москва, 30.08.2012
«Русский репортер» №34 (263)

Умер Нил Армстронг. Первый человек на Луне и вообще первый землянин, побывавший на другом небесном теле.

Армстронг был единственным человеком в мире, которому я завидовал. Лет десять назад я заполнял анкету на сайте знакомств — толковую анкету, явно составленную хорошим психологом. Так вот, там был вопрос, который я хорошо помню: «Кем из известных людей вам хотелось бы быть?»

«Нилом Армстронгом, первым человеком на Луне», — ответил я, ни на секунду не задумавшись. Я и сейчас так отвечаю.

Ведь очень легко представить, что полетел не Армстронг, а кто-то еще, выбор в таких случаях остается не за личностью, а за историей. Но совершенно невозможно представить, что не было того полета «Аполлона-11» и не было 20 июля 1969 года, когда астронавт поставил ногу в футуристическом ботинке на другую планету. Астронавтом мог быть кто угодно, от этого мало что изменилось бы: на Луну высадились не Нил Армстронг и Базз Олдрин, а человечество. Слетать на Луну — это самое великое, что нам, людям, когда-либо удавалось. Думаю, никогда больше всей нашей цивилизации не совершить столь фундаментальный подвиг. Разве что выйдем в какое-нибудь иное пространство, но до этого, я так понимаю, еще далеко.

А вот ощущения человека, воплотившего этот подвиг, хотелось бы присвоить, хотелось бы первым постоять там, а потом вечерами выходить на балкон, смотреть на Луну и думать: «Я там был». И еще добавлять со смирением: «Первым…»

Нил Армстронг оказался достоин своей роли. Он подобрал очень точные слова, которые сказал, спустившись по трапу: That is one small step for man, one giant leap for mankind. Он мог сказать что угодно: в NASA существовал и существует запрет на навязывание речей астронавтам. Он мог сказать что-то про США — американцы все патриоты, и полет на Луну, конечно, их заслуга. Он мог просто сказать: «Ну, вот мы и здесь», — чтобы выглядеть таким крутым немногословным парнем. В конце концов, он мог ничего не сказать на публику. Но эта его фраза — она была для всех. Придумал ее Нил уже на Луне, перед самым выходом. Все же история знает, кого выбирать героем.

Может быть, конечно, моя зависть происходит из того простого факта, что больше мы на Луну не летаем, а если бы могли смотаться туда на уикенд, само достижение уже смотрелось бы естественным событием. Может быть. Вот если бы сейчас у нас была база на Сатурне, а на Меркурии мы добывали бы редкоземельные металлы, то полеты американцев казались бы еще одним звеном в освоении космоса без всякого романтического ореола. Не завидую же я Гагарину, в конце концов… Но межпланетные перелеты, так здорово планировавшиеся в героическую эпоху 60-х, оказались дорогими и ненужными ни экономически, ни научно, ни по-военному.

На Луне никого не было уже 40 лет, а само свершение сейчас выглядит почти как подвиги Геракла. Античная эпоха покорения космоса, как говорит один мой знакомый. Умер главный герой той эпохи. Мир праху.

А знаете, какой второй вопрос, который я помню из той анкеты знакомств? Вот он: «Ваше главное разочарование в жизни?» Помню его потому, что тоже ни секунды не думал и ответил: «Крах советской космической программы». Сейчас ответ был бы другим. Не было бы слова «советский» — спасибо Нилу, и не было бы слова «крах» — спасибо всем, кто продолжает. Ведь главное, что принес полет «Аполлона-11» землянам, — то, что мы это можем. И, по-всему выходит, мы еще там будем.

У партнеров

    «Русский репортер»
    №34 (263) 30 августа 2012
    Районная школа
    Содержание:
    Реклама