Человек бегущий

Спорт
Москва, 19.09.2013
«Русский репортер» №37 (315)
Говорят, стоит начать всерьез заниматься бегом — и уже не сможешь остановиться. Привыкание возникает как к наркотику — и на физиологическом, и на психологическом уровне. Из плюсов: здоровье. Из минусов: в России вы не везде найдете понимание. В отличие от Европы и Америки у нас бег еще не стал самым народным спортом, но, возможно, к этому все идет. Московский марафон показал: люди хотят бегать

Фотография: Валерий Шарифулин / ИТАР-ТАСС

— Ну где ты, Андрейка? — Катя и ее подруга привстают на цыпочки, чтобы разглядеть лица людей, вбегающих на стадион с другого конца БСА «Лужники».

— За своих мужчин болеем, — поясняют девушки. У Кати на груди в кенгурятнике спит младенец. На голове у него белая плюшевая шапочка с ушками. Уткнувшись маме в живот, малыш спрятал лицо от дождя и мирно сопит, пока его папа штурмует дистанцию.

— У меня муж бежит 42 километра. Два месяца готовился по программе run keeper. Это немного, но она очень интенсивная — в неделю нужно раз пять бегать. Вообще он любит спорт, занимается скалолазанием, а бегать — это так, дополнение, — Катя смеется и машет рукой в сторону стадиона, на котором в это время финишируют участники забега на 10 километров.

Сначала один, за ним второй, третий, потом пошла основная группа. Бегут без остановки, на каждом шагу маленькие трагедии. Вот схлестнулись два участника, как американские супергерои, затянутые с ног до головы в разноцветные облегающие костюмы. «Зеленый» жмет из последних сил и обходит «желтого» — они оба далеки от первого места, но это все равно триумф, победа, преодоление.

А вот на стадионе появилась еще одна группа марафонцев. Атлет в красно-черном ворвался на арену. Перед ним трое. Он включает крейсерскую скорость, обходит одного, успевает убежать от второго, который удивленно смотрит, откуда взялось это чудо, но перегнать лидера уже не успевает. Он пересекает финишную черту  и, как будто выключили моторчик, переходит на шаг. Кстати, так поступают очень многие.

Кто-то по инерции пробегает еще чуть-чуть, кто-то сразу замедляется, в редких случаях останавливаются, сгибаются в поясе, уперев руки в колени, и пытаются отдышаться. Или так: бежал человек быстро-быстро, прошел под финишными воротами — и захромал, да так, что вообще непонятно, за счет чего он держался последние несколько минут.

Для меня эти люди вообще загадка. Почему, пробежав 42 километра, они не падают на землю без сил и без чувств? Это какой-то сбой в законах природы, аномалия. Ведь они пробежали 42 километра меньше чем за три часа! Как сказал один знакомый, утром в воскресенье он никуда не побежал бы и за сто тысяч. А тут деньги значительно меньшие. На «десятке» первому дают 50 тысяч рублей, а в большом марафоне победители получают по 350 тысяч. Ясно, деньги здесь не главное. Не для этого люди встали в пять утра и под противную мелкую морось, иногда переходящую в дождь с порывистым ветром, отправились бегать по центру Москвы.

Катя и Арина сначала занимались бегом просто для себя, а потом им захотелось на­учиться бегать правильно, и они записались в школу профессионального бега I love running, прошли семинедельный курс.

— Зачем нам это? Теперь мы знаем, что можем, что это нам по силам. Если в следующем году будет полумарафон на 20 километров, то мы бы попробовали и его пробежать. — Довольные приобретенным опытом девушки идут в сторону дорожки, по которой к стадиону все бегут и бегут менее быстрые марафонцы. Там же люди собрались приветствовать тех, кто уже финишировал.

Народу не так много, в основном это или родственники и друзья спортсменов, или те, кто уже закончил свою дистанцию. «Вперед!», «Молодец, молодец!», «Давай, поднажми, осталось немного!» — незнакомые люди подбадривают незнакомых. Остаться равнодушным трудно, здесь рождается чистая эмоция, настоящая, искренняя.

Оказалось, наблюдать, как бегут другие, чрезвычайно захватывающе. Если всматриваться, то человеческий поток перестает быть обезличенной толпой. Вот «Тарас Бульба» — строгий пожилой мужчина с седыми усами минует аллею, упруго отталкиваясь от асфальта. Вот юноша, демонстрируя чувство юмора, несется в черном классическом цилиндре и небольшой белой юбочке а-ля балетная пачка поверх спортивного трико. Ухоженная дама средних лет улыбается и машет рукой. Веселые девчонки стайкой пролетают мимо. Вот еще одна, вся в черном, марафон ей дается гораздо тяжелее: от боли прикушен указательный палец, по щекам текут слезы, но она не сдается. Еще один пенсионер, на этот раз больше похожий на бывшего парт­работника с брюшком: он устал, но добежит. Кто-то несется, как на физкультуре, высоко задирая колени, кто-то — красивым правильным летящим шагом. Отведя плечи назад, девушка гарцует к финишу, словно у нее на ногах не кроссовки, а туфли на высоком каблуке.

В беге отражается индивидуальность. Здесь нет единой спортивной формы, поэтому каждый одевается, как хочет. Очень много молодежи. На рок-марафоне в Лас-Вегасе, после которого Дмитрий Тарасов, директор Московского марафона, загорелся идеей создать что-то похожее в российской столице, были в основном люди от тридцати пяти и старше.

— Их девиз «Беги или иди» вдохновил меня гораздо больше, чем профессиональные бегуны, — рассказывает Дмитрий.

На пятачке, где мы стоим, шумно и тесно. С одной стороны трибуны, с другой — дорожка. Молодой директор одет в клетчатую непромокаемую куртку без опознавательных знаков, так что его можно принять за одного из журналистов или за участника забега.

К Московскому марафону Дмитрий и его команда шли три года. Сначала были пробные шары — небольшие забеги и марафончики. Оказалось, что спрос есть. В первую очередь бегом заинтересовалась молодежь.

— Во времена перестройки у людей были другие проблемы, они больше занимались работой и поиском денег. Сейчас появилось первое поколение, которое стремится жить по-новому: им 25–30 лет, они выросли в новой России, хотят участвовать в благотворительности. Они занимаются бегом, потому что это новый вид общения: они устали от компьютеров и интернета, для них бег — форма социализации, поиск новых друзей по интересам.

— Пойдем, сфотографируйся с победителями, — Дмитрия увлекли в сторону поучаствовать в коллективном фото. А рядом все продолжают финишировать. Одна из судей, по виду спортивная бабушка лет семидесяти, которая напомнила мне мою преподавательницу физкультуры в университете — эта добрая душа ставила мне зачеты автоматом, — дисциплинирует вновь прибывших. «Как прибежали, так и проходим!» — покрикивает она на марафонцев, призывая не ломать установленный порядок. Отдышавшись, спортсмены показывают свои номера и получают питательные батончики, бананы и воду.

Организация марафона была на высоте, хотя не обошлось, конечно, без накладок: например, участники «десятки» жаловались, что вместо заявленных десяти километров их приборы насчитали больше одиннадцати. Но настроение им это не испортило.

Дмитрий Тарасов признал, что подводные камни были — куда же без них. Особенно если соревнование проходит в первый раз. Московский марафон — это реинкарнация Московского международного марафона мира. Новый маршрут, новые люди, новый импульс к жизни. В нулевых в ММММ участвовали лишь около полутора тысяч человек. В 2013-м — 6508 бегунов. Конечно, это еще не Берлин и не Нью-Йорк, где на старт выходят по 30 тысяч бегунов, но уже шаг вперед.

Мода — вещь довольно неуловимая, особенно когда ее источники неочевидны. Ни президент, ни премьер у нас бегом не увлекаются, а волна уже пошла. Банкир Роман только что пробежал 10 километров в компании своих коллег и говорит, что в забеге приняли участие даже те, кто далек от спорта. И, судя по всему, дело вовсе не в приказе сверху, просто бег действительно становится популярен среди молодежи и представителей среднего класса. Роман считает, что все дело в сарафанном радио. В свое время модным был теннис, и все бежали туда, а сегодня модно быть здоровым. Если знакомый тебе говорит: «Я буду участвовать в марафоне», ты волей-неволей заинтересуешься.

У центрального входа «Лужников» растерянно бродит женщина средних лет. Перед ней один за другим пробегают марафонцы. Трасса проходит таким образом, что с первого взгляда не понять, где ее можно обойти.

— Извините, вы не знаете, где здесь «Цирк дю Солей», — спрашивает она у молодой пары под зонтиком с трещотками-ладошками в руках. Афиша рядом повествует, что канадцы обосновались где-то на территории спорткомплекса.

— Нет, — говорят, — извините. Сегодня здесь марафон. Не хотите посмотреть?

У партнеров

    «Русский репортер»
    №37 (315) 19 сентября 2013
    Наводнение
    Содержание:
    У нас есть страна

    Дальний Восток России тонет уже практически месяц. Это наводнение называют самым масштабным в регионе за всю историю наблюдений. Стабилизировавшись в одном регионе, чрезвычайная ситуация, как эстафетная палочка, переходит вниз по течению к другому. Сейчас пик паводка в Комсомольске-на-Амуре. Город отчаянно борется со стихией, но она не отступает. Скоро холода, и вопрос «кто кого?» стоит все острей. Корреспондент «РР» отправился в зону бедствия и попытался понять, как большая вода меняет людей

    Реклама