Музыка

Афиша
Москва, 19.12.2013
«Русский репортер» №50 (328)

Мнение

Поедим еды и попьем воды

Когда-то самой актуальной характеристикой для русского кино была фраза из фильма «Изображая жертву» — о том, что «русское кино в жопе». К сожалению, то же самое сегодня можно сказать про русскую музыку. И не потому, что она плохая: наоборот, только за последние месяцы появилось очень много хороших проектов, от эстетских академических (например, песенный цикл «Пели» композитора Александра Маноцкова) до легковесно-популярных (как новые группы с участием Кати Павловой «Окуджав» и Alpha Beta).

Классные русскоязычные альбомы выпустили в этом году Земфира, «Петля пристрастия», Нина Карлссон, успешные англоязычные релизы были у ориентированных на Запад Pompeya и Tesla Boy, бесконечное количество слов произвели отечественные рэперы.

Кажется, у всех этих людей должны неплохо идти дела. У некоторых наверняка так и идут. Но у большинства даже заметных русских артистов все довольно паршиво.

Ситуация, когда у музыканта нет зимних ботинок, но есть эфиры на радио «Маяк», — это не фантазия, это реальность.

К сожалению, сегодня слава практически не конвертируется в деньги. Создать группу, прославиться и разбогатеть — этот алгоритм сегодня не работает. Достаток тех музыкантов, у которых «все есть», чаще всего основан на дополнительных источниках дохода или родительских ресурсах.

Почему все так? Ответ на этот вопрос давно известен: исчезновение музыкальной индустрии, победа mp3-формата и интернет-пиратства, перенос внимания аудитории с музыки на юмор и визуальные искусства. Вопрос в другом: что делать музыкантам? Ничего. Искать еще одну работу. И постараться сократить усилия и расходы на производство музыки: поменьше живых музыкантов и побольше электроники. Возить за собой на гастроли толпу людей с инструментами дорого и нецелесообразно. Гораздо выгоднее ездить одному с гитарой и минусом в ноутбуке и давать при этом как можно больше концертов.

Важно быть молодым, красивым и сексуально привлекательным. Песни сочинять короткие и смешные, как у Олега Легкого: «Рит, давай с тобой поедим еды, // поедим еды и попьем воды». И сочинять их чаще, чтобы надолго не исчезать из информационного пространства.

И ждать, когда государство наконец начнет тебя поддерживать как очень талантливого и ценного деятеля искусства.

Наталья Зайцева, музыкальный обозреватель «РР»

Sting. The Last Ship

Первый за десять лет полностью авторский альбом Стинга состоит из песен к его спектаклю про портовый город, в котором он вырос. Пластинка получилась театральная и ностальгическая. История угадывается вполне типичная и во многом автобиографическая: молодой человек не хочет повторять судьбу отца и уезжает из родного города, но потом, конечно, возвращается. Неожиданно личный и пронзительный альбом пожилого эсквайра.

Woodkid. The Golden Age

Французский клипмейкер, режиссер и дизайнер Йоанн Лемуан — наглядный пример того, что талантливый человек талантлив во всем. Его альбом The Golden Age, вообще-то, задумывался как саундтрек к одноименному видеопроекту — истории про мальчика, который взрослеет и превращается из деревянного ребенка (собственно Woodkid) в мраморного человека. В результате мощный барокко-поп с красивыми мелодиями и оркестровыми эскападами покорил Европу. В Россию Woodkid за год приезжал три раза и всегда устраивал аншлаги.

Stromae. Racine Carree

Бельгиец Стромай, автор незабываемого клубного хита Alors on Dance, свой второй альбом сделал чуть менее попсовым и более душевным, с большой примесью сальсы и даже одним условным, с позволения сказать, медляком — пронзительной песней о расставании Formidable. Но самый главный хит с пластинки — автобиографическая и слезовыжимательная (если знать, о чем текст) песня Papaoutai про отсутствующего папу. Редкий случай, когда поп-музыка не только въедается в мозг, но и несет какой-то гуманистический смысл.

Arcade. Fire Reflektor

Новый альбом самой известной на сегодня в мире инди-рок-группы Arcade Fire поклонники ждали с нетерпением целых три года. Непредсказуемые канадцы выдали диско-альбом, спродюсированный известным электронщиком Джеймсом Мерфи и со скромным участием Дэвида Боуи в одной песне. Как обычно, львиная доля успеха пластинки — в ее смысловой нагрузке: половина треков, несмотря на танцевальные ритмы, это довольно печальные песни про смерть и преодоление.

У партнеров

    Реклама