Приобрести месячную подписку всего за 350 рублей
Самое интересное за месяц с комментариями шеф-редактора. То, что нельзя пропустить!

Книги

2016

Похвала глупости

Константин Мильчин, литературный обозреватель «РР» 078_rr10_1.jpg
Константин Мильчин, литературный обозреватель «РР»
Возможно, вы не в курсе, но наши писатели, в том числе и самые лучшие, непрерывно высказываются на самые разные темы. Кто пишет колонки или эссе, кто дает разнообразные интервью — так вот, эти высказывания становятся предметом бурного обсуждения и умеренно громких скандалов. Причем для каждой аудитории есть свои герои и антигерои. Условно патриотическая общественность обсуждала и осуждала словесные преступления Людмилы Улицкой, условно либеральная — Захара Прилепина.

Если упрощать все сказанное Захаром, то он, Захар, — молодец, гений и русский, а его оппоненты — бездари и нерусские. А Людмила Евгеньевна высказалась в том плане, что французы сдались во Второй мировой войне немцам почти без боя, что, конечно, плохо, но зато спасли множество своих жизней, что, конечно, хорошо. Дальше оба эти высказывания муссировались до бесконечности, и обоих ораторов долго смешивали с грязью.

Когда вы осуждаете писателя за какое-либо высказывание, то вы уже изначально допускаете существенную логическую ошибку. То есть вы живете в странном мире, где почему-то считается, что писатель должен быть умным. С чего вы это взяли? Писатель вообще никому ничего не должен. Нет, есть определенное количество умных писателей. Например, Леонид Юзефович или, увы, покойный Умберто Эко. Но писатель не равен интеллектуалу. Писатель — это напряженный нерв, слышащий голоса, получающий сигналы от Вселенной, видящий то, чего не видят другие, немного юродивый, немного лжепророк и в значительной степени не от мира сего. Есть писатели, которые крайне приятны в бытовом и прочем общении, вежливы, никого не обижают, шутят тактично и никого не называют земляным червяком. Например, Александр Снегирев. Но это исключение из правил. Писателю вполне пристойно быть человеком мерзким и скандальным. Главное — чтоб книги хорошие писал, такие, которые заставляют долго и мучительно думать.

Авиатор

Евгений Водолазкин

Издательство Елены Шубиной

Главный герой просыпается в больнице и ничего не помнит, кроме каких-то отдельных эпизодов: детство, все кругом невыносимо прекрасно, Петербург начала ХХ века, по улице едут пожарные, он и кузен мечтают стать авиаторами. Но место действия вроде бы в России 1999 года. Оказывается, герой стал участником эксперимента: в 1930-м году его заморозили — советские ученые проводили эксперименты на заключенных Соловецкого лагеря. Кузен был там охранником, но пал во время очередной волны террора. А героя разморозили в уже совсем другой стране. Теперь он звезда газет, телевидения и рекламы. Тонкая, хотя и несколько неровная новинка от победителя «Большой книги».

Полтора килограмма если

Татьяна Леонтьева

Издательство «Рипол Классик»

Затянутая, но зато удивительно правдивая история о жизни. Рассказ девушки из Сибири, которая перебралась в Питер и за которой тянется длинный шлейф воспоминаний, друзей, неудачных влюбленностей и мучительных романов. Ничего не выдумано, тут любая узнает себя в той или иной из описанных сцен, а может, даже и во всей книге. В мужских персонажах также несложно найти себя, хоть этого и не захочется. Соль — она сама по себе не очень-то вкусная, но без нее организму никак.

Сломанная кукла

Елизавета Александрова-Зорина

Издательство «Рипол Классик»

Успешная барышня, психолог, коуч и автор бестселлеров, выходит из дома выкинуть мусор, и на этом ее жизнь заканчивается. Ключи, деньги, документы и прочие признаки успеха остались за дверью, которую невозможно вскрыть. Дальше начинается путь вниз: ночлежка, странное сожительство с безумным человеком где-то на окраине, работа уборщицей, наконец, компания бомжей. В мрачной философии Александровой-Зориной человек человеку даже не волк, а пиранья, здесь люди не имеют друзей и прочных связей, здесь все против всех. Правда ли это — пусть каждый ответит лично себе.

Новая исповедь экономического убийцы

Джон Перкинс

Издательство «Претекст»

Перкинс создал себе имя на бесконечном разоблачении американского капитализма. Он придумал термин «экономический убийца» и разработал сложную теорию. Американцы засылают своих советников в развивающиеся страны, те берут кредиты у Международного валютного фонда вроде как на развитие, но никакого развития не происходит, деньги остаются в Америке. Картина довольно правдоподобная, но из книги в книгу Перкинс никаких фактов не приводит, а лишь нагнетает атмосферу, расписывая преступную деятельность своих героев. Что ж, если считать это прозой, то она по-своему даже талантлива.

№10 (412)
Подписаться на «Эксперт» в Telegram



    Реклама




    Курс на цифровые технологии: 75 лет ЮУрГУ

    15 декабря Южно-Уральский государственный университет отметит юбилей. Позади богатая достижениями история, впереди – цифровые трансформации

    Дать рынку камамбера

    Рынок сыра в России остается дефицитным. Хотя у нас в стране уже есть всё — сырье, поставщики оборудования и технологии

    Струйная печать возвращается в офис

    Обсуждаем с менеджером компании-лидера в индустрии струйной печати

    Когда безопасность важнее цены

    Экономия на закупках кабельно-проводниковой продукции и «русский авось» может сделать промобъекты опасными. Проблему необходимо решать уже сейчас, пока модернизация по «списку Белоусова» не набрала обороты.

    Новый взгляд на инвестиции в ИТ: как сэкономить на обслуживании SAP HANA

    Экономика заставляет пристальнее взглянуть на инвестиции в ИТ и причесать раздутые расходы. Начнем с SAP HANA? Рассказываем о возможностях сэкономить.

    Аквапарк на Сахалине: уникальный, всесезонный, олимпийский

    Уникальный водно-оздоровительный комплекс на Сахалине ждет гостей и управляющую компанию

    Армения для малых и средних экспортеров

    С 22 по 24 октября Ассоциация малых и средних экспортеров организует масштабную бизнес-миссию экспортеров из 7 российских регионов в Армению. В программе – прямые В2В переговоры и участие в «Евразийской неделе».


    Реклама