Приобрести месячную подписку всего за 350 рублей
Самое интересное за месяц с комментариями шеф-редактора. То, что нельзя пропустить!

Политика

Двадцать лет с Крессом

2012
Фото: Валерий Доронин

Предстоящий уход Виктора Кресса с поста губернатора Томской области символизирует конец целой эпохи. При этом пост покидает не просто тяжеловес, а один из самых эффективных региональных лидеров

В учебниках новейшей истории Томской области последние двадцать лет будут называться «эпохой Виктора Кресса». Причем с легкой руки самого губернатора, заметившего, что «в жизни Томска и Томской области подходит к концу одна эпоха управления регионом и начинается другая».

Для тех, кто никогда не жил и не бывал в Томске, такая постановка вопроса может звучать несколько пафосно. Но для томичей она не несет в себе особой патетики — они действительно прожили эти скрупулезно подсчитанные 7 455 дней вместе с Крессом (срок его работы на концу губернатора истекает 17 марта). Как заметил один томский чиновник, «мы окончили университет при Крессе, начали работать при нем, женились и отдали своих детей в школу при Крессе». Действительно, по человеческим, да и по историческим меркам прошел целый период, который сопровождался многочисленными коллизиями и потрясениями. Но губернатор и Томская область устояли. Более того, как сказал Виктор Кресс о итогах своего управленческого периода, «мы не только не затерялись на российской карте, но и вошли в число регионов-лидеров». И в этом, пожалуй, главная заслуга покидающего пост политического тяжеловеса.

Драматичная десятилетка

По поводу своего политического долгожительства и упреков в том, что руководить 20 лет регионом — чересчур много, губернатор рассуждает просто: «Я думаю, что этот аргумент не может быть основным. Если бы предыдущие годы были бы годами-близнецами, если было бы топтание на месте, движение по кругу, то и пять лет, наверное, было бы много. На самом деле жизнь менялась год от года буквально на глазах».

19 апреля 1990 года в то время 42-летнего Виктора Кресса избрали председателем Томского областного совета народных депутатов, а 20 октября 1991 года указом президента РСФСР Бориса Ельцина он был назначен на пост главы администрации Томской области. Как вспоминал сам Кресс, это было время, «когда становиться руководителем исполнительного органа власти мало кто стремился». Действительно, в годы тотального развала в российском лексиконе не только не было слова «губернатор», не было вообще понимания того, как жить в новых условиях, не говоря уже о том, как в этих условиях управлять целой областью. Очевидно, что бремя управленческого стресса чувствовалось во всем — многие тогдашние поступки и решения руководителей разного уровня можно объяснить с нынешних позиций разве что воздействием кортизола и адреналина. Однако Кресс оказался на поверку крепким губернатором, как стали говорить позже — настоящим хозяйственником. И если поначалу многие использовали это слово в негативном контексте (хозяйственник, агроном, директор совхоза — и в губернаторы!), то постепенно неодобрительные коннотации сошли на нет и семантика слова претерпела позитивные изменения. Хозяйственник стал тем, кто тянул область.

«У меня отложилось в памяти не 20 октября, а 20 августа 1991 года, — говорит профессор Томского государственного университета Алексей Щербинин. — Путч в самом разгаре, вакханалия… И когда я шел в Дом политпроса, мы с Крессом встретились около гостиницы «Октябрьская». В его глазах не было страха, это был взгляд уверенного в себе человека — хозяйственника, который был на своем месте. Прошло вот уже 20 лет, понятно, что он менялся. Но эта хозяйственная закваска, она осталась, и не подверглась каким-то политическим колебаниям и конъюнктуре. Феномен Кресса как губернатора и связан с тем, что он в своем корне остается хозяйственником. Но не просто добывателем ресурсов, хотя в период середины 90-х годов это и было главной задачей, когда приходилось ходить по кабинетам и вытряхивать деньги на бюджет для области».

Первая «десятилетка Кресса» оказалась более чем бурной. Достаточно вспомнить кончину КПСС, легализацию доллара и свободные цены. Случившиеся на этой почве обвал уровня жизни населения и галопирующая инфляция добавляли масла в огонь, на котором сгорали любые экономические амбиции. Потом начались ваучеризация, расцвет челночной торговли, формирование рынка государственных краткосрочных обязательств и всеобщий бартер. Понятно, что в таких условиях принятие не только управленческих, но и политических решений было делом чрезвычайно нетривиальным. Последовавшие «черный вторник» с обвалом рубля, задержки с выплатами пенсий и зарплат еще более усугубили ситуацию. Однако даже в таких, действительно непростых условиях, когда администрация, по словам губернатора, работала «в режиме пожарной команды», Крессу удавалось удерживать область на плаву. Естественно, не в одиночку. В этот период начинает приобретать более-менее четкие очертания кадровая политика губернатора, результатом которой станет появление «команды Кресса». Поддержка формирующихся в тех условиях новых элит и твердое плечо «старой гвардии» тоже сыграли свою роль. Причем если «закоренелые» хозяйственники работали с Крессом, памятуя о его опыте директора совхоза, то представители новой элиты уже видели в нем управленца, который быстро набирался современного опыта.

В 1990-е годы в Томске, как и в большинстве городов России, произошел спад промышленного производства — особенно в машиностроении, ориентированном на военные госзаказы, а также в оказавшейся неконкурентоспособной легкой промышленности. Перестали существовать приборный и радиотехнический заводы. Испытывал серьезные трудности гигант советской индустрии — Томский нефтехимический комбинат, несколько раз менявший собственников. Продажа Восточной нефтяной компании и приход на территорию региона ЮКОСа серьезно изменили бюджетно-налоговую историю Томской области. А начало реализации Газовой программы в 1999 году, которая сделала регион форпостом газовой промышленности на востоке страны, утвердило сырьевую доминанту в экономике региона.

Однако губернатор понял, что будущее Томска и области — за наукой и вузами. Еще в 1996 году областная администрация выделила 4 млрд рублей на финансовую поддержку вузов, некоторые из них тогда просто превращались в руины. Деньги пошли на реставрацию главного корпуса Госуниверситета, на подготовку общежитий к зиме и даже на оплату подписки изданий для научной библиотеки.

Причем уже тогда Кресс призывал смотреть правде в глаза — если исследовательские коллективы не сумели войти в федеральные научные программы и получить за счет них финансирование, если организаторы науки не смогли установить тесные связи с местными промышленниками, то областной бюджет их не спасет. «Механизмы поддержки высоких технологий и наукоемких производств недостаточно разработаны и не гарантируют результата,— говорил губернатор в 1997 году. — Есть общие тенденции выживания и развития экономики, которые мы не должны игнорировать. При выходе из кризиса ставка делается на так называемые экспортно ориентированные отрасли. Если говорить о сегодняшнем дне, то реально такой отраслью в нашей области является только нефтегазовая. Это тот самый локомотив, который сможет потянуть за собой и другие отрасли, в том числе и науку. Означает ли такая позиция, что администрация забудет о научно-образовательном комплексе? Конечно же, нет. И если не политики, которые зачастую руководствуются собственными интересами, то ученые это должны понимать».

Ученые, надо сказать, понимали, терпели и, сжав зубы, делали свое дело за мизерные по тем временам зарплаты. Вузы лихорадило от безденежья и угроз отключения тепла и электроэнергии. Кресс лично решал эти проблемы и заботился о том, чтобы томские студенты не замерзли в своих аудиториях.

Вообще, первое десятилетие руководства областью в классификации самого Кресса можно назвать годами неопределенности. Как он часто шутил, задача была проста: «день простоять да ночь продержаться». Плановой экономики уже не было, а рыночная еще не созрела. Ошибки, безусловно, были, но приходилось мириться с неизбежными потерями. Губернатор до сих пор сожалеет о том, что не получилось приватизировать единым комплексом лесопромышленную отрасль региона. Однако крупных, глобальных и заведомо предопределенных просчетов в экономической политике Крессу удалось избежать. Ситуация в области улучшилась после дефолта 1998 года и последовавшего за ним оживления экономики страны. На этой волне губернатор разворачивает кампанию в поддержку местных товаропроизводителей пищевой продукции и малого бизнеса. Социалистический принцип «от каждого — по его способностям, каждому — по его труду» трансформируется в два основных тезиса Кресса. Социальный — «сильному — работа, слабому — забота», и экономический — «сохранить и приумножить».

Выход в XXI век

Начало нового столетия для Томской области ознаменовалось бурным промышленным ростом. Он был одним из самых высоких в стране: уже к 2004 году показатели 1990-го были превышены на 8% (в сопоставимых ценах). Однако ликвидация ЮКОСа привела к резкому спаду в нефтяной отрасли и, как следствие, в показателях промышленной динамики Томской области. Она ухудшалась всю вторую половину 2000-х после перехода активов ЮКОСа в собственность «Роснефти». Тем не менее во время переходного периода доля нефтяной отрасли в структуре промышленного производства Томской области выросла с 10% в 1991 году до почти половины в 2004-м. С  созданием узкопрофильной экономики пришло время задуматься о том, что не получалось создать в 90-е годы — об инновационной системе. Просто потому, что стало понятно — на одной ноге, даже такой сильной, как нефтегаз, экономике не устоять.

С 2002 года область взяла курс на инновационное развитие, и за последние восемь лет смогла значительно диверсифицировать экономику. Сегодня инновациями занимаются практически во всех отраслях, рост инновационной продукции устойчиво держится на уровне 10–15% в год. Но цель была, конечно, не в механическом наращивании темпов роста, а в формировании эффективной инновационной экономики. Победа в конкурсе на создание особой экономической зоны технико-внедренческого типа в 2005 году, организация первой в России технологической платформы «Медицина будущего» и утвержденная в 2011 году правительством России концепция развития области «ИНО Томск-2020» позволили говорить о том, что основа такой экономики в Томской области создана и система функционирует. Показательны в этом отношении достижения научно-образовательного комплекса. Если в 1998 году все томские вузы и научные учреждения привлекли 500 млн рублей, то в 2011 году — 22,6 миллиарда.

sib_321_012.jpg
В отличие от других сибирских «тяжеловесов», Кресс предпочитал либеральный стиль управления регионом
Фото: Валерий Доронин

«Мне как человеку науки было очень интересно наблюдать, как Кресс сумел переориентировать свои хозяйственные или даже агропромышленные подходы на научно-образовательный комплекс, — говорит Алексей Щербинин. — Ведь, по сути, что у нас было в Томске в 90-х? Двадцать тысяч ученых вместе со всеми остальными попали в мясорубку экономических реформ и могли уйти в небытие вместе со своей отраслью. И Томск действительно мог бы превратиться в большое село. Однако Крессом и его командой была принята очень грамотная стратегия, связанная с инновационным развитием. Человек, что называется, нашел свою фишку. Можно уговаривать себя и других в том, что Томская область — индустриальный регион, но логистику не обманешь. Понятно, что наш главный потенциал — это наука и инновации, и сегодня он работает».

Наивно было бы полагать, что Виктор Кресс в одиночку решал все стратегические задачи области. Основная его заслуга видится в другом. Так получилось, что томский губернатор обладает определенным достоинством объединять вокруг себя чаще всего нужных и в большинстве случаев грамотных в своем деле людей. Кадровую политику Кресса часто критиковали, но именно она позволила области обрести новое — стратегическое мышление. Например, во главе инновационных процессов встала Оксана Козловская, все последнее десятилетие работавшая первым вице-губернатором (в декабре она возглавила Законодательную думу области). Кресс стал не диктатором или авторитарным правителем, как многие его коллеги, а связующей фигурой для местных политических элит. А интуиция и осторожность, присущие ему как политику, всегда служили сдерживающим фактором и не давали области с умным, а следовательно, достаточно проблемным электоратом слететь с катушек. Возможно, поэтому федеральные власти всегда уважительно относились к томскому губернатору, и это отношение лишь укреплялось по мере позиционирования Томской области как региона интеллекта с весьма неплохими социально-экономи­ческими показателями. Это тоже важно.

Таким образом, Кресс оставляет преемнику территорию, находящуюся в состоянии инерции стабильности, с проросшими на почве инновационного развития корнями патернализма. И именно здесь начинается следующая точка отсчета. «Решать задачи нового этапа придется новому руководителю региона, — констатирует Виктор Кресс. — С ним томичи связывают большие ожидания, но и ему не придется начинать с чистого листа».

Генеральный директор «Газпром трансгаз Краснодар» Сергей Жвачкин, утвержденный 15 февраля на пост главы региона Законодательной думой Томской области, оценивается экспертами как выигрышная кандидатура. Однако некоторое волнение, связанное со вступлением в должность нового губернатора, местный политический бомонд все-таки испытывает. Дело в том, что за последние годы промышленная элита и томские политики привыкли, что их как явно, так и незримо связывают с процессами, происходящими в Томске. Инновационное развитие, ставшее визитной карточкой региона, делает их более весомыми и передовыми в глазах сторонних наблюдателей, что немаловажно не только для роста личного самомнения, но и для правильного позиционирования области в целом. Нынешнее беспокойство вызвано тем, что новый губернатор, даже начиная не с чистого листа, может сместить акценты развития от инновационного, скажем, снова к сырьевому, учитывая его послужной список. Опасения, скорее всего, беспочвенные, поскольку Виктор Кресс довел область до точки невозврата, откуда, даже стоя на распутье, невозможно повернуть никуда кроме как на тропу инноваций. Новому губернатору придется встать во главе процесса, как это более двух десятков лет делал Виктор Кресс.          

«Эксперт Сибирь» №8 (321)
Подписаться на «Эксперт» в Telegram



    Реклама




    Струйная печать возвращается в офис

    Обсуждаем с менеджером компании-лидера в индустрии струйной печати

    Когда безопасность важнее цены

    Экономия на закупках кабельно-проводниковой продукции и «русский авось» может сделать промобъекты опасными. Проблему необходимо решать уже сейчас, пока модернизация по «списку Белоусова» не набрала обороты.

    Новый взгляд на инвестиции в ИТ: как сэкономить на обслуживании SAP HANA

    Экономика заставляет пристальнее взглянуть на инвестиции в ИТ и причесать раздутые расходы. Начнем с SAP HANA? Рассказываем о возможностях сэкономить.

    Аквапарк на Сахалине: уникальный, всесезонный, олимпийский

    Уникальный водно-оздоровительный комплекс на Сахалине ждет гостей и управляющую компанию

    Армения для малых и средних экспортеров

    С 22 по 24 октября Ассоциация малых и средних экспортеров организует масштабную бизнес-миссию экспортеров из 7 российских регионов в Армению. В программе – прямые В2В переговоры и участие в «Евразийской неделе».


    Реклама