Приобрести месячную подписку всего за 350 рублей
Самое интересное за месяц с комментариями шеф-редактора. То, что нельзя пропустить!

Общество

На смерть барахолки

2013
Фото: Виталий Волобуев

В Новосибирске закрывается крупнейший за Уралом вещевой рынок — Гусинобродская «барахолка». На ее месте обещают построить один из главных в городе транспортно-пересадочных узлов. Но даже если этот проект-мечта не осуществится, гибель архаичной уличной торговли все равно не остановить

Кроссовки Adidas, модные синие джинсы и дешевые автомобильные магнитолы — эти и многие другие мечты советских людей были в лучшем виде воплощены на Гусинобродском вещевом рынке, прозванном «барахолкой». Этот рынок был далеко не городским. Каждый день сюда подъезжали автобусы со всех концов Сибири и Казахстана, чтобы затем отвезти ушлых оптовых торговцев с заполненными клетчатыми сумками на свои местные рынки. Так в небольших городах возникали «филиалы» новосибирского рынка — и проследить, сколько тысяч людей задействовано по сей день в этих торговых цепочках, невозможно. Но не будет сильным преувеличением утверждение, что во многих селениях торговые точки гонцов с новосибирской «барахолки» были единственными градообразующими предприятиями.

С 1 января будущего года все эти цепочки должны обрушиться. Гусинобродский вещевой рынок, который в последний год из-за требований федерального законодательства и так считается «ярмаркой», требуется закрыть. На его месте мэрия Новосибирска обещает построить новый автовокзал, метродепо и одну станцию метрополитена — словом, вместо сомнительного вида рынка горожанам обещан привлекательный и амбициозный проект. В его осуществление, впрочем, верят пока только сами чиновники. А торговцы новосибирской «барахолки» и вовсе сомневаются, что такую махину можно закрыть в один день даже по велению губернатора. Но в действительности конфликт вокруг барахолки куда глубже: речь идет о трудном пути переформатирования хаотичной уличной торговли в современный ритейл.

Кузница бизнеса

Переоценить значение новосибирской барахолки для становления новосибирского бизнеса просто невозможно. Вещевой рынок здесь появился еще в 1970 годах прошлого века. Тогда это было место мелких коммерческих криминальных операций. В условиях однообразия и дефицита изделий советской легкой промышленности здесь можно было купить качественные и фирменные импортные джинсы, кроссовки, костюм или пластинку с популярной музыкой, в общем, все, что душе угодно. Правда, стоило это тогда очень дорого. Нередко одна вещь — одна зарплата.

«Помню, в 1980 годы, когда учился в старших классах школы, загорелся купить кроссовки Adidas. Долго откладывал на них деньги, которые мне давали родители на личные расходы. И вот однажды поехал на барахолку. В толкучке нашел нужного продавца с нужной мне вещью. Как сейчас помню, он мне дал померить один кроссовок, а второй отдал после того, как я рассчитался. И тут же скрылся из вида. Я только дома узнал, что купил два одинаковых правых кроссовка. Но уже на следующих выходных я вернул свои деньги, причем с прибылью. Именно тогда я понял, что мне нравится торговать, и в начале 1990 годов я стал работать на барахолке, продавать кожаные куртки и обувь», — вспоминает предприниматель Олег Шаланов, для которого Гусинобродский вещевой рынок стал стартовой площадкой в развитии бизнеса.

В 1990 годы контейнерная торговля новосибирской барахолки обеспечивала до 70% товарооборота региона, позволяя заработать тысячам оставшихся без работы сотрудникам оборонных предприятий, низкооплачиваемым ученым, врачам, учителям, активным пенсионерам. Тогда оптовики «Гусинки» одевали не только Новосибирск и область, но и соседние регионы: Кузбасс, Алтай, Красноярский край и даже Восточную Сибирь и Якутию. «Самый крупный оптовый рынок за Уралом стал для многих совершенно разных социальных слоев единственным путем выживания в суровые 1990 годы, включая профессиональную и творческую интеллигенцию. Получив в процессе сильнейший психологический стресс и унижение, эти люди были закалены в условиях конкуренции и мотивированы для материального обогащения, что позволило им приобрести все атрибуты «советского» счастья: квартиру, машину, мебель и, конечно, «путевку на Канары», — говорит заведующий кафедрой архитектуры гражданских зданий НГАХА Игорь Поповский.

Как ни странно, барахолка в 1990 годы формировала и потребительский вкус сибиряков, не избалованных выбором товаров времен СССР. Для многих новосибирцев вещевой рынок многие годы был чуть ли не единственным местом в городе, где можно было приобрести одежду и обувь. Более того, именно там люди начали осознавать, что в одежде существует выбор, а не просто все одинаковое и непримечательное. Только с появлением крупных торговых центров, где представлены ведущие мировые массовые бренды, сибиряки начали скептически морщить нос, глядя на барахолочные предложения.

«Формирование новых предпочтений, как и отказ от старых, дается крайне непросто. Поэтому мы еще долгое время будем видеть эти «барахолочные стандарты» во внешнем виде многих людей. Кроме того, следует понимать, что барахолка исчезнет как торговая площадка, но спрос в этом сегменте никуда не денется, поэтому фактически барахолка просто поменяет формат на более современный — небольшие торговые центры с умеренными ценами на аренду и продукцию», — считает персональный стилист-шопер Михаил Гушинец.

Продавец Ольга Андрушко уверена в том, что барахолка с нового года не закроется и еще как минимум год поживет 012_expert-sibir_37.jpg Фото: Виталий Волобуев
Продавец Ольга Андрушко уверена в том, что барахолка с нового года не закроется и еще как минимум год поживет
Фото: Виталий Волобуев

Битва не на жизнь

Решению о закрытии барахолки предшествовала долгая и непростая история борьбы муниципалитета с теневыми финансовыми потоками. Вплоть до начала 2000 годов городской бюджет практически не получал доходов от огромного торгового предприятия под название Гусинобродский вещевой рынок. Это притом, что один контейнер мог приносить своему владельцу до трех миллионов рублей прибыли в месяц. В 2001 году реформирование барахолки было поручено начальнику городского департамента потребительского рынка и земельных отношений вице-мэру Игорю Белякову. Из МУП рынок был реорганизован в ОАО и стал понятным налогоплательщиком. Но в том же году Белякова убили. Еще через год от руки киллера пал депутат горсовета Анатолий Карпунин, который являлся членом совета директоров ОАО «Гусинобродский вещевой рынок» и поддерживал шаги мэрии по повышению прозрачности экономики барахолки.

Последнее громкое убийство, связанное с рынком, произошло в 2004 году, когда в подъезде своего дома был застрелен преемник Белякова, вице-мэр Новосибирска Валерий Марьясов. «Цель у власти была простая — поставить поток черного нала под контроль мэрии, перераспределить его в пользу муниципалитета. В результате с одного миллиона рублей в год доходы муниципалитета выросли до 150 млн в 2003 году. В 2004 году запланировано 170 млн. При бюджете города в 12 млрд рублей — это большая сумма», — комментировал в 2004 году известный депутат новосибирского горсовета Александр Люлько. И, как бы то ни было, к 2010 году только от аренды торгового имущества бюджет города получал порядка 370 млн рублей.

Однако по мере появления в Новосибирске крупных торговых центров значение барахолки стало быстро падать. Ее начали воспринимать чем-то вроде «раковой опухоли» на теле города, имиджевым позором для сибирской столицы. «В середине 2000 годов в городе появились более комфортные варианты покупки товаров, но при этом без существенного их удорожания. Смысл ехать, в некомфортных условиях примерять что-либо (особенно зимой), если можно зайти в магазин, павильон и спокойно, в уюте, тепле все примерить. С развитием форматов торговли модный ширпотреб плавно перекочевывал в них. Был период (особенно в середине нулевых годов), когда один и тот же человек имел точки на барахолке и магазины в городе при одном и том же ассортименте. Постепенно тренд начал смещаться в сторону последних», — вспоминает директор «TSC, лаборатория развития» Татьяна Аржаева.

Таким образом, к настоящему времени от былой славы барахолки как средоточия криминального бизнеса и многомиллиардных потоков «серых» денежных средств не осталось и следа. На этом-то фоне власть и решила избавиться от Гусинобродского вещевого рынка. Помимо необходимости строительства транспорт­но-пересадочного узла на стороне чиновников новый федеральный закон «О розничных рынках», по которому с 1 января 2013 года рынки в городах должны располагаться только в крытых и капитальных сооружениях. Чтобы не нарушать требование закона, власти наделили Гусинобродский вещевой рынок статусом ярмарки.

Роль могильщика барахолки в сентябре 2012 года взял на себя губернатор Василий Юрченко, подвергший жесточайшей критике условия торговли на Гусинобродском вещевом рынке. «Покупатели думают, что там дешево и не очень плохое, на самом деле их обманывают. Там колоссальные деньги вращаются, теневые, которые идут в преступные группировки», — объяснил губернатор и добавил: «Раньше никто не пытался убрать эту криминализованную территорию из Новосибирска. Поэтому переедет или нет, не знаю, но не будет с 1 января 2014 года». Какое-то время власти рассматривали возможность перенести барахолку в село Раздольное на Гусинобродском шоссе, но вскоре от этой идеи отказались. Умирающий вещевой рынок оказалось проще и эффективнее просто закрыть.

«Власть нам должна»

— Пожалуйста, напишите в своей статье, что закрытие барахолки — это беда для тысяч людей, которые останутся без работы. Эти люди отдали вещевому рынку многие годы, а нередко и десятилетия. И часто это люди умные, имеющие по два высших образования. И куда нам сейчас, — растерянно вопрошает интеллигентного вида продавщица. Ее зовут Ольга Андрушко.

Она торгует на барахолке уже 14 лет. На фоне примитивных торговых закутков, в которых работает большинство торговцев барахолки, ее просторный теплый павильон смотрится презентабельно, что является несомненным конкурентным преимуществом. На протяжении пятиминутного общения в павильончик заглянуло два потенциальных покупателя и коллега по торговому ряду, лихо обменявшая монетку на одну из конфет, лежащих на Ольгином столе.

— А у вас толстовка (указывает на вещь) только такого цвета? — заглядывает в павильон мужчина среднего роста с сединой в волосах. «У нас множество цветов», — как-то очень гордо отвечает ему Ольга. Пока он определяется, мы продолжаем разговор.

«Нам и в прошлом году, и в позапрошлом говорили, что мы не будем здесь больше работать. И ничего: наступает 15 декабря, и с нами заключают новый договор на год. Никто нас не закроет и в этом году. Я в этом уверена. Как минимум год мы тут еще поработаем. А как иначе? Куда же денутся четыре тысячи продавцов? — вернулась Ольга к своему главному аргументу против кардинальных перемен. — Нет, власть должна сначала обеспечить нас рабочими местами, а потом уже закрывать барахолку. Да и как здесь строить метродепо, если, говорят, грунтовые воды подходят близко к почве?»

«Но ведь уже сдана первая очередь ТК «Гусинобродский», скоро сдадут вторую. Мэрия как раз озадачена тем, где будут работать люди, торгующие на барахолке», — встаю на защиту властей. «У этого крытого центра место неудачное. К нам приезжают оптовики на автобусах, а там встать негде. Просто не предусмотрена большая стоянка. Продумайте, создайте условия, а уж потом говорите об альтернативе. Поймите, никто не хочет работать на улице, тем более в мороз. Облагородьте барахолку, установите павильоны типа того, в котором работаю я — и все будет хорошо. Людям нужна барахолка, ведь у нас столько тех, кто не может позволить себе одеваться в бутиках торговых центров. Особенно сельские жители», — констатирует Ольга Андрушко. «Но ведь объективно количество покупателей на барахолке с каждым месяцем сокращается?» — вношу я конструктив. «Да, это так. Но сказать, что это падение катастрофично для нас, не могу. Заметное падение покупательского трафика началось пару лет назад. Да этого процесс носил волнообразный характер. Но все равно люди приезжают и покупают. Да, барахолка объективно должна сократиться в размерах, но она должна остаться», — убежденно заявляет продавец.

Продавец Ольга Андрушко уверена в том, что барахолка с нового года не закроется и еще как минимум год поживет 012_expert-sibir_37.jpg Фото: Виталий Волобуев
Продавец Ольга Андрушко уверена в том, что барахолка с нового года не закроется и еще как минимум год поживет
Фото: Виталий Волобуев

«А разве ее закрывают?»

Как и пять, и десять лет назад ночью Гусинобродский вещевой рынок — это опт, утром и днем — розница. Пик продаж на барахолке приходится на выходные дни. Но за последние пару–тройку лет масштабы барахолки заметно сократились, покупательский трафик упал, больше стало продавцов-иностранцев — таджиков, узбеков, казахов и, конечно, цыган. Говорят, торговцы из бывших союзных республик оккупировали барахолку около восьми–десяти лет назад, и с тех пор их доля только растет. На вид иностранцы — куда более эффективные продажники. Если русские продавцы как-то отстраненно смотрят на задержавшегося у прилавка прохожего или вовсе занимаются своими делами — ведут нехитрый разговор с коллегами по цеху, разгадывают кроссворды, занимаются инвентаризацией, — то иностранцы бойко зазывают редких покупателей в свои торговые точки. А порой они ведут себя как агенты спецслужб. «Ребята, джинсы не интересуют?» — заговорщицки шепчет нам с фотографом таджик в полном расцвете сил, подозрительно оглядывающийся по сторонам. Отказываемся и идем дальше.

«Как у вас идет торговля в последние месяцы перед закрытием барахолки? — спрашиваю русского мужчину лет сорока, торгующего джинсами. «А разве ее закрывают? — с неподдельным удивлением таращится торговец. — В первый раз слышу. Понимаете, я после отпуска, сегодня первый день как вышел на работу».

Интересно, но и его соседка тоже ничего не слышала о закрытии барахолки. «Нам официально никто ничего не говорил. Люди говорят разное, но ведь эти разговоры ходят уже не первый год. Пока работаем, а там как бог даст», — вздыхает она. По ее словам, на барахолке сегодня по-прежнему можно купить качественную вещь заметно дешевле, чем в крупном торговом центре. «Посмотрите, вот турецкая рубашка, она у нас стоит 1,5 тыс. рублей. Прекрасное качество. Точно такую же вы купите в торговом центре уже в два раза дороже. И это минимум! Думаете откуда вещи, которые вы там покупаете? Да отсюда», — заливисто смеясь, заявляет она нам.

На фоне почти безлюдной барахолки будничного утра торговый комплекс «Гусинобродский» выглядит вовсе безжизненным. Именно в этот ТК, расположенный в непосредственной близости от торговых рядов, мэрия рекомендует переезжать торговцам с барахолки. В этом году сдана его первая очередь. «Часть торговых площадей ярмарок будут перемещены в торговый комплекс «Гусинобродский», который строится на паях операторами вещевого рынка, учредивших компанию «Мега Групп». После сдачи в следующем году второй очереди объекта здесь будет создано около двух тысяч торговых мест, то есть порядка 40–45% от существующих потребностей операторов вещевого рынка. Причем цены аренды помещений в торговом комплексе сопоставимы со стоимостью аренды контейнеров на вещевом рынке. А порой даже дешевле, — объясняет первый заместитель мэра Владимир Знатков. — Но мы видим, что интерес покупателей к такой торговле с каждым месяцем падает. В городе много альтернативных предложений с сопоставимыми ценами. По большому счету, интерес сохранятся только со стороны оптовиков из близлежащих городов, доля новосибирских покупателей — минимум».

Площади трехэтажного новенького беленького и чистенького здания первой очереди ТК «Гусинобродский» нарезаны на 450 торговых мест площадью от 7 до 20 кв. м. Но работает лишь несколько торговых ячеек. В отсутствие покупателей продавцы откровенно скучают, коротая время за разговорами и игрой в карты.

«Мы арендовали здесь площади еще в мае. Но продаж нет. Плата за аренду — деньги на ветер. Приходится одновременно держать точку и на барахолке. Иначе бессмысленно», — объясняет Ольга, женщина лет 35-ти. За аренду торгового места здесь она ежемесячно платит две тысячи рублей за квадратный метр. «Это дешевле, чем на барахолке, где контейнер площадью семь квадратов может стоить и 50 и 60 тыс. рублей в месяц. Но там торговля, а здесь мертвецкая тишина и полнейшая пустота. Если вам интересно наше мнение о закрытии барахолки, то вот оно — мы против. Настроение у всех просто ужасное. Особенно у швейников. Их много, и им хуже всего. Что они теперь будут делать?» — расстроенно качает головой Ольга.

«Вот власть говорит — идите и работайте в торговом комплексе «Гусинобродский». Но куда идти-то? В первой очереди все помещения уже заняты, а вторую непонятно когда построят. Дорога ложка к обеду! К тому времени, когда достроят «сарай», люди уж разбегутся, им он будет уже не интересен. А людей жалко», — подхватывает разговор Елена, женщина предпенсионного возраста.

Когда именно будет достроен «Гусинобродский», в администрации торгового комплекса ответить не смогли, но удивились словам чиновников о том, что после сдачи второй очереди здесь будет две тысячи торговых мест. Но вторая очередь ничем не будет отличаться от первой — все те же 450 торговых ячеек. Итого — в два раза меньше заявленных мэрией цифр. Но такое расхождение не столь важно в свете нового мега-проекта, который уже анонсирован на месте «барахолки» — создание гигантского транспортно-пересадочного узла.

Узел противоречий

Развитие этого узла на Гусинобродском шоссе, где сейчас размещается барахолка, позволит обеспечить стабильное движение внутригородских и транзитных пассажиропотоков, объясняют в муниципалитете. Это важнейшая задача в системе транспортной инфраструктуры Новосибирска, подчеркивают чиновники.

Резервировать участки на территории вещевого рынка под строительство транспортных объектов общей площадью 28 га мэрия начала еще в 2011 году, уведомив торговцев о прекращении с ними договоров аренды с 1 января 2014 года. Если еще два года назад число лотков, контейнеров и павильонов на барахолке превышало 10 тысяч, то сейчас там работают 4 717 торговых точек (еще в январе 2013 года на барахолке было 5 950 рабочих мест). «В связи с принятым решением [о ликвидации вещевого рынка], департамент осуществляет проверки состояния муниципального имущества с выездом на место. Ведется работа по передаче имущества в освобождаемых объектах. За последние два года в связи с невостребованностью муниципалитет вернул порядка 1,5 тыс. торговых объектов. Только в августе — начале сентября из аренды изъяты 256 объектов», — рассказывает начальник департамента земельных и имущественных отношений Алексей Кондратьев. По его словам, на территории Гусинобродского вещевого рынка сегодня работают 11 операторов, арендующих муниципальное торговое оборудование.

Вместо торговых лотков и контейнеров на территории барахолки возникнет метродепо и автовокзал. Градостроительной документацией предусматривается развитие на Гусинобродском шоссе двух транспортных узлов, строительство второй очереди Дзержинской линии метрополитена со станциями «Гусинобродская» и «Молодежная», а также трассы скоростного трамвая (о котором к городе говорят уже десяток лет) по ул. Доватора с включением ее в общую трамвайную сеть по Гусинобродскому шоссе и ул. Волочаевской. «Учитывая, что с вводом станций метро будет налажено прямое сообщение с железнодорожным вокзалом «Новосибирск–Главный», здесь планируется разместить автовокзал, — рассказал начальник Главного управления архитектуры и градостроительства мэрии Игорь Лукьяненко. — Строительство участка восточного обхода Новосибирска на федеральной трассе М-52 позволит обеспечить выезд на все направления междугородних перевозок. Наличие всех видов общественного транспорта в зоне узла обеспечит удобство использования автовокзала как для горожан, так и для транзитных пассажиров».

Как посчитали в этом департаменте, после реализации проекта транспортный узел на Гусинобродском шоссе станет самым крупным в Новосибирске и охватит около 60% транспортного потока, въезжающего в город. Правда, не очень понятно, как была найдена эта цифра, учитывая, что барахолка расположена далеко не на самом напряженном транспортном направлении — выезду на трассу в Ленинск-Кузнецкий.

Сейчас власти разрабатывают техзадание на строительство автовокзала. Его проектирование, а также проект расширения Гусинобродского шоссе — задача уже 2014 года.

«Решение мэрии по созданию современного транспортно-пересадочного узла для города соответствует тенденциям кластерного децентрализованного урбанистического развития мегаполисов. Создание автовокзала для восточного направления становится абсолютно оправданным, но при следующих обязательных условиях: строительства станции метро, конечной пересадочной станции скоростного трамвая и другого общественного транспорта, строительства торгового центра и перехватывающей парковки, объектов перехватывающей складской логистики и оптовой торговли», — говорит Игорь Поповский.

Неизбежное закрытие барахолки никоим образом не изменит статус Новосибирска как почти исключительно торгового города 014_expert-sibir_37.jpg Фото: Виталий Волобуев
Неизбежное закрытие барахолки никоим образом не изменит статус Новосибирска как почти исключительно торгового города
Фото: Виталий Волобуев

Без барахолки

Неизбежное закрытие барахолки никак не изменит статус Новосибирска как почти исключительно торгового города. На смену антисанитарии контейнерной торговли пришли комфортные крупные торговые центры. Их число и ассортимент товара, который можно купить в ТЦ, неуклонно растет. По данным мэрии Новосибирска, по объему торговых площадей в пересчете на тысячу жителей крупнейший сибирский город уже обогнал Москву. Так, на 1 января 2013 года в Новосибирске на тысячу жителей приходилось 1 722 кв. метров торговых площадей (на 7,5% выше, чем было в 2012 году) — против 794 кв. метров в Москве. Правда, не уточнили, что по насыщенности качественными торговыми площадями он занимает лишь 12 место из 15 городов-миллионников.

О барахолке же, похоже, будут грустить малоимущие слои населения и те, кто по каким-либо причинам не может найти подходящий ассортимент в обычных магазинах (рост, вес, полнота, цвет и т.д.), не особо ориентированные на деловые, модные тренды в одежде линейные сотрудники бюджетных организаций, те, кому мода малоинтересна, а также приезжие из ближнего или дальнего восточного зарубежья. «Огромное количество людей привыкло приезжать на барахолку и получать весь ассортимент в одном месте по низким ценам. Торговые центры такого предложить не могут, так как арендаторы подбираются зачастую из абсолютно разных ценовых сегментов. Для таких людей исчезновение барахолки — настоящая трагедия, которая обернется повышением затрат на одежду, а ведь далеко не каждый может себе это позволить», — заключает Михаил Гушинец.

«Эксперт Сибирь» №37 (389)
Подписаться на «Эксперт» в Telegram



    Реклама




    Аквапарк на Сахалине: уникальный, всесезонный, олимпийский

    Уникальный водно-оздоровительный комплекс на Сахалине ждет гостей и управляющую компанию

    Инстаграм как бизнес-инструмент

    Как увеличивать доходы , используя новые технологии

    Армения для малых и средних экспортеров

    С 22 по 24 октября Ассоциация малых и средних экспортеров организует масштабную бизнес-миссию экспортеров из 7 российских регионов в Армению. В программе – прямые В2В переговоры и участие в «Евразийской неделе».

    Российский IT - рынок подошел к триллиону

    И сохраняет огромный потенциал роста. Как его задействовать — решали на самом крупном в России международном IT-форуме MERLION IT Solutions Summit

    Химия - 2018

    Развитие химической промышленности снова в приоритете. Как это отражается на отрасли можно узнать на специализированной выставке с 29.10 - 1.11.18

    Эффективное управление – ключ к рынку для любого предприятия

    Повышение производительности труда может привести к кардинальному снижению себестоимости продукции и позволит российским компаниям успешно осваивать любые рынки


    Реклама