Ставка на иностранцев

Спецвыпуск
Москва, 04.11.2013
«Эксперт Сибирь» №44 (396)
«Быстрые деньги от иностранных резидентов» — по такому сценарию развивается большинство крупных индустриальных парков (ИП) в России. В большинстве случаев это парки с государственным участием

Индустриальные парки (ИП) в Сибири только формируются. И поэтому в поле зрения аналитиков попадают единицы — даже несмотря на то, что в регионе работают частные площадки, которые привлекают малый и средний локальный бизнес. Статистика по ИП России также сильно разнится. По данным компании Ernst&Young, в стране насчитывается 239 ИП (готовых, строящихся или анонсированных). По информации же Ассоциации индустриальных парков, в России действует 36 и 44 — проектируются (площадки расположены в 33 субъектах федерации). Большинство промышленных парков сосредоточено в европейской части страны. Общее число резидентов, размещенных в ИП, составляет 958, средняя заполняемость — 59%, количество созданных рабочих мест — 56,8 тыс.

В 2013 году в пятерку лидеров по числу готовых индустриальных парков входят Московская область, Санкт-Петербург, Ленинградская область, Калужская область и Республика Татарстан. В Сибири, на территории которой могут разместиться несколько европейских государств, по оценкам АИП, действует только три полноценных парка.

Побеждают «быстрые» деньги

Наиболее популярные площадки среди резидентов — это парки типа гринфилд (greenfield), то есть созданные в «чистом поле». Таких объектов, по данным АИП, — 58 (суммарная площадь — 16,3 тыс. га). А вот индустриальных парков типа браунфилд (brownfield), созданных на базе старых промзон — всего 22 (10,2 тыс. га). Но нет ничего удивительно в том, что Greenfield превосходит Brownfield, даже учитывая, что Россия располагает тысячами площадок, требующими реконструкции и реиндустриализации. «Greenfield-проекты характеризуются более гибкими условиями реализации, они позволяют оптимизировать инфраструктурные и налоговые издержки», — поясняет исполнительный директор Ассоциации индустриальных парков Денис Журавский. Еще одним объяснением служит тот факт, что клиентами крупных индустриальных парков, как правило, являются иностранные компании, для которых time is money — не бессмысленная фраза, а принцип работы. «Иностранные компании готовы платить больше за подготовленный участок с подведенными коммуникациями и готовыми точками подключения, так как они понимают, что если строительство завода затянется хотя бы на полгода, для них это огромная упущенная выгода», — констатирует Журавский.

Действительно, по оценкам экспертов, сегодня доля иностранных резидентов в парках больше, чем отечественных. Объясняется это тем, что иностранные компании, выпускающие товары народного потребления (самые распространенные специализации компаний-резидентов — машиностроение, пищевая промышленность, а также производство стройматериалов, автомобилей и комплектующих), нуждаются в расширении рынков сбыта. А в России, как известно, существует огромный и неудовлетворенный местными производителями внутренний спрос на очень широкий спектр продукции. «Влияние оказывает и то, что крупные иностранные компании априори более приоритетны для индустриальных парков, так как могут стать якорными и притянуть к себе сопутствующий бизнес», — отмечает аналитик Инвесткафе Роман Гринченко.

При этом на рынке превалирует концепция площадок для «быстрых денег». «Некоторые резиденты боятся политических рисков и делают только «короткий» проект. Или говорят: мы сделаем первую очередь, а потом посмотрим», — объясняет директор Агентства инвестиционного развития Новосибирской области Виктор Балала. В качестве примера «провисающего» долгосрочного проекта можно назвать и площадку биотехнопарка в новосибирском наукограде Кольцово. Здесь пока не объявлено о размещении ни одного иностранного инвестора с долгоокупаемым производством. Преграда — в рисках, которые иностранные инвесторы связывают с «долгоиграющими» проектами. «Негативный имидж России, который временами формируют западные СМИ, в немалой степени сказывается на инвестиционной привлекательности страны. Это отражается и на нас. Я встречался с представителями компаний, которые выражали сомнения относительно того, что здесь их инвестиции будут защищены. Этот вопрос для них — главный. Но, тем не менее, мы переговоры продолжаем. Задача — привлечь на площадку крупные фармкомпании, которые смогли бы стать якорными «паровозами» по продвижению препаратов, лекарственных форм, по созданию на площадке производственной фармспецифики, — не снимается. Но я не могу гарантировать, что в следующем году подобные компании здесь появятся», — объясняет причины «торможения» долгоокупаемых проектов председатель советов директоров УК «Биотехнопарк» и ГК «SFM» (пока что — якорного инвестора площадки) Андрей Бекарев.

При этом местный бизнес неактивно заходит на крупные индустриальные площадки даже при серьезном дефиците производственных площадей. К примеру, в новосибирском ПЛП работают 24 инвестора, из них только четыре компании — новосибирские. Остальные — федеральные и зарубежные. «Увы, сам сектор малого и среднего бизнеса не может сформулировать, какая ему нужна площадка», — комментирует Виктор Балала. Локальный малый бизнес самого широкого профиля предпочитает частные индустриальные парки. В отличие от государственных площадок здесь редко встретишь якорного резидента. Производственные площади в таких парках не имеют какого-либо стандарта, обычно это бывшие корпуса заводов и фабрик. Пример подобной инфраструктуры — бизнес-парк «Южный» в Новосибирске. Многие заходили туда в период кризиса, в 2008–2009 годах. Эта площадка приглянулась компаниям из-за гибкой политики и адекватной рыночной цены. Сегодня компании, набравшие обороты в «Южном», мониторят рынок на предмет более низкой аренды или даже собственной земли. «Планы по переезду есть, так как парк уже не первый год поднимает цены. Хотелось бы, чтобы цены были хотя бы чуть-чуть ниже рыночных. Если тренд не изменится, то купим землю в собственность, или найдем альтернативный вариант аренды», — рассказывает о планах председатель совета директоров ГК «АэМэС» (производит металлические конструкции) Денис Рудых.

Перевес в сторону иностранных инвесторов чреват другими проблемами. Такой подход — палка о двух концах. Если взять, к примеру, Калугу, то в регионе почти половину объема валовой промышленной продукции (46 процентов) составляют изделия машиностроительного комплекса. При этом якорным инвестором этой отрасли является Volkswagen. Если по каким-то причинам резидент покинет регион, то «Калуга станет банкротом», замечают эксперты в приватной беседе. Поэтому при организации площадок нужно соблюдать здоровый баланс между иностранными и локальными резидентами. Последним же нужно научиться посвящать власть в свои насущные потребности. «Баланс между отечественными и зарубежными компаниями в рамках индустриального парка — это необходимость для снижения рисков, связанных с внешней либо внутренней конъюнктурой. При возможном уходе отечественных или зарубежных резидентов из индустриального парка это не повлечет за собой серьезного финансового ущерба для парка и региона», — замечает Роман Гринченко.

Редкие экземпляры

Как отмечают аналитики Ernst&Young, в Сибири насчитывается не менее 18 проектов индустриальных площадок. Реально действующих, по оценкам аналитиков, можно пересчитать по пальцам одной руки — это новосибирский Промышленно-логистический парк (ПЛП), технопарк в Ангарске (Иркутская область) и забайкальский «Могойтуй». Но как позывает практика, площадок на самом деле на порядок больше. В основном это частные парки, которые по разным обстоятельствам не попадают в поле зрения прессы, власти и специализированных агентств. По нашему ощущению, такие площадки делятся на две группы: бывшие промзоны, принадлежащие частным управляющим компаниям (как, к примеру, вышеупомянутый бизнес-парк «Южный» или парк группы компаний «Инпарк» в Красноярске), а также возрождаемые частниками производства, угасшие в советское время.

Новосибирский ПЛП входит в десятку крупнейших российских промышленных парков и является самым большим за Уралом — его площадь две тысячи гектаров, включающие селитебную зону (зону С). Из 1,5 тыс. гектар зоны «А» и «Б» ПЛП задействовано 75%. На эту площадку зашло 15 резидентов, которые специализируются на логистике, производстве продуктов питания и строительных материалов. Общий объем бюджетных инвестиций в проект составляет порядка трех миллиардов руб­лей. По словам Виктора Балалы, до 2010 года программа развития инфраструктуры промышленно-логисти­чес­кого парка была рассчитана в большей мере на частные инвестиции и успешным проект назвать было нельзя, но после того как сменилась концепция, — власти начали активно инвестировать — проект заработал: «Сначала к нам приходили резиденты с проектами, не требующими немедленного наличия всей инфраструктуры. Таких инвесторов было немного. К примеру, «Сладомир». Но, скорее, это было исключение из правил. В 2012 году объем бюджетных ассигнований на развитие инфраструктуры ПЛП вырос почти в 20 раз и составил более 1,5 млрд руб­лей. Внимание властей к проекту тут же вызвало резкий интерес к парку со стороны инвесторов». В этом году ПЛП прошел точку безубыточности и по итогам девяти месяцев вышел даже на небольшую прибыль в размере 100 млн руб­лей.

Ангарский технопарк работает с 2009 года на базе Ангарского электромеханического завода (площадь 203 га). Оператором площадки является управляющая компания «МАКСиМАКС». В период с 2009–2012 годы в парк инвестировано 240 млн руб­лей частных вложений и около семи миллионов руб­лей государственных средств. Сегодня здесь присутствуют 45 резидентов, занимающих четверть всех площадей. Здесь работают как крупные компании (машиностроительный проект нефтегазовой компании «Дитэко», завод «Металлоконструкции Сибири»), так и малый и средний бизнес, причем технопарк делает основную ставку именно на небольшие предприятия. На базе технопарка реализуется несколько интересных высокотехнологичных проектов. В их числе производство катеров, стеклопластиковых шкафов для КИПа, востребованных на нефтяных и газовых месторождениях (сейчас такую продукцию в России выпускают только два завода), а также инновационного аппарата зональной баротерапии «Капсан». В ближайшее время свои мощности запустит еще один высокотехнологичный резидент, и на базе Ангарского технопарка начнут выпускать шинопроводные системы. По итогам 2012 года резиденты технопарка произвели товаров на сумму 8,9 млрд руб­лей, отчисления в бюджет составили 3,56 млрд руб­лей. Стоит отметить, что в парке предусмотрены льготы для резидентов — подключение к инженерным сетям бесплатное. Кроме того, даются арендные каникулы под строительство производства.

Говоря об эффективности парков, эксперты в первую очередь оценивают степень их заполненности. «Заполненность индустриальных парков достаточно ярко иллюстрирует ее текущее состояние, где равномерно представлены проекты на всех стадиях реализации. Среднее значение свободных площадей для brownfield и greenfield-проектов составляет менее половины от общей площади, что выглядит оптимистично для проектов со сроком рентабельности семь–десять лет. С учетом того, что возраст большей части парков — четыре–семь лет (31 проект реализуется после 2006 года), можно с уверенностью говорить об общей достаточной эффективности отрасли», — отмечает Денис Журавский. Поэтому, если два вышеупомянутых парка могут претендовать на статус «эффективных» площадок, то забайкальский «Могойтуй» по-прежнему «буксует». Эксперты Ассоциации индустриальных парков даже не включили его в пул действующих объектов. Изначально на площади 450 га планировалось разместить не менее 30 предприятий с годовым объемом производства свыше 10 млрд руб­лей и создать до пяти тысяч рабочих мест. Основными направлениями деятельности предприятий должны были стать сборка строительной и сельскохозяйственной техники, электроники (см. «Точка сборки», «Эксперт-Сибирь» № 45 за 2011 год). Но в 2012 году промпарк изменил политику работы с инвесторами, сделав акцент на размещение субъектов малого и среднего предпринимательства. По словам исполняющего обязанности министра экономического развития и промышленной политики региона Баира Галсанова, промпарк в Могойтуе будет развиваться за счет компаний, специализирующегося на выпуске мебели, стройматериалов, продуктов переработки шерсти, овчины. В 2012 году в Могойтуе были размещены предприятия по производству сувенирной продукции, продуктов питания, а также предприятие, занимающееся рекламной деятельностью. Однако многие компании не могли получить статуса резидентов из-за высокой «входной» таксы — компания должна заявить объем инвестиций не менее 20 млн руб­лей. «Практика показывает, что субъекты предпринимательства реализуют инвестпроекты со значительно меньшим объемом инвестиций», — прокомментировала заместитель руководителя министерства экономического развития и промышленной политики Забайкальского края Ирина Лизунова. По ее словам, на территории промышленного парка «Могойтуй» работает около пяти компаний, которые не могут получить статус резидента в связи с недостаточным объемом инвестиций. Ирина Лизунова отметила, что субъекты предпринимательства, пусть и работающие на территории промпарка, но не имеющие статуса его резидентов, не имеют права на заявленные в региональном законодательстве формы господдержки.

Площадка компании «Инпарк» в Красноярске существует на территории завода «Красфарма». Ранее «Инпарк» планировал организовать там такой же индустриальный парк, который создан у компании в Переславле, в Московской области. Завод «Красфарма» купили в 2009 году, после того как предыдущий собственник принял решение остановить производство. Но в итоге «Красфарма» продолжила свою работу и как фармацевтическое предприятие, из банкрота (работавшего с убытками в восемь миллионов долларов в год) превратившись в нормальное прибыльное производство. А фармацевтическое направление стало важной частью бизнеса холдинга. «Мы поездили на завод, пообщались со специалистами, послушали, что они думают о возрождении компании, и решили, что не будем закрывать производство, поскольку собрать компетентную команду, которой судьба завода небезразлична, — можно. Провели очень жесткую санацию — уволили половину персонала, кардинально пересмотрели систему продаж. Менять продукты на фармпроизводстве трудно: ты можешь выпускать только то, что у тебя зарегистрировано, — но мы сильно поменяли пропорции производства продуктов. Если подход прежнего руководства — как можно больше объем производства, то наш подход — как можно выше производственная маржа. Благодаря этому деятельность компании сразу же начала приносить доход, который направляется на погашение долгов и реинвестируется в реконструкцию завода», — рассказывал в интервью журналу «Эксперт-Сибирь» президент и совладелец «Инпарка» (и массы других проектов) Илья Шпуров. Основной ассортимент продуктов «Красфармы» еще с советских времен — производство дженериков пенициллина, стрептомицина, кровезаменителей на основе декстрана, инфузионных растворов. Этот ассортимент пополнили ветеринарными препаратами, цитостатиками и проч., но главное — холдинг начал разработку собственных, совершенно новых препаратов на базе российских и зарубежных лабораторий.

Короче, судьбы у всех разные, говорить отдельно об эффективности индустриальных парков в Сибири еще слишком рано, отмечают в Ассоциации индустриальных парков. Однако там ожидают появления новых индустриальных парков в Сибири и на Дальнем Востоке в ближайшие годы. Эксперты акцентируют внимание на том, что в регионе есть неудовлетворенный спрос как со стороны местных компаний, так и со стороны иностранных инвесторов из Японии, Южной Кореи и Китая. Предсказать, в какую сторону сложится пропорция — локальный бизнес или иностранные резиденты, — эксперты тоже не берутся. Но осторожно замечают, что приход иностранных инвесторов является наиболее реальным сценарием развития событий. «Наиболее вероятным и выгодным является приход китайского производства. Основная причина этого заключается в том, что Китай — один из крупнейших импортеров российского сырья. Уменьшение физического расстояния от места добычи до места переработки или производства может привести к увеличению рентабельности, что благоприятно скажется на конкурентоспособности продуктов», — считает Роман Гринченко.          

Как не рассыпать мусор по дороге
Возможности для построения эффективной системы обращения с отходами в стране есть. Но нам придется преодолеть давление групп лоббистов, преследующих противоположные цели, снять растущие протестные настроения в обществе и выстроить на всех уровнях четкое понимание, куда и как мы идем
В ожидании вала банкротств
Банкротства девелоперов и обманутые дольщики еще не один год будут определять повестку дня рынка жилищного строительства. После запрета долевого строительства проблем станет еще больше
Очень, очень плохой банк
ЦБ собрал все токсичные активы из «Открытия», Промсвязьбанка и Бинбанка в одном месте и рассчитывает избавиться от них за пять лет. Однако качество активов таково, что их придется либо продавать буквально за бесценок, либо списывать

У партнеров

    Как не рассыпать мусор по дороге
    Возможности для построения эффективной системы обращения с отходами в стране есть. Но нам придется преодолеть давление групп лоббистов, преследующих противоположные цели, снять растущие протестные настроения в обществе и выстроить на всех уровнях четкое понимание, куда и как мы идем
    В ожидании вала банкротств
    Банкротства девелоперов и обманутые дольщики еще не один год будут определять повестку дня рынка жилищного строительства. После запрета долевого строительства проблем станет еще больше
    Очень, очень плохой банк
    ЦБ собрал все токсичные активы из «Открытия», Промсвязьбанка и Бинбанка в одном месте и рассчитывает избавиться от них за пять лет. Однако качество активов таково, что их придется либо продавать буквально за бесценок, либо списывать
    Реклама