Палаточные городки

Тема недели
Москва, 09.06.2014
«Эксперт Сибирь» №24 (421)
С июня начинается сезон ярмарочной деятельности — улицы крупных городов заполоняют палатки со снедью и промтоварами. Этот бизнес имеет низкий порог для входа, однако организовать полноценную ярмарку, как правило, может только ограниченное число компаний

Арендовал небольшую, но центральную площадь, созвал арендаторов с быстровозводимыми палатками, выкупил пару рекламных щитов на главных улицах города — и собирай прибыль. Такой наблюдателям представляется деятельность по организации ярмарок, особенно летних.

На деле все сложнее. Выбор места — отдельная наука, а сбор базы лояльных арендаторов растягивается на долгие годы. Но самое главное — понятие «ярмарка» в законодательстве весьма размыто. Это дает почву для бюрократических спекуляций и делает успех ярмарочного бизнеса производной от лояльности компании к тому или иному муниципалитету. Поэтому сверхдоходный бизнес, который могут поддерживать всего несколько человек, оказывается удовольствием для избранных. «Эксперт-Сибирь» изучил данные мониторинга Общественного совета при Министерстве культуры Новосибирской области, чтобы понять, как устроен ярмарочный бизнес в крупных городах СФО.

Слишком неясно для закона

Проблемы начинаются прямо с определений. Это на обывательском уровне ярмарка явление вполне определенное. Законодательно же эти отношения регулируются весьма поверхностно. С одной стороны, понятие «ярмарка» в законе «Об основах государственного регулирования торговой деятельности в Российской Федерации» прописано в качестве одной из форм торговли. Это сезонная форма деятельности торговых организаций, ограниченная по времени и инфраструктуре — временными сооружениями. Впрочем, уже на этом этапе законодатель дает волю толкованиям. Например, известно, что крупнейший за Уралом Гусинобродский вещевой рынок, де-факто целый город в границах Новосибирска, более года существовал именно в форме ярмарки — и никто из внешних наблюдателей этого не заметил (см. «На смерть барахолки» в «Эксперте-Сибирь» № 37 за 2013 год).

Ярмарки, как известно, делятся на несколько категорий — в зависимости от продаваемых товаров, периодичности и так далее. Наиболее популярными в последние годы стали ремесленные: как правило, это несколько десятков палаток с претензией на фестиваль народных ремесел, считают эксперты Общественного совета при Минкультуры Новосибирской области. Этот формат хорошо воспринимается покупателями и арендаторами, однако опять же никак не регламентируется законодательством. Прежде всего в документе под названием «Об утверждении номенклатуры товаров, определяющей классы товаров (в целях определения типов розничных рынков)» попросту нет понятия «ремесленный товар», и, следовательно, «ремесленная ярмарка» с точки зрения российского законодательства — не более чем бренд.

На регио­нальном уровне регулирования и вовсе начинается разнобой. Дело в том, что ярмарочная деятельность регулируется регио­нальными органами власти «при определении основных направлений социально-экономического развития соответствующих территорий». Кроме того, свои нормативные акты имеют и муниципалитеты. Причем последние, как правило, являются ключевым звеном всей цепочки, поскольку определяют главное: место проведения ярмарки, условия и сроки. Цепочка нормативного регулирования на примере Новосибирска такова: постановление губернатора «Порядок организации ярмарок» от 2011 года, несколько постановлений мэрии (в том числе «Об утверждении рекомендуемого перечня площадок на территории города Новосибирска, которые могут быть использованы для организации ярмарок») и конкретные решения по каждой заявке организатора той или иной ярмарки. До 2011 года ярмарки считались массовыми культурно-просветительскими мероприятиями, после этого — торговой деятельностью.

Схема организации ярмарки согласно этим актам выглядит следующим образом. Организатор обращается в Управление потребительского рынка мэрии Новосибирска с заявкой на место и период проведения ярмарки. Логика процесса согласования аналогична известному закону о госзакупках: оцениваются, как правило, формальные признаки заявки на ярмарку и самого организатора. То есть на некоей раскрученной площадке может заявить ярмарку любой желающий — главное сделать это раньше того, кто вложился в раскрутку. Последнее — повод для десятков судебных разбирательств между операторами ярмарочной деятельности, развернутой за последние годы.

Кроме того, есть еще несколько потенциально «конфликтных» норм. Например, заявительный срок в Новосибирске ограничен 60 днями до ее начала. «Что это означает на практике? Семь дней — срок получения отказа в проведении ярмарки. В случае согласия постановление о проведении ярмарки готовится от 20 до 30 дней. На подготовку остается от 40 до 30 дней. Такие сроки ставят крест на качестве ярмарок и противоречат всероссийской практике ярмарочного движения. Календарь ярмарок составляется на годы вперед. Согласовывать планы оператора необходимо заблаговременно до наступающего года», — уверена один из авторов исследования, председатель фонда «Сибирский Вернисаж» Анна Наволоцкая. По ее словам, есть и еще несколько пунктов, которые существенно ограничивают ярмарочную деятельность. Например, в муниципальных актах Новосибирска есть формулировка, что разрешено проводить «не более одной ярмарки на одной площадке в течение календарного года», а максимальное количество палаток, как правило, ограничено 30–50 единицами (для сравнения, в крупнейшей ярмарке Новосибирска «Артании» в свое время принимали участие до 200 палаток).

Итак, размытые понятия в законодательстве, ограничения, которые администрации вполне могут обойти, нормы, препятствующие долгосрочному планированию работы операторов, — таковы вкратце условия, в которых существует этот рынок.

Атака клонов

Перечисленные обстоятельства несколько лет назад привели к тому, что только в одном Новосибирске за относительно короткий срок появилось около десятка операторов ярмарочной деятельности. Это случилось фактически после того, как мэрия Новосибирска в 2012 году запретила проведение крупнейшего в городе фестиваля ремесел «Артания» на центральной площади Ленина. В оценках этой ситуации стороны сходятся только в одном: «Артания» была классической ремесленной ярмаркой в том смысле, что более половины продаваемых там товаров (62% в пересчете на занимаемые торговые площади) приходилось именно на ручную художественную работу. Ныне существующим ярмаркам до этого показателя очень далеко (см. график 1).

В остальном позиции диаметрально противоположны. С одной стороны, организаторов критиковала мэрия Новосибирска за то, что на площадке перед «сибирским Колизеем, Большим театром Сибири, храмом высокого искусства» (так именовали Новосибирский театр оперы и балета) проводятся торговые мероприятия, а вторая площадка перед новосибирским цирком не подошла из-за протестов Новосибирской митрополии РПЦ, имеющей поблизости свой кафедральный собор. Сами организаторы «Артании» называли произошедшее не иначе как «рейдерским захватом ярмарки». Как бы то ни было с тех пор ярмарочный рынок Новосибирска резко изменился. На смену гигантской «Артании» (ее «захватить» полностью не удалось), площадь которой достигала 1,2 тыс. кв. м, пришли небольшие фестивали, как правило, с торговым уклоном, наибольший из которых в 2013 году занял площадь в 300 кв. м.

Аналогично разделился и рынок ярмарочных операторов. До 2012 года его несомненным лидером был фонд «Сибирский вернисаж» Анны Наволоцкой. После этого лидера рынка, очевидно, нет. Все ныне действующие на рынке компании — это небольшие организации со штатом в два-три человека, которые проводят, как правило, не более 10 мероприятий в год (см. график 3). На этом можно было бы и завершить анализ в силу его незначительности, однако оценки оборотов этих небольших компаний не могут не удивить. Достаточно взглянуть на стоимость квадратного метра для арендаторов (см. график 4). На большой части ярмарок эта цена в полтора-два раза выше, чем в свое время была в «Артании». То есть при меньших затратах некий пул компаний зарабатывает больше денег, чем когда-то известный международный фестиваль.

Кто есть кто

Первый тип ярмарочного оператора — это структура, построенная вокруг той или иной личности, связанной с той или иной администрацией. Таков, например, фонд «Центр народной ремесленной культуры». Его истоки, по данным Общественного совета при Минкультуры, следует искать как минимум в 2005 году, когда его нынешний глава Юрий Неупокоев был включен в коллегию Министерства культуры, взяв на себя «функцию посредника между неопределенным кругом мастеров-ремеcленников и властной структурой». Неупокоев был организатором нескольких ярмарок, а затем создал ООО «Ритм», из которого позже и «вырос» фонд «Центр народной ремесленной культуры» — в определенный момент работать в формате некоммерческой организации стало выгоднее. Перечень проведенных организацией мероприятий также очевидно показывает тренд на обслуживание госзаказов: это фестивали ремесленников в рамках форума «Интерра», «Форум снега» — имиджевые для города мероприятия, несколько фестивалей нацио­нальных культур в Бердске. Более половины проведенных мероприятий — это план областного Министерства культуры, остальные — муниципальные и «окологосударственные». Словом, оператор очевидно находится в положении, которому позавидует любой его конкурент.

Остальные операторы ярмарок — это агентства по организации тех или иных событий, вышедшие на новый для себя рынок. Таково, например, ООО «Империя моды», которое работает в Новосибирске, в основном в Fashion-индустрии. Самое известное событие, которое организует это агентство ежегодно, — «Неделя моды в Новосибирске». Кроме того, в структуру компании входят модельное агентство Fashion Empire, маркетинговые услуги для модной индустрии Fashion marketing, бутик Fashion week, школа моделей Fashion education center и так далее. Зайдя на несколько раскрученных площадок (в том числе и «Артанией»), в 2013 году эта компания организовала две относительно крупные ярмарки: «Хэппи Хэнди» и Fashion New Year. Концепция первого события: «Ударим эксклюзивом по барахолкам», второго — «в создании одной выставочной площадки многим мастерам ручной работы для продажи новогодних товаров, которые невозможно увидеть на полках гипермаркетов и магазинов, предоставив тем самым возможность покупателям приобрести новогодние подарки ручной работы в доступном месте по доступной цене».

Один из наиболее заметных ныне операторов рынка ярмарок в Новосибирске — ООО «Экспоэнск» — также организован выходцем из смежного рынка Еленой Уваровой, которая работала заместителем директора «Сибирской ярмарки» — крупнейшего выставочного оператора Сибири (ныне принадлежит ITE). Специализация этой компании — православные выставки в разных городах Новосибирской области, а также медовые распродажи. Кстати, в прошлом году этот оператор тоже лишился своей привычной площадки. Тогда мэрия Новосибирска согласовала некоему ООО «ЦМТ Новосибирск» площадку для проведения ярмарки там, где традиционно в течение шести лет (!) проходила ярмарка «Медовый Спас» оператора «Экспоэнск». Первая компания подала заявку раньше — смотри перечень «конфликтных» нормативных актов выше.

Третий тип операторов — это компании, которые, скорее всего, попали на рынок случайно. По крайней мере их история туманна, а организаторы — неизвестны. Тем не менее они проводят небольшие мероприятия в разных частях города, как правило, не претендуя на общегородское значение. «Под эгидой ремесленной ярмарки на одной из центральных площадей города в течение трех месяцев продолжалась продажа ширпотреба», — комментируют авторы отчета.

Наконец, некоторые ярмарки муниципалитет организует и самостоятельно. Эти ярмарки бесплатны для арендаторов — точнее, «бесплатность» компенсирует местный бюджет. Это небольшая часть рынка, однако подобные мероприятия, как считается, несут определенную социальную функцию. Как между этими группами организаторов распределяются финансовые потоки — судить трудно, поскольку эти потоки разнонаправлены. С одной стороны, существует бизнес оператора, и его можно оценить, зная стоимость аренды квадратного метра торговой площади. При грубых подсчетах получается около 5–10 млн руб­лей в год — и это на компанию со штатом в один-два человека. С другой стороны, есть бизнес самих экспонентов — и этот сегмент точно оценить невозможно. Чеков на ярмарке не выдают, и публичной отчетности у ремесленников не существует.

Около администрации

Однако в отношении некоторых операторов можно выделить вполне определенный фактор успеха — это «особые» отношения с местными администрациями. Эти отношения порой запутанны, однако специфика ярмарочной деятельности (ее не скроешь, она проводится на центральных улицах) и переход органов власти на электронные системы госзакупок многое демонстрируют. Из наиболее ярких примеров следует выделить два. Первый — это благотворительный фонд развития культуры «Цитадель». Фонд зарегистрирован в Москве (там же, а также в Кузбассе размещены его счета для сбора средств), однако фактически осуществляет деятельность в Новосибирске (что, кстати, запрещено законом от НКО). При этом фонд размещается на площадях Муниципального бюджетного учреждения (МБУ) «Координационный центр «Активный город» (нечто вроде бизнес-инкубатора для социальных организаций).

Второй пример — индивидуальный предприниматель Вячеслав Олейник. В отношении него не прослеживаются связи со специализированным сообществом, однако предприниматель весьма успешно ведет работу на территории Ленинского района Новосибирска. В частности, в прошлом году ему был предоставлен участок в центре Левобережья, на площади Маркса, в совокупности на 83 дня (сроки более 30 дней в течение полугода запрещены). Кроме того, за тот же период он провел на одной площадке четыре ярмарки — что опять же формально запрещено: «не более одной ярмарки на одной площадке в год». Наконец, Вячеслав Олейник выступал оператором-посредником при проведении районных муниципальных ярмарок, проводя сбор арендных средств.

Просто быть прозрачнее

Претензии операторов к сложившейся системе в целом не отличаются от аналогичных претензий к механизмам закона о госзакупках: больше прозрачности и ответственности исполнителей. «Отсутствие ответственности оператора ярмарки за неиспользование согласованной площадки по назначению. Она могла быть использована другим оператором. Отсутствие механизма определения локального места брендовых для Новосибирска и Новосибирской области фестивалей/ярмарок, ведь по определению ярмарка проводится в одном месте и в одно время. Игнорирование проблем «усталости» площадки» — мероприятия могут согласовывать на одной и той же территории одно за другим, без перерыва», — комментируют авторы отчета.

Второе направление работы — расширение перечня возможных территорий для проведения ярмарок и фестивалей. Сегодня уже мало кто помнит, однако всего менее года назад по всей стране прокатилась регламентирующая кампания, в ходе которой регио­нальные власти ограничили локации, в которых возможно проведение митингов несколькими площадками в каждом городе. Это начинание развития не получило. Однако в области ярмарок такое ограничение в том же Новосибирске действует с августа 2013 года. Для организации предлагаются всего три площадки в городе, две из которых либо в сложной транспортной доступности и с низкой проходимостью (набережная реки Оби), либо на территории, не располагающей к цивилизованной торговле (вдоль крупных магистралей).

И самое главное, уверены в общественном совете, не забывать, что ярмарка — это не только торговое мероприятие, но и культурное событие. На их стороне — результаты соцопросов, проведенных в ходе нескольких прошлогодних ярмарок. Оказалось, что даже экспоненты на первое место для успешности ярмарки ставят «создание благоприятных условий для реализации творческого потенциала мастеров, деятелей народной культуры, талантливой молодежи» (54%) и только на второе — сбыт товара (15%). Кажется, среди экспонентов формируется спрос на цивилизованную уличную торговлю, поскольку они начинают понимать ценность сформированной атмосферы, а не просто «технической» продажи предметов потребления. Если так, то некачественные уличные ярмарки, наполненные азиатским ширпотребом, должны уйти в прошлое. Перестроится ли в рамках этого тренда большинство ныне действующих операторов — большой вопрос. В противном случае на их место придут новые игроки: благо, что при определенных условиях это совсем не сложно.

Структура продукции ярмарок операторов в 2013 году
Крупнейшие ярмарки, проведенные операторами в Новосибирске в 2013 году
Количество ярмарок, проведенных основными операторами в Новосибирске
Стоимость аренды квадратного метра торговых площадей на основных ярмарках Новосибирска
Как не рассыпать мусор по дороге
Возможности для построения эффективной системы обращения с отходами в стране есть. Но нам придется преодолеть давление групп лоббистов, преследующих противоположные цели, снять растущие протестные настроения в обществе и выстроить на всех уровнях четкое понимание, куда и как мы идем
В ожидании вала банкротств
Банкротства девелоперов и обманутые дольщики еще не один год будут определять повестку дня рынка жилищного строительства. После запрета долевого строительства проблем станет еще больше
Очень, очень плохой банк
ЦБ собрал все токсичные активы из «Открытия», Промсвязьбанка и Бинбанка в одном месте и рассчитывает избавиться от них за пять лет. Однако качество активов таково, что их придется либо продавать буквально за бесценок, либо списывать

У партнеров

    «Эксперт Сибирь»
    №24 (421) 9 июня 2014
    Ярмарочный бизнес
    Содержание:
    И сувениры, и консервы, и ночные рубашки

    Председатель фонда «Сибирский вернисаж», автор и многолетний организатор известного фестиваля «Артания» Анна Наволоцкая рассказала об особенностях организации выставок в Новосибирске и Томске, специфике фестивалей в «чистом поле» в городе и взаимодействии с муниципалитетами

    Реклама