Законные гвозди в крышку гроба

Русский бизнес
Москва, 14.07.2014
«Эксперт Сибирь» №28-32 (425)
Нестационарная розничная торговля в Новосибирске — на грани полного исчезновения. По мнению Наталии Кошелевой, новосибирского координатора всероссийского движения «Коалиция киоскеров», муниципальная власть вместо поддержки бизнеса занимается его искоренением

Фото: Виталий Волобуев

Несмотря на повсеместное наличие продуктовых магазинов, супермаркетов и крупных торговых точек, киоски и павильоны, разбросанные по городу, продолжают пользоваться определенным спросом. Они стоят вблизи автобусных остановок и в подземных переходах, в них, как правило, продаются прохладительные напитки, всевозможные сладости, горячие пирожки и беляши, а также мороженое и газеты. Среди киосков в подземных переходах также преобладают продовольственные торговые точки, однако есть киоски по продаже цветов, косметики и женских колготок. Разумеется, городское население чутко отзывается на любые изменения, связанные с киосками. Согласно опросу, проведенному среди жителей Новосибирска по инициативе киоскеров, 61% респондентов недовольны постепенным исчезновением киосков с улиц.

Причиной для таких изменений в городском пространстве стали законодательные ограничения. Сначала на федеральном уровне был введен полный запрет на продажу слабоалкогольной продукции, а потом и пива именно в нестационарных пунктах розничной торговли. Далее был введен запрет на продажу табака в киосках. Новосибирские законодатели пытались добавить с двух сторон. И если запрет на установку холодильников у киосков так и не увидел свет благодаря активным протестам предпринимателей, то постановление № 403 от 22 июня 2011 года «О порядке размещения нестационарных объектов на территории города Новосибирска» запретило размещение павильонов, совмещенных с остановками общественного транспорта. Фактически была запрещена и торговля в уже построенных совмещенных павильонах. Последние два года бизнес пытается добиться отмены этого решения, которое не дает предпринимателям возможности расширяться. О судьбах малого торгового бизнеса журнал «Эксперт-Сибирь» и составил свой разговор с новосибирским координатором «Коалиции киоскеров» Наталией Кошелевой.

«Посчитаем выживших по осени»

— Какой из запретов больнее всего ударил по киоскам?

— Они все били. Но тут еще есть интересная ситуация. Скажем, некоторые предприниматели после запрета на пиво думали, что закроются совсем. Но получилось следующее: торговая сеть «Авеню», когда-то имевшая 60 киосков по всему городу, была вынуждена закрыться как раз из-за запрета на продажу пива. Соответственно, те потребители, кто покупал в «Авеню» другую продукцию, а не только слабоалкогольную, были вынуждены искать для себя другие нестационарные торговые точки. Поэтому у некоторых игроков рынка поднялась прибыль, поскольку возросло количество спроса на другую продукцию, и часть предпринимателей смогла продолжить работу дальше. Такое может произойти и сейчас, и я не думаю, что за летний период кто-то резко закроется. Это связано с тем, что есть потребность в прохладительной продукции. Но скоро наступит осень, и спрос на мороженое и на напитки упадет. Кто-то сейчас попробовал перепрофилироваться на фрукты, цветы, выпечку или купить франшизу, но последнее нереально, потому что франшизы дают под павильоны, а не под киоски.

— И все же, что более неприятно — запрет на продажу пива или табачных изделий?

— Наверное, все же антитабачные поправки. На продаже сигарет было многое увязано. Взять киоски с прессой: сейчас им стало невыгодно существовать, потому что сигареты приносили ощутимый доход. Ведь как получалось — человек шел за пачкой сигарет, а вместе с ней покупал свежую газету и бутылку воды. Но теперь эта табачная строка доходности изъята. И дождемся осени, когда у той части «газетчиков», где есть холодильники, еще и упадут продажи прохладительных напитков — они станут не особо актуальны. И тогда эти самые антитабачные поправки вполне можно будет именовать «последним гвоздем в крышку гроба малого бизнеса».

Что касается эффективности закона, то скажу, что была бы за сбалансированные ограничения для всех розничных каналов. Неужели запрет торговли именно в киосках означает, что табак в магазине менее вредный? Это все равно табак. Получается, что отняли кусок хлеба только у маленьких предпринимателей. Кстати, некоторые из них, у кого есть магазины помимо киосков, для себя отметили, что люди стали покупать блоками. И если раньше покупали пачку в день, то теперь десять пачек на семь дней. И где здесь здоровье населения?

— Как малый торговый бизнес выживает в таких условиях?

— Часть киосков, где вести торговлю стало нерентабельно, просто сдается в аренду кому-то еще. Это происходит по той причине, что много средств было вложено в благоустройство окружающего пространства. Тротуарная плитка, остановочный навес, электричество и договор с охраной — это все дело рук предпринимателя. Так что бросать жаль, и в качестве последнего действия киоскер попробует все это сдать в аренду. Но аренда открывает другую проб­лему — те продавцы, что работали в этом киоске прежде, оказываются на улице. А ведь они почти все относятся к определенной социальной группе — как правило, большинство предпенсионного возраста, проживают они в области и в Новосибирск приезжают на заработки. В условиях тотального падения бизнеса им будет сложно найти работу. Например, в супермаркеты их не берут, там ограничение по возрасту. Еще по аренде нужно понимать, что если объект больше не востребован предпринимателем, то он и неперспективен. Проходимость там не та, да и главный товар под запретом. Так что аренда — это бегство от реальности, и в конечном счете киоск, скорее всего, будет брошен. Осень станет знаковой — увидим, сколько киосков будут закрытыми.

— Много ли таких предпринимателей, кто прогорел и сдает киоск в аренду?

— Я знакома с теми, у кого большое количество торговых точек. У них расстановка такая, что 25% они закроют, 25% сдадут, а в 50% попробуют продолжить торговлю. По городу есть много объектов на остановках, где раньше стоял киоск и навес, но теперь там совсем ничего нет. Так было на улице Железнодорожной, Владимировской. И много таких мест по всему городу, куда не планируют ставить.

— Если говорить о перепрофилировании, то какие сегменты торговли пользуются спросом у потребителя?

— Давайте смотреть на то, кто и куда в основном переходит. Многие двинулись в общепит — пирожки, блины и беляши. Однако здесь часть потребителей, в том числе и я, выбирают павильоны, а не киоски. Это во многом обусловлено нашим климатом: гораздо приятнее зайти внутрь павильона, чем мерзнуть рядом с ним на улице. И кстати, франшизные сети понимают, что в плане стрит-фуда развитие будет именно за павильонами. Некоторые вообще не могут сменить профиль, потому что торговая площадь занимает четыре–пять квадратных метров, и, как бы ты ни крутился, все равно не сможешь разместить тот объем товара, который тебе хочется, чтобы получить прибыль, необходимую для покрытия расходов. Значит, нужно расширять площадь, а здесь уже изменение договора аренды и выход на торги. Насколько я знаю, торги для нестационарных объектов ни разу не проводились.

— Какой самый продаваемый товар для нестационарной розничной торговли?

— В настоящий момент это прохладительные напитки. Раньше было пиво, но теперь его нет. Еще шоколад, мороженое, жевательная резинка. Но тут опять есть взаимосвязь с этой самой жвачкой. Ее станет не так интересно продавать, потому что потребитель брал ее вместе с сигаретами.

«Без поддержки не проживем»

— Есть еще что-то, помимо законодательных запретов, имеющее негативное влияние на бизнес новосибирских киоскеров?

— Ситуации порой парадоксальные возникают. Вот вам одна иллюстрация. Был киоск на остановке. И вдруг за этим киоском решили построить магазин алтайской торговой сети. Однако для супермаркета нужен парковочный карман, остановка стала не к месту, и ее перенесли. Вот только для киоска места не выделили. Что показывает этот пример? То, что интересы малого бизнеса никто не учитывает. У меня нет претензий к руководству супермаркета, а вот вопросов к властным структурам — множество.

— Много ли таких предпринимателей, кто попал под подобные обстоятельства?

— Думаю, каждый попадал, да только мало кто об этом говорит. Это русская сибирская натура. Тяжелые условия жизни. Если стало хуже, то ты просто подтянул поясок и дальше идешь к своей цели. И не жалуешься особо, потому что для этого занятия нужно иметь силы и время. А тебе нужно зарабатывать деньги и кормить свою семью. И потом, немногие задумываются, что это вообще за бизнес такой — нестационарная розничная торговля. Что за киоск, какие там продавцы, как осуществляется подвоз товара, кто ведет отчетность и бухгалтерию. Плюс перед предпринимателем стоят и вопросы по благоустройству прилегающей территории. Это же напрямую затрагивает бюджет, потому что мэрии не нужно тратиться на все эти нужды. И я не понимаю, почему отсутствует интерес к тому, чтобы совместно искать пути решения вопросов.

— Действительно ли городская власть благоволит каким-то конкретным бизнесменам и крупным торговым сетям?

— Я свято верю, что законы для всех одинаковы. Но киоскеры говорят, что они видят нарушение своих прав, что крупный бизнес постепенно задавливает малый. Об этом свидетельствуют плакаты на митингах и демонстрациях на День труда. Киоскеры не верят, что те запреты, которые налагаются на нестационарную торговлю, защищают права населения, отвечают интересам здоровья нации, и говорят, что эти законы — инструменты по отстаиванию прав крупных торговых сетей по отношению к мелким торговцам.

— Можно ли говорить о существовании лобби на уровне мэрии и областного правительства со стороны крупных торговых сетей?

— Мне сложно судить о том, кто и что там «лоббирует». Будь то защита чьих-то интересов или просто недальновидность в принятии решений — интересы малого бизнеса страдают. Посмотрите, как развивались события с тем же перепрофилированием киосков в павильоны.

В январе было заседание в областном министерстве промышленности, торговли и развития предпринимательства. Как раз обсуждался вопрос по павильонам у остановочных пунктов. Там была представитель мэрии. И она высказывалась, что есть понимание, что столько людей рискуют остаться без работы и ситуация требует решения. Потом был ответ от городского совета депутатов, что они готовы внести изменения в то самое постановление № 403. А затем на совещании профильного комитета горсовета мне сказали, что, мол, если мы вам разрешим, то вы начнете продавать пиво и табак несовершеннолетним. Понимаете, на основании неких безосновательных предположений нам отказывают в перепрофилировании, которое позволит малому бизнесу выжить.

— Как видите развитие мелкой розничной торговли и киосков в ближайшее время?

— Без государственной и муниципальной поддержки не выстоять. Если все, что декларируется, реально будет иметь место, а не звучать красивыми словами куда-то в космос, то, наверное, у нас будет перспектива. Но если сохранится та ситуация, что есть сейчас, то мне остается нашу отрасль только пожалеть.

— Готовитесь ли к новым запретам и законодательным актам?

— Порой некоторые законы подаются громко, с оглаской, как, допустим, последние антитабачные запреты. А вот есть тема повышения отчислений в Фонд социального страхования, и она могла пройти очень тихо, если бы представители малого бизнеса по всей стране не подняли шум. Таких изменений, которые произошли или могли бы иметь место, — много. А предприниматели — это люди без юридического образования, не каждый может позволить себе отдельного юрисконсульта, не сидит в правовой системе и уж тем более не читает каждое утро «Российскую газету» на предмет последних изменений в законах. Если узнает о них, то, как правило, постфактум. Для малого бизнеса должны быть простые правила работы, понятные для всех. Как в футболе. Но когда законов миллион, то выучить каждое отдельное постановление почти нереально.           

У партнеров

    Реклама