Самое интересное за месяц с комментариями шеф-редактора. То, что нельзя пропустить!

Интервью

«Я вообще оптимист по жизни»

2015

Мэр Томска Иван Кляйн — о студентах как главных инвесторах города, особенностях бюджетного процесса и различиях между работой в бизнесе и во власти

Томск — город особенный и во многих отношениях уникальный. И дело даже не в студентах, которые составляют весомую часть населения и во многом определяют профиль местной экономики. Дело — в самой атмосфере: там, где молодость, всегда больше свободы. Томск ежегодно пропускает сквозь себя стремительные потоки молодежи — студенты приезжают и уезжают. Некоторые «закрепляются» и становятся в итоге настоящими томичами, влюбленными в свой город-университет.

Нынешний мэр Томска Иван Кляйн когда-то тоже приехал в город из Казах­стана. Естественно, чтобы учиться. Золотой медалист из Талды-Курганской области Казахской ССР поступил в 1979 году на факультет автоматики и вычислительной техники Томского политеха. Получив диплом и отработав пару лет на приборостроительном заводе, Кляйн устроился на Томский пивоваренный завод главным механиком. В 1991 году работавший главным инженером завода Иван Кляйн был назначен директором предприятия. И с тех пор, до 17 октября 2013 года, бессменно управлял «Томским пивом» — одним из немногих выживших в новое время пивоваренных предприятий Сибири. К тому же — самостоятельным заводом, сумевшим избежать «поглощения» крупным международным холдингом.

Опыт работы во власти у Кляйна тоже был, правда, во власти законодательной — четыре созыва в Думе Томской области. Причем не только в качестве депутата, но и руководителем бюджетного комитета и различных комиссий. В 2000 году будущий мэр с отличием окончил ТГУ по специальности «государственное и муниципальное управление», а в 2004 году защитил диссертацию кандидата экономических наук по теме «Безопасность бизнеса как фактор устойчивого развития российской экономики». 13 октября 2013 года Иван Кляйн был избран мэром Томска. Большое интервью бывший успешный предприниматель, ставший муниципальным руководителем, дал главному редактору журнала.

Студенты-инвесторы

— Иван Григорьевич, несколько лет назад в Томске провели большое исследование, чтобы выяснить, как студенты влияют на экономику города. После чего возникла формула «студент — главный инвестор». Этот приоритет остается в силе?

— Конечно. Вы знаете, что Томск, наверное, единственный город в Российской Федерации, в уставе которого четко записано: научно-образовательный комплекс является градообразующим. Я других городов с такими уставами не знаю. И эта наша уникальность — не придумана: наши университеты, первые за Уралом, являются историческим наследием. Причем не покрытым нафталином, а остающимся на острие науки, общественных процессов, активно развивающимся. Поэтому умалять вклад образования, всего научно-образовательного комплекса, в развитие города просто невозможно.

Каждый восьмой житель Томска — студент. Среди городов России с количеством жителей от 500 до 750 тысяч человек Томск является лидером по кадровому потенциалу. А вклад вузов в валовой регио­нальный продукт Томской области сегодня оценивается в шесть–семь процентов — это налог на доходы физических лиц, объемы хоздоговоров, вложений из федерального бюджета. Если брать тот же НДФЛ, который в доходах городского бюджета занимает около 60 процентов, то оба ведущих вуза — ТГУ и Политех (кстати, оба для меня родные) — по вкладу сегодня стоят наравне с такими компаниями, как «Газпром трансгаз Томск», ТГК-11, «Томскнефтехим». Цифры называть не буду, но согласитесь, что быть наравне с огромными коммерческими структурами, в которых уровень оплаты труда очень высокий, — это отличный показатель.

— А вклад самих студентов в экономику города увеличивается?

— Мы оцениваем его в семь миллиардов руб­лей в год. Это средства, которые студенты тратят на общежития и аренду жилья, на питание, услуги. Эти деньги они привозят с собой и помогают нам развивать местную пищевую промышленность, телекоммуникации, пассажирский транспорт и многое другое. Если брать бюджет города, то эта сумма — чуть больше его половины. Огромная цифра! В сегодняшних условиях — тем более!

— А что может делать город, чтобы таких инвесторов в нем становилось больше и больше?

— У мэрии есть соглашения о стратегическом партнерстве с ведущими вузами. Это живые документы, они подписываются не для галочки. Например, недавно мы обновили такое соглашение с ТПУ. В нем прописаны взаимные обязательства, которые берет на себя и мэрия, и университет. Что нужно, допустим, от нас Политеху? Конечно же, чтобы Томск был еще более привлекательным для студентов, чтобы они сюда ехали. У нас и так, конечно, география зашкаливает — 75 регионов страны, 40 стран зарубежья, включая СНГ. Но потенциал далеко не исчерпан. И роль города в этих процессах чрезвычайно высока. Прежде всего, нужна защищенность и безопасность. Не только студентам, конечно; но люди не поедут туда, где, не дай бог, ведутся боевые действия, где сильный разгул хулиганья или другие бе­зобразия. В этом смысле у нас очень спокойный город, в котором великолепно уживаются представители более 120 нацио­нальностей.

Второе — нужны условия для проживания студентов. Общежития, в которых мы жили в советские годы, уже не отвечают современным стандартам. Мир изменился, требования изменились, люди изменились, всем сегодня хочется хорошо жить. Поэтому вузы вынуждены строить новые кампусы. Задача города какая? Безусловно, обеспечить их транспортную доступность, и желательно подешевле — студенты не станут переплачивать. И мы на это идем: есть муниципальный транспорт, которому мы льготируем перевозку студентов. Сегодня обсуждаем и другие формы — те же велосипедные дорожки, к примеру.

Безусловно, нужна среда. Где покушать, где отдохнуть. Это тоже сегодня забота власти. Но не только. Мы стараемся в этом объединять усилия, чтоб получить синергический эффект. Вузам сегодня нужно больше раскрываться для города. К примеру, есть Ботанический сад ТГУ, который пока что не в полной мере используется горожанами. Уверен, что это неправильно — не нужны там заборы. Мы понимаем, что встанет вопрос и благоустройства этой территории, и ее защиты — чтобы там не мусорили. В конечном итоге мы должны стремиться к тому, чтобы самых достойных, самых умных ребят не выпустить с территории земли томской.

— Но регион же всегда подчеркивал экспортно ориентированную модель образования… Если посмотреть миграционные потоки, то, хотя Томск и имеет положительное сальдо миграции, все же цифры оттока и притока практически сопоставимы. Получается этакий ежегодный круговорот студентов!

— От экспортной модели образования мы никуда не уйдем, нам столько людей с высшим образованием не «переварить». Да это и не правильно! Но научиться зарабатывать на экспорте мозгов нам бы не помешало. Я сам в свое время приехал в Томск учиться из Казахстана. И остался тут на сорок лет — не смог уехать, зацепился… И другого себе не представляю города, где я бы мог жить. Но сегодня мир открыт — и сорваться с места не так уж и сложно, особенно в молодости. Наша цель — чтобы здесь оставалось больше светлых голов. Чтобы они смогли здесь трудоустроиться, создать собственные предприятия. Для этого мы поддерживаем бизнес-инкубаторы, технопарки. Словом, те площадки, где студенты могли бы проявить себя в деле, в творчестве, могли и дальше продвигать те знания, которые они получили здесь от государства. Скажем, оборот технико-внедренческой зоны в прошлом году превысил шесть миллиардов руб­лей. А ведь там еще не началось серьезное промышленное производство!

— Наличие здесь талантливой молодежи видно и в другом показателе — доле малого и среднего бизнеса в структуре городской занятости. Тем не менее, производственных предприятий немного — в основном торговля и сектор услуг. Сегодня не опасаетесь, что эти сегменты просядут?

— В России в целом, похоже, дела в малом и средним бизнесом складываются не так. Несмотря на многочисленные заявления, преференции, системы поддерж­ки. Одной рукой даем льготы, другой — изымаем. МСП — очень чувствительный сектор, в него, как правило, нет резервов и банковских кредитов. Есть только мозги и огромное желание что-то сделать. Для нас важно, что этот сектор обеспечивает самозанятость. Да, мировая практика говорит о том, что именно МСБ — основа развития экономики. Но в России пока МСБ играет незначительную роль в экономике, тогда как большие транснацио­нальные корпорации и огромные акционерные общества с участием государства занимают львиную долю.

Самая главная преграда, мне кажется, — это всевозможные проверки. Они сильно отвлекают, расстраивают бизнес. Приходится заниматься бумажной волокитой. Сегодня в правительстве РФ обсуждается ограничение числа этих проверок. Мы в рамках своих полномочий делаем то, что можем. Например, принимаем льготы по налогам. Понимая, что сегодня теряем в бюджете, но завтра получим больше — через создание рабочих мест, через НДФЛ, через самозанятость. Это самое важное, потому что налоговая отдача от МСБ никогда не заменит нам налоги от корпораций. Это абсолютная правда.

Нужно управлять долгом

— Почему бюджет города сокращается?

— Прошлый год мы закончили с результатом чуть более 13 миллиардов руб­лей по доходам. Понимая нынешнюю ситуацию в экономике, на 2015 год мы заложили меньшую сумму — 11,2 миллиарда руб­лей. Но я уверен, что мы в итоге снова выйдем на уровень прошлого года — с учетом межбюджетных трансфертов, федеральных программ и т.п. Еще отмечу, что дефицит мы заложили максимальный — потому что есть дела, которые не могут ждать: детские сады, зарплаты, социалка.

— Ваше отношение к дефициту. Не стоит его бояться?

— На нынешний день дефицит бюджета Томска составляет 10 процентов. Муниципальный долг по отношению к собственным доходам — примерно 53 процента, немногим более трех миллиардов руб­лей на начало этого года. Только на обслуживание долга в этом году мы должны будем потратить порядка 350 миллионов руб­лей. Это огромная сумма. Конечно, в сегодняшней ситуации привлекать заемные средства в виде банковских кредитов или через размещение облигаций становится делом чрезвычайно трудным. Ставки продолжают расти. Мы видим два выхода — дать возможность муниципальным образованиям либо заменить коммерческие кредиты на бюджетные, либо вообще списать их. Сегодня администрация Томской области готовит соответствующее обращение в правительство РФ. Нужно государственное решение. Оно в значительной степени облегчило бы сегодняшнее состояние бюджетов муниципальных образований, позволило бы, наверно, снова привлекать заемные средства для решения не только текущих задач, но и стратегических планов. Сегодня надо больше вкладывать для того, чтобы развиваться.

— Денег федерального бюджета на всех, очевидно, не хватит. Все регионы рассчитывают на перекредитование в Минфине…

— Безусловно. Но, мне кажется, правительство РФ вынуждено будет пойти на радикальные меры. Конечно, по закону и субъекты Федерации, и муниципалитеты имеют право привлекать заемные средства в размере до 100 процентов собственных доходов. По этой логике мы, к примеру, можем нарастить долг до шести миллиардов. Но в нынешних условиях это невозможно — ведь весь вопрос в цене привлекаемых денег. Поэтому мы и просим снизить долговую нагрузку. Хотя бы частично. Это нам облегчит работу. Мы же, когда планировали бюджет, исходили из тех ставок, которые были — 9–10 процентов годовых. А сегодня кредиты дают по ставкам от 20 процентов и выше. Как нам жить в таких условиях? Когда бизнес берет кредиты под такие проценты, он способен просчитать, как сможет окупить эти затраты — выпустить столько-то продукции, реализовать ее с гарантированной рентабельностью. Но бюджет города — это не годовой план коммерческого предприятия. И отбивать коммерческие проценты — ну это вообще грех! Была бы моя воля, я бы вообще давал бюджетам кредиты по ставкам до трех процентов максимум.

— Собственно, как и у бюджетных кредитов…

— Именно! Мы понимаем, что экономика страны движется к стагнации. А за счет чего тогда будут расти доходы бюджетов? И мы вынуждены будем залезать в еще большие долги, чтобы обслуживать существующие долги. Это же нонсенс! Сошлюсь на опыт прошлого года. Когда я стал мэром, то сказал: «Давайте научимся жить по средствам». И мы за прошлый год смогли существенно сократить расходы на обслуживание долгов бюджета Томска. В прошлом году мы потратили суммарно на эти цели порядка 200 миллионов руб­лей — столько же, сколько и годом ранее. В итоге доля муниципального долга по отношению к доходам сократилась на два процента. Это моя жесткая позиция: помню, еще в бизнесе я сильно обжегся на банках. В 1998 году попал с импортным оборудованием и на собственной шкуре ощутил, что такое девальвация руб­ля. Всю прибыль двух последующих лет я был вынужден отдавать на курсовую разницу. С тех пор мы старались на «Томском пиве» жить по средствам и больше не привлекали банковских кредитов.

«Важно перестать врать людям. Настолько заигрались, от выборов до выборов, от одной кампании к другой. Вот это мы сделаем, вот это обязательно построим, вот тут дороги отремонтируем. Люди, если у нас всего три рубля, как это все можно сделать? Никак» 013_expert-sibir_11.jpg
«Важно перестать врать людям. Настолько заигрались, от выборов до выборов, от одной кампании к другой. Вот это мы сделаем, вот это обязательно построим, вот тут дороги отремонтируем. Люди, если у нас всего три рубля, как это все можно сделать? Никак»

Но в мэрии Томска этот подход невозможен: у бюджета масса социальных обязательств, которые требуют четкого и постоянного финансирования. Это в бизнесе можно подождать, отложить инвестиционный проект. А здесь ничего нельзя остановить. Это публичные нормативные обязательства, которые мы обязаны выполнять перед населением, перед нашими горожанами. И поэтому мы вынуждены привлекать кредиты. И ничего в этом плохого-то нет. Вот сидят некоторые заокеанские товарищи, весь мир в долги загнали, и при этом припеваючи живут, хотя имеют государственный долг, исчисляемый в десятках тысяч долларов на каждого жителя страны. Мой принцип: жить с долгом можно, но им нужно грамотно и эффективно управлять. А не так, чтобы долг тобою управлял.

— Хороший постулат. Я смотрел, что в трехлетнем периоде бюджет Томска будет сокращаться по доходам. Но, очевидно, вы не учли трансферты…

— А мы не можем их учесть. Мы можем отразить в бюджете только то, что уже есть на бумаге. Но я вообще оптимист по жизни. Все, что ни делается, к лучшему. И в бизнесе так вел себя, и здесь стараюсь. Любой кризис нужно рассматривать с точки зрения создания новых возможностей. В самое нехорошее время голова начинает быстро работать и вдруг находить нестандартные пути решения тех или иных проб­лемных вопросов — для того, чтобы сделать очередной рывок. Такой подход я пропагандирую своим коллегам, руководителям городских предприятий, ассоциаций. Ход истории нам не остановить. То, что сегодня творится, в том числе и те ограничительные меры, которые западные державы вводят в отношении России, — они нам должны помочь. Взять, к примеру, только набирающее скорость сотрудничество томских машиностроителей с «Газпромом». И не важно, что ускорение спровоцировано запретами, — важен итог. Только в текущем году объем закупок «Газпрома» на наших предприятиях превысит два миллиарда руб­лей. А ведь есть еще «Транснефть», «Роснефть», другие крупные холдинги.

— Иными словами, вы не считаете, что мы выходим в период выживания, когда стоит скукожиться…

— Ни в коем случае. Я не призываю шиковать, но разумно считать деньги, грамотно работать с долгами, аккуратно работать с налогообложением — это то, чему нам всем сегодня нужно учиться буквально на ходу. И все это даст очень быстрый эффект.

О градостроительном развитии

— От финансов позвольте перейти к градостроительным вопросам. Ваше отношение к будущему Томской агломерации. Нужно ли «открывать» Северск?

— Этот вопрос, наверное, надо задать самим северчанам, они хозяева своего города. Мое мнение — мы все равно к этому придем, чем выше открытость, тем быстрее развитие. Дело времени.

Если говорить об агломерации, то она уже сложилась де-факто. Ее не существует только де-юре. Томск, Томский район, Северск — нам нужно выработать общую концепцию развития. Сегодня у каждого муниципалитета — свои уставы, свои стратегии. И мы порой делаем ошибки. К примеру, строим развязку на выезде из Томска, а Северск строит такой же объект у себя — зачем? Можно же объединить усилия в развитии транспортного каркаса, чтобы экономно и разумно подходить к строительству дорожной инфраструктуры. Или другой пример. Сейчас больной вопрос для Томска — это отлов бродячих животных, их стерилизация. Можно было бы на три муниципалитета построить единый пункт содержания таких животных. Аналогично — и с вывозом твердых бытовых отходов. Полигоны сегодня есть и в Северске, и в Томске, и в Томском районе. А можно было бы, наверное, сделать один полигон на всех.

— А что мешает сегодня сотрудничать?

— Закон. Мы не можем тратить собственные деньги на проекты в других муниципалитетах.

— А что будет с левобережьем Томи?

— Есть разные взгляды. Мне кажется, что исторически эта зона развивалась как зона рекреации, парков, садоводчества. Там много огородов — мы их не уберем никуда. Значит, надо их узаконить. Принят проект планировки. Нам необходимо определить зоны затопления на случай, если Томь выйдет из берегов. А это возможно. Мы каждую весну на иголках сидим из-за этой опасности. Не просто же так предки выбрали правый берег — высокий яр. С точки зрения инстинкта самосохранения это правильно. Так что Томску, как мне кажется, развиваться здесь — на восток, на юг, может быть, на северо-восток.

— Какова сегодня главная инфраструктурная проблема в Томске? О чем у вас как у мэра больше всего болит голова?

— Коммуналка. Системы водоснабжения, теплоснабжения. И дороги, конечно, куда без этого… Не думаю, что называю оригинальные лишь для Томска проблемы. Они остро стоят и перед другими городами. Инфраструктура остается чрезвычайно недоинвестированной — начиная с девяностых годов в эту сферу деятельности прак­тически ничего не вкладывалось. И сегодня мы расплачиваемся за эти ошибки. Необходимы огромные ресурсы для того, чтобы обеспечивать сохранение и развитие. Особенно сохранение. Капитальные ремонты — это то направление, которое сейчас становится первоочередным.

— Ваше отношение к тому, что французская «Веолия» ушла из «Томскводоканала»?

— Думаю, что таким событиям должны давать оценку компетентные органы. Де-факто предприятие работает — и неважно, под каким оно собственником. Бюджетных денег мы в него не вкладываем. Но видим, что количество аварий сократилось. А внутренние корпоративные вопросы я бы не хотел комментировать.

Налогов нужно больше

— Стоит ли что-то менять в межбюджетных отношениях?

— Мое мнение — нужно идти от полномочий и их стоимости. Считайте сами. По данным налоговых органов, в прошлом году на территории Томской области был собран в виде налогов 141 миллиард руб­лей. А собственные доходы консолидированного бюджета Томской области — 42 миллиарда. Налицо явный дисбаланс. Идем дальше. Головная боль губернатора — как распределить эти деньги между всеми муниципалитетами области. Есть, конечно, доноры — Стрежевой, к примеру. Томск, казалось бы, тоже должен быть донором — по факту же мы обеспечены собственными доходами лишь на 40 процентов. Остальное — межбюджетные трансферты. Это неправильно.

— Ваш коллега из Новосибирска, бывший мэр, а ныне — губернатор Владимир Городецкий, в свое время говорил, что городам не мешало бы получать долю от налога на прибыль…

— Согласен, не мешало бы. Муниципальное образование должно быть заинтересовано в развитии каждого предприятия на своей территории. И доля налога на прибыль — хороший мотиватор. Не буду говорить, какой она должна быть — надо считать. Но без этого невозможно.

— Можете оценить вклад в городское развитие крупных корпораций? Того же «Газпрома»?

— Цифры есть, но называть их не буду. Я считаю это нормальным явлением. Тот же «Газпром» работает на территории многих регионов Российской Федерации. Там проживают сотрудники этой компании — и что плохого в том, что компания вкладывается в улучшение условий их проживания? Одним бюджетом мы никогда ничего не сделаем. Поэтому такие инвестиции — благо. Может, схема и кривая, вроде бы все должно в идеале делаться за счет налогов. Но совершенной системы перераспределения не придумали до сих пор ни в одном государстве. Так что благотворительность, меценатство — назовите как угодно — это нормальная практика. И я ее как мэр могу только приветствовать.

— Последний вопрос. Вы сегодня уже вспоминали свой бизнес-опыт. Что все-таки вас удивило больше всего, когда вам пришлось из предпринимателей переквалифицироваться в чиновники?

— Бизнес — это личная ответственность руководителя за финансовые и экономические результаты. Основная цель — извлечение прибыли, и ты при принятии решений абсолютно свободен. Город — сложный механизм. Ты несешь ответственность уже не за свой коллектив, а за всех жителей. В Томске — почти за 600 тысяч человек. Второе — любые решения принимаются долго, после многочисленных обсуждений, консультаций, консенсусов. Наспех ничего сделать не получится. И какое бы ты решение ни принял, каждый будет его оценивать со своей колокольни; одни будут «за», другие «против».

— Вы уже смогли внутренне перестроиться?

— Все для этого делаю. Постоянно ощущаю то давление, то недовольство, то одобрение. Процесс, наверное, бесконечен. Но при всех издержках это очень интересная работа. Я впервые почувствовал себя счастливым во время празднования дней города, которые у нас в прошлом году были. Я тогда понял, что все-таки не зря работаю. Есть такие моменты, когда энергетика от концентрации счастливых людей передается тебе… И эти ощущения не сравнить ни с чем.

Я буду считать для себя хорошим результатом работы две вещи. Первая — это возвращение доверия. Сегодня бизнес не верит власти, власть не верит бизнесу, а народ не верит ни бизнесу, ни власти. Это очень плохо. Возвращение доверия возможно только через открытость, публичный диалог, встречи с населением, коллективами, через СМИ, наконец. Важно перестать врать людям. Настолько заигрались, от выборов до выборов, от одной кампании к другой. Вот это мы сделаем, вот это обязательно построим, вот тут дороги отремонтируем. Люди, если у нас всего три руб­ля, как это все можно сделать? Никак. И тут важен правильный выбор.

Второе — это, конечно, создание комфортной среды. Мы программу «Наш Томск» не просто так придумали. Это и дороги, и остановки, и озеленение, и парки. И в этом плане мы обязаны с людьми советоваться. Потому что когда один принимаешь решение, ты думаешь так, а люди могут думать совершенно иначе. Потому что все мы разные. И в первую очередь надо ставить во главу угла те проблемы, которые волнуют сегодня людей.

Так получилось по жизни, что я всегда пытался делать хорошие дела, что-то улучшать, изменять вокруг… В этой сфере все оказалось достижимо, но очень медленными темпами. Это для меня самое тяжелое испытание — когда понимаешь, что все равно часть людей будет недовольна. Что ты не можешь сделать в одночасье все, что хотят все. Но глаза боятся, а руки делают.

«Эксперт Сибирь» №11 (445)
Подписаться на «Эксперт» в Telegram



    Реклама




    Альфа-банк меняет карты

    Альфа-банк приступил к полному обновлению своей линейки дебетовых карт — новая линейка вступила в силу 25 сентября. Флагманским продуктом в ней станет Альфа-карта

    Российский IT - рынок подошел к триллиону

    И сохраняет огромный потенциал роста. Как его задействовать — решали на самом крупном в России международном IT-форуме MERLION IT Solutions Summit

    Химия - 2018

    Развитие химической промышленности снова в приоритете. Как это отражается на отрасли можно узнать на специализированной выставке с 29.10 - 1.11.18

    Опасные игры с ценами

    К чему приводят закупки, ориентированные на максимально низкие цены

    В октябре АЦ Эксперт представит сразу два рейтинга российских вузов

    Аналитический центр «Эксперт» в октябре представит сразу два рейтинга российских вузов — изобретательской и предпринимательской активности.

    Эффективное управление – ключ к рынку для любого предприятия

    Повышение производительности труда может привести к кардинальному снижению себестоимости продукции и позволит российским компаниям успешно осваивать любые рынки


    Реклама