ПУБЛИКУЙТЕ НОВОСТИ О ГЛАВНЫХ СОБЫТИЯХ
СВОЕЙ КОМПАНИИ НА EXPERT.RU

Самое интересное за месяц с комментариями шеф-редактора. То, что нельзя пропустить!

Политика

Страсти по списку

, 2009

За пост будущего президента Дагестана разворачивается нешуточная борьба — республиканская «Единая Россия» пытается переиграть федеральное руководство партии

До 19 декабря президент Дмитрий Медведев должен решить, быть ли нынешнему президенту Дагестана Муху Алиеву и дальше главой самой многонациональной в России и самой большой на Северном Кавказе республики. В списке кандидатур, предложенном главе государства «Единой Россией», нынешний дагестанский президент значится, но ему дышат в затылок четыре вполне серьёзных конкурента: у каждого из них есть весьма влиятельные лоббисты в Москве. Сам же Алиев сохраняет серьёзные позиции и влияние в республике, но не может похвастать достаточной поддержкой в столице.

Кроме Муху Алиева, партия власти предложила президенту рассмотреть кандидатуры зампредседателя дагестанского правительства Магомеда Абдуллаева, начальника управления Федерального казначейства РФ по Дагестану Саидгусейна Магомедова, депутата и экс-спикера Народного собрания республики Магомедсалама Магомедова, а также советника председателя Совета Федерации РФ Магомеда Магомедова. Пока Дмитрий Медведев лишь отметил, что в списке целых «три Магомедовых» и никаких иных оценок предложенным кандидатам не дал. Зато в самом Дагестане список «Единой России» вызвал целую бурю эмоций — преимущественно негативных.

Эксперты полагают, что, несмотря на непубличный характер борьбы за президентский пост в Дагестане, интрига в ней будет сохраняться вплоть до принятия окончательного решения.

Кто есть кто

Задолго до обнародования списка «Единой России» в дагестанских СМИ начали появляться «рейтинги влиятельности» местных политиков, способных претендовать на руководство республикой после февраля 2010 года, когда истечёт президентский срок Муху Алиева. На первом месте в них неизменно значился действующий президент Алиев, а в первой пятёрке непременно оказывались мэр Махачкалы Саид Амиров, член Совфеда РФ, известный бизнесмен Сулейман Керимов, постпред Дагестана при президенте РФ Гаджи Махачев. Упорно попадали в рейтинги также мэр Хасавюрта Сагид-Паша Умаханов, глава Сулейман-Стальского района республики Имам Яралиев и руководящий Кизлярским районом Сагид Муртазалиев. Ни одной фамилии (кроме, разумеется, Муху Алиева) из числа впоследствии поданных на рассмотрение президенту в качестве кандидатов на «дагестанский престол», в этих рейтингах не упоминалось ни разу. Что, в общем, неудивительно — большинство участников списка трудно назвать заметными фигурами дагестанской политики.

Так, Магомед Абдуллаев, доктор юридических наук, долгое время занимался научной и преподавательской деятельностью — в том числе в Москве и Петербурге. В октябре этого года он — довольно неожиданно — был назначен вице-премьером дагестанского правительства — седьмым по счёту. До тех пор республике хватало шести вице-премьеров, и многие местные наблюдатели сделали вывод, что ещё одна должность создана специально для продвижения во власть Магомеда Абдуллаева как возможного преемника Муху Алиева. Как и действующий президент, Абдуллаев родом из научной интеллигенции, и он точно так же, как Алиев, не располагает твёрдой поддержкой какой-либо влиятельной местной политико-финансовой группировки.

Сайгидгусейн Магомедов, руководящий республиканским казначейством, имеет хорошие связи в Кремле, его публично поддерживает Сагид Муртазалиев — молодой популярный дагестанский политик с большим электоральным ресурсом. Сам Магомедов близок не только к аварскому, но и к кумыкскому сегменту дагестанского общества, что, несомненно, является большим плюсом для республиканского политика. Сайгидгусейн Магомедов — пожалуй, единственный в списке конкурент Муху Алиева, пользующийся реальной поддержкой в Дагестане.

Магомедсалам Магомедов, похоже, так и остался для дагестанской политики сыном своего отца — Магомедали Магомедова, дагестанского политического тяжеловеса, бессменно возглавлявшего Госсовет Дагестана с момента его основания в 1994 году до роспуска в феврале 2006-го. Сыну дагестанского «дедушки», как называли Магомедали Магомедова в республике, в 2006 году достался пост спикера республиканского парламента, однако уже в 2007-м Магомедсалам Магомедов оставил публичную политику, уступив спикерское кресло экс-мэру Избербаша Магомеду Сулейманову. Примечательно, впрочем, что Магомедсалам Магомедов — даргинец, представитель второго по численности этноса в Дагестане. Ряд экспертов полагает, что именно национальной принадлежностью объясняется его присутствие среди «потенциальных президентов» — иначе в списке значились бы только аварцы, что могло спровоцировать недовольство неаварского населения многонационального Дагестана.

  Фото: Алексей Гриценко
Фото: Алексей Гриценко

Зато в списке не оказалось ещё одного даргинца — мэра Махачкалы Саида Амирова, который, как ждали в Дагестане, там непременно должен быть. В поддержку Амирова в Махачкале даже собирали подписи — с тем, чтобы направить эти свидетельства народного волеизъявления непосредственно в Кремль. Усилия оказались бесполезны — центр в очередной раз дал понять, что митинги и публичные акции как методы борьбы за власть перестали быть эффективными в современной России. Кроме того, Саид Амиров, при всей своей популярности в Дагестане, вряд ли соответствует требованиям, предъявляемым Москвой к главам регионов — у него нет ни опыта работы в общероссийских структурах, ни каких-то особых заслуг перед федеральным центром, он не может похвастать «равноудалённостью» от местных кланов и групп влияния и не является представителем доминирующей в регионе национальности.

Ещё один кандидат, Магомед Магомедов, в родных краях известен мало. Как политик он сформировался за пределами Дагестана — в Совете Федерации до назначения советником председателя представлял Смоленскую область. Известно, что Магомед Магомедов имеет обширные связи в российском бизнес-сообществе и высших политических кругах страны. Для Дагестана он — «варяг», и возможность его назначения на президентский пост уже сегодня вызывает отрицательную реакцию местных элит. «При внесении кандидатур должен учитываться авторитет кандидата, авторитет человека, живущего на этой территории. Дальше — деловая репутация. Что я могу сказать о кандидате, если я его не видел? Дела должны быть здесь, а не где-то», — за­явил, в частности, лидер фракции «единороссов» в Народном собрании Дагестана Николай Алчиев.

«Пусть оставят нашего»

Критика кандидатур, внесённых «Единой Россией», прозвучала на последней сессии дагестанского парламента 26 ноября. Депутаты возмутились тем, что список кандидатов был сформирован в Москве, без консультаций с местной политэлитой — региональным отделением «Единой России» и фракцией партии в Народном собрании. «Я против президента России ничего не имею, и Путин тоже наш человек, — заявил на заседании парламента депутат Суракат Асиятилов. — Но вот так дать Дагестану пять кандидатов, чтобы мы здесь грызлись между собой: кто из них хороший, кто плохой… Я не знаю, чьих рук это дело, но этот человек совершенно не понимает, что такое Дагестан, когда даёт нам этих пятерых».

«Кандидатуры вносятся с учётом мнения местного отделения, но региональную конференцию не провели, — вторил ему коллега Газимагомед Абдуллаев. — Результаты мониторинга, который проводился в Дагестане, не были учтены. У президента есть право отклонить кандидатуры и получить новые. Лоббисты, которые сидят в Москве, не должны заниматься дагестанской политикой». «Мы очень желаем, чтобы пришёл такой человек, который будет продолжать курс прежнего президента. Или пусть оставят нам нашего президента», — ещё ясней выразился спикер Народного собрания Магомед Сулейманов.

Итогом стало обращение к президенту РФ Дмитрию Медведеву, которое поддержали 46 депутатов из 51 присутствовавшего на заседании. В обращении, в частности, говорится, что «не все из предложенных кандидатур отвечают предъявляемым к ним требованиям, то есть обладают авторитетом, деловой репутацией, опытом публичной деятельности, необходимой для замещения этой должности». В связи с этим дагестанские депутаты просят главу государства «перед внесением в Народное собрание кандидатуры на должность президента Дагестана предварительно провести консультации с Народным собранием с целью исключения ошибки при решении данного вопроса в такой сложной республике».

Ряд наблюдателей не исключают, что этот шаг вполне мог быть инициирован непосредственно руководством Дагестана — чтобы дать понять федеральному центру, насколько нежелательно для республики назначение на президентский пост человека со стороны. Конечно, действуя таким образом, дагестанское руководство и парламент рискуют вызвать серьёзное недовольство федерального центра, который, как показал случай со сбором подписей за того же Саида Амирова, не любит читать открытых писем с мест. Однако в Москве понимают, что ситуация в Дагестане слишком уж непроста, да и не часто случается в современной региональной политике России, чтобы местный парламент оспаривал решение Генсовета партии власти — уже поэтому в Кремле вряд ли оставят обращение дагестанских депутатов совсем без внимания. Другое дело, что результат может оказаться вовсе не тем, на который, очевидно, рассчитывали авторы послания.

Дело в том, что до 19 декабря (в течение 30 дней с момента внесения кандидатур) президент должен либо выбрать одного из пяти, либо отклонить весь список. В последнем случае «Единой России» придётся формировать новую «заявку» — причём включить в неё надо будет новых кандидатов, которых не было в первом списке. Таким образом, действующего дагестанского президента в новом списке однозначно не окажется. То же самое произойдёт, если Народное собрание Дагестана откажется утверждать внесённую президентом кандидатуру. Более того, если депутаты не согласятся с президентом дважды, парламент республики может быть и вовсе распущен. То есть единственный шанс Муху Алиева остаться президентом Дагестана — это быть выбранным из того самого списка, который так понравился республиканским депутатам.

Видимо, осознав щекотливость положения, в которое угодил дагестанский парламент вместе с президентом республики, Николай Алчиев уже на следующий день после скандальной сессии официально заявил, что депутаты поддержат любое решение президента РФ по кандидатуре высшего должностного лица Республики Дагестан.

Отсутствие поддержки назначенного президента во влиятельных кругах республики способно привести к активизации оппозиции

Большой, но небогатый выбор

«Позиции Муху Алиева довольно прочны в республике, но весьма шатки в центре, где у него нет столь же мощного, как у конкурентов, лобби», — полагает политолог Ростислав Туровский. «В Москве достаточно много политических противников Алиева — у него слабые позиции во влиятельной дагестанской диаспоре в Москве, которая имеет свои ходы в Кремль, в президентскую администрацию, в правительство, — говорит г-н Туровский. — Алиев нервничает, потому что подозревает — дагестанская диаспора и некоторые влиятельные политики в самом Дагестане против него интригуют и пытаются убедить президента поменять власть в регионе».

Если оценивать итоги президентства Муху Алиева, тоже, кстати, политического долгожителя (с 1990-го по 1991-й — первый секретарь Дагестанского обкома КПСС, с 1995-го до 2006 года — председатель Народного собрания республики, с февраля 2006-го — президент Дагестана), то в безусловный плюс надо записать снижение безработицы и некоторое оживление экономики, повышение инвестиционной активности, а также сохранение межнационального баланса. При этом первому дагестанскому президенту так и не удалось победить клановость и коррупцию, не в его пользу — повышение активности террористических группировок, целая серия «резонансных» убийств (в том числе — главы МВД республики Адильгерея Магомедтагирова летом этого года), а также «кадровый скандал» с назначением главы УФНС по Дагестану. Кроме всего прочего, Муху Алиев так и не вступил в «Единую Россию».

Между тем, по мнению экспертов, смена руководства Дагестана неизбежно повлияет на общий социально-политический расклад в республике. Так, кандидатура Магомеда Абдуллаева обещает умеренно-негативный сценарий развития ситуации с сохранением практически всех сегодняшних негативных факторов, с которыми не смог справиться Муху Алиев. Дагестанского казначея Сайгидгусейна Магомедова сегодня готовы поддержать практически все оппозиционеры нынешней власти в Дагестане — как в республике, так и в Москве. Его назначение, безусловно, будет выгодно и тем, и другим; в этом случае следует ожидать серьёзного перераспределения сил и финансовых потоков, идущих в республику. Однако если в новую команду при Сайгидгусейне Магомедове не войдут представители ряда влиятельных кланов, в республике следует ожидать весьма жаркого политического сезона. Магомедсалам Магомедов, по мнению большинства экспертов, вряд ли всерьёз рассматривается в качестве будущего президента Дагестана. Его назначение могло бы сломать стереотип об «аварском доминировании» во власти, сложившийся на протяжении последних лет. Возможность прихода к власти в Дагестане «варяга» Магомеда Магомедова местные наблюдатели расценивают как потенциальную угрозу общественно-политической стабильности в регионе — отсутствие поддержки назначенного президента во влиятельных кругах республики способно привести к активизации массовой оппозиции, которая в этом случае получит поддержку «недовольных» влиятельных дагестанских групп. Оптимальным для Дагестана вариантом было бы появление некоей компромиссной фигуры, которая, с одной стороны, хотя бы отчасти устроит различные противоборствующие альянсы, а с другой — не окажется марионеткой в руках какого-либо клана и будет проводить последовательную политику по развитию региона. Похоже, пока такой кандидатуры в предложенном «Единой Россией» списке нет — каждый из претендентов соответствует этим требованиям лишь отчасти.                                   

«Эксперт Юг» №46-47 (85)
«Эксперт» в Telegram
Поставить «Нравится» журналу «Эксперт»
Рекомендуют 94 тыс. человек



    Реклама



    «Экспоцентр»: место, где бизнес развивается


    В клинике 3Z стали оперировать возрастную дальнозоркость

    Офтальмохирурги клиники 3Z («Три-З») впервые в стране начали проводить операции пациентам с возрастной дальнозоркостью

    Инновации и цифровые решения в здравоохранении. Новая реальность

    О перспективах российского рынка, инновациях и цифровизации медицины рассказывает глава GE Healthcare в России/СНГ Нина Канделаки.

    ИТС: сферы приложения и условия эффективности

    Камеры, метеостанции, весогабаритный контроль – в Белгородской области уже несколько лет ведутся работы по развитию интеллектуальных транспортных систем.

    Курс на цифровые технологии: 75 лет ЮУрГУ

    15 декабря Южно-Уральский государственный университет отметит юбилей. Позади богатая достижениями история, впереди – цифровые трансформации

    Когда безопасность важнее цены

    Экономия на закупках кабельно-проводниковой продукции и «русский авось» может сделать промобъекты опасными. Проблему необходимо решать уже сейчас, пока модернизация по «списку Белоусова» не набрала обороты.

    Новый взгляд на инвестиции в ИТ: как сэкономить на обслуживании SAP HANA

    Экономика заставляет пристальнее взглянуть на инвестиции в ИТ и причесать раздутые расходы. Начнем с SAP HANA? Рассказываем о возможностях сэкономить.

    Армения для малых и средних экспортеров

    С 22 по 24 октября Ассоциация малых и средних экспортеров организует масштабную бизнес-миссию экспортеров из 7 российских регионов в Армению. В программе – прямые В2В переговоры и участие в «Евразийской неделе».


    Реклама