С позиции силы убеждения

Алена Седлак

Человеком года в политике юга России мы признаём президента Ингушетии Юнус-Бека Евкурова. Одна из главных его заслуг — серьёзные перемены в имидже ингушской власти, которую сегодня и в республике, и за её пределами воспринимают совершенно иначе, чем год назад

С позиции силы убеждения Кавказ,Терроризм

Он очень открыт и прост в общении — и поэтому не похож на президента, на «первое лицо» республики, и вообще — на государственного чиновника. Он не склонен к жёстким силовым решениям и поэтому плохо вписывается в привычный образ военного. Он очень сдержан в эмоциях. В его речи часто звучат слова «убеждать», «объяснять», «поправлять» — именно в них заключён его стиль руководства республикой. Ни «сопротивление среды», ни громкие теракты в Ингушетии, ни июньское покушение, едва не стоившее жизни Юнус-Беку Евкурову, не смогли изменить этого стиля. В недавнем прошлом — кадровый военный, участник и руководитель уникальных операций в Косово и на Северном Кавказе, Евкуров продолжает убеждать экстремистов вернуться «из леса», объяснять кровникам, что месть — самый традиционный, но не самый лучший способ отстоять честь своего народа, а также «поправлять» действия местных чиновников. Отставки в республиканском правительстве, которые президент теперь проводит всё чаще, в данном случае выглядят именно как работа по исправлению той ситуации, которая сложилась в Ингушетии. Евкуров не раз заявлял, что не стремится никого увольнять, тем более, что в республике замену более или менее опытному управленцу ещё поди найди.

Тем не менее, чистки властных рядов избежать не удалось. Многие «старые» кадры, похоже, не ужились с новым президентом и его пониманием функции власти. Вернувшись к работе после покушения (возвращаться пришлось досрочно — Евкуров прилетел в Ингушетию, прервав курс реабилитации, через три для после теракта в Назрани, унесшего жизни более 20 человек), он отправил в отставку весь кабинет министров «за неудовлетворительную работу по социально-экономическому развитию республики», а ближе к концу года начал пересматривать состав собственного аппарата. В начале декабря Евкуров принял отставку главы администрации президента республики Владимира Борщова (бывший сотрудник центрального аппарата ФСБ занимал эту должность с апреля 2009 года) и почти сразу сменил заместителя главы администрации и двух советников.

Сегодня Евкуров фактически формирует ту самую «свою команду», которой ему так не хватало весь первый год президентства. Сейчас в Ингушетии не исключают, что одним из столпов новой команды Евкурова может стать опальный олигарх, бывший глава «Русснефти» Михаил Гуцериев (в конце октября СК МВД РФ изменил ему меру пресечения с ареста на подписку о невыезде, в связи с чем Гуцериев был исключён из базы данных международного розыска). Следующим шагом, по прогнозам многих российских экспертов, может стать возвращение ингуша Гуцериева на малую родину, где ему наверняка предложат занять один из руководящих постов — о готовности сотрудничать с влиятельным бизнесменом, сохранившим огромное влияние в республике, Евкуров заявил публично. Что, впрочем, совсем не удивительно в условиях кадрового и ресурсного дефицита, который испытывает сегодня Ингушетия.

Потребность в собственной «команде» для Юнус-Бека Евкурова становится все более очевидной. С нового года стартует федеральная целевая программа социально-экономического развития республики, по которой Ингушетия до 2016 года должна получить из бюджета 32 млрд рублей: в 2010 в республике ждут, по словам Евкурова, 3 млрд, а с 2011-го — по 5 млрд рублей ежегодно. Для республики это очень значительные средства. Чтобы реализация грандиозных планов не превратилась в банальный «распил» бюджетных средств, а Ингушетия не оказалась «чёрной дырой», способной бесследно поглотить любое количество федеральных миллиардов, ингушскому президенту нужны не просто работоспособные и грамотные управленцы, а люди, которым он сможет доверять. И которым — что, учитывая кавказский менталитет, не менее важно — будет верить население республики.

Единомышленники нужны Евкурову и для поддержания его весьма смелой инициативы по трудоустройству ингушей в других регионах России. Эта мера способна если не решить, то смягчить проблему безработицы в регионе, однако сегодня на ней слишком легко удаётся спекулировать противникам новой ингушской власти, называющим «переселение» ингушей на Урал и — возможно — на Дальний Восток «новой волной депортации ингушского народа». Кстати, вряд ли предложение переехать на тот же Урал было бы адекватно воспринято в Ингушетии, прозвучи оно из уст, например, прежнего руководителя республики или федерального чиновника. Евкурову уже удалось убедить около сотни семей, и это — нагляднейший показатель доверия к власти по ингушским меркам.

В речи Евкурова часто звучат слова «убеждать», «объяснять», «поправлять» — именно в них заключён его стиль руководства

До Евкурова Ингушетия пережила два совершенно разных стиля управления. Первый её президент Руслан Аушев делал ставку исключительно на местные элиты, фактически не допуская в молодую республику «федералов». Итогом стали проникновение в Ингушетию боевиков из Чечни, возникшие впоследствии слишком тесные связи некоторых местных кланов с «соседским» бандподпольем, а также хлынувшая на территорию республики волна чеченских беженцев. Сменивший Аушева на президентском посту Мурат Зязиков управлял с точностью до наоборот — он стал безропотным проводником политики центра и не смог ничего противопоставить жёстким (часто — излишне) силовым методам «поддержания порядка» в республике.

Юнус-Бек Евкуров демонстрирует принципиально иной стиль руководства. Он полностью открыт для населения — постоянно встречается с многочисленными ингушскими тейпами, ездит по районам, договаривается с оппозицией (при Зязикове — дело совершенно невозможное). При этом он, как настоящий кадровый офицер, действует согласно приказам высшего руководства, стараясь добиваться поставленных целей. Примечательно, что средства достижения этих целей Евкуров выбирает сам — и, как показал прошедший год, весьма разборчив в их выборе.

Возможно, именно такие, ранее неизвестные в Ингушетии подходы к президентскому правлению позволили Евкурову добиться того, чего в своё время не сумели ни Руслан Аушев, ни Мурат Зязиков. Юнус-Бек Евкуров сейчас вплотную подошёл к тому, чтобы установить хрупкий, но такой необходимый баланс в отношениях с Москвой и с собственным народом, и это можно считать главным итогом его первого года работы президентом Ингушетии — республики, которую на момент его прихода можно было считать самым сложным регионом Северного Кавказа.

Статьи на тему: «Кавказ»