Политизированная демография и логика здравого смысла5

• Мартьянов Виктор
• Виктор Мартьянов

В последние годы повестка отечественных СМИ и серьезных научных изданий переполнена апокалиптическими прогнозами по поводу «вымирания России». Констатации «демографической катастрофы», «опустынивания», возможного в будущем «распада» или «захвата» страны получили статус самоочевидного утверждения, не нуждающегося в доказательствах. Меры, призванные увеличить рождаемость, приобрели вид национального проекта, чуть ли не паллиатива безуспешно искомой разными политическими лагерями национальной идеи. Рост населения России сам по себе практически всеми участниками общественных дискуссий о демографии считается безусловным благом. Но так ли это на самом деле? Прогресс создается уже не количеством, а качеством политических стратегий, техники, экономики, науки, повседневной жизни и постматериальных ценностей населения. Не является ли в таком случае подобная демографическая логика архаичной и откровенно провальной в условиях глобализации и движения к постиндустриальному обществу?

До сих пор даже в теории не существует ни идеальной, ни оптимальной плотности населения для какой-либо страны. Демографические показатели зависят от климата, истории, уровня экономического развития, образования населения, культурных обычаев и т.д. В долгой истории человечества именно рост населения, высокое демографическое давление приводили к войнам, нищете, голоду, эпидемиям, тотальному обесцениванию самой человеческой жизни. Статистика показывает: демографический прирост снижается там, где растет уровень доходов, образования, здравоохранения. И наоборот: общий рост благосостояния общества и благополучия людей в различных регионах современного мира не в последнюю очередь обусловлен стабилизацией численности населения, когда прирост населения не «съедает» с лихвой весь прибавочный продукт на душу населения, полученный той или иной национальной экономикой в результате ее роста.

Нынешняя численность населения планеты поддерживается с помощью траты невозобновляемых источников энергии и экологической деградации биосферы Земли. Поддержать рост населения без ущерба качеству жизни можно лишь с появлением принципиально новых технологий и ресурсов или путем ограничения роста аппетитов общества потребления. Иначе придется смириться с глобальным падением уровня жизни. Поэтому стабилизация численности населения Земли в настоящее время — безусловное благо. Справедливо ли данное общее утверждение в отношении частного — России?

Инерционный (реалистический) сценарий предполагает, что в 2050 году в России будет примерно столько же населения, сколько в 1950 году — около 110 млн человек. Но прискорбный факт, состоящий в том, что в постсоветский период население России сокращается на 0,5 — 1 млн человек в год, сам по себе не является для нашей страны чем-то фатальным.

Во-первых, обороноспособность страны обеспечивается в современном мире ядерным щитом гораздо надежней, чем массовой непрофессиональной армией. Во-вторых, статистика не подтверждает миф о массовой миграции в Россию и размывании ее пресловутого «цивилизационного ядра». Количество русских в России при переписи 1989 года составляло 80%, а в переписи 2002 года — 79,5%. В-третьих, логическая и поверхностно очевидная связка «сокращение населения ведет к нехватке рабочих рук» при ближайшем рассмотрении также неоправдана. Более того, она прямо опровергается нынешней структурой российской экономики и данными о занятости и доходах населения. Массовый спрос работодателей в России есть только на низкооплачиваемую работу, то есть на труд, стоящий меньше, чем минимальные пособия по безработице в Европе, которые ее граждане получают, не делая ничего.

Наконец, технологический прогресс неизбежно ведет к изменению структуры занятости, прежде всего к сокращению хрестоматийного рабочего класса, уже не являющегося численно доминирующей группой населения в развитых странах. Современная экономика количественно все менее базируется на сельском хозяйстве и промышленности, все более — на расширяющемся секторе услуг и инновационных технологий. А здесь массовая занятость не требуется, так как изобретения и технологии являются результатом деятельности ученых-одиночек и малых трудовых коллективов, где полученный результат лишь копируется в промышленных масштабах в неограниченном количестве.

Парадокс в том, что современный экономический подъем фоном имеет растущую или стабильно высокую безработицу, принимающую уже не циклический, а структурный, то есть практически неустранимый характер. Чтобы сохранить рабочие места, развитые страны вынужденно сокращают продолжительность рабочего дня и увеличивают сроки обучения в школах и вузах.

Зачем России новые люди, если в стране с нынешней примитивной структурой экономики — глобальном сырьевом придатке — и так неимоверно много бедных и безработных? Сегодня повышение рождаемости и численности населения нельзя рассматривать как стратегическую цель общества. Они могут стать только дополнительным эффектом общей стратегии, направленной на улучшение качества жизни населения России в области обеспечения жильем, повышения доходов и зарплат, улучшения здравоохранения, безопасности, условий отдыха и труда и т.п.

Переориентация стратегии человечества (и России как его вполне типичной части) с «количества» на «качество» детей и располагаемого человеческого потенциала обусловлена и культурными, и экономическими факторами. По статистике, в результате роста доходов населения во всех странах мира количество детей в семье снижается, а вложения родителей в их возможности, образование и здоровье растут. Тем самым повышается ценность для общества индивидуума. Поэтому и само общество неизбежно гуманизируется, начиная рассматривать человека не как средство в логике тоталитаризма, но как конечную цель и смысл своего существования.

Вопрос о том, сколько населения нужно для «идеальной» России, — это прежде всего вопрос о том, сколько людей при нынешнем уровне экономического, социального, духовного развития страны могут надеяться на достойные и качественные условия проживания в ней.

• Кризис сделал ненужными миллионы молодых европейцев
• МОТ: Глобальный рынок труда создаст 400 млн новых рабочих мест в течение следующего десятилетия
• Медленный и вялый выход из последнего кризиса предопределен качественными изменениями рынка труда и расстройством привычных механизмов работы жилищного рынка