Приобрести месячную подписку всего за 290 рублей
Экономика

Порхай-тек

2018
Иллюстрация: ДАРЬЯ КОЖЕВНИКОВА

Как запустить технологичные компании в небеса

B конце апреля в Тюмени состоялся I Межрегиональный форум технологичных компаний, организованный аналитическим центром «Эксперт» и журналом «Эксперт-Урал». Разговоры о том, что российской экономике нужна модернизация, технологический прорыв, идут очень давно. В стране разработана и реализуется масса программ поддержки НИОКР, инноваций, стартапов, экспортной деятельности. Но результативность их оставляет желать много лучшего. Задумывая форум, мы преследовали две цели. Первая — понять, что мешает осуществить рывок, определить разрывы. Вторая — транслировать успешные практики поддержки и развития технологичных компаний.

Парни с периферии

Признаемся себе. Во-первых, в России крутых технологичных компаний чрезвычайно мало. Попробуйте прикинуть в голове, кого вы знаете? Обычно на Касперском, Яндексе, Mail.Ru все и заканчивается. Любители ИКТ припомнят Т8 или «Т-Платформы», оружия — «Сухого», «Иркута» или «Калашникова», медицины — Фармасинтез. Уральцы непременно назовут СКБ Контур. Это мизер. 

 Во-вторых, мы пока не очень понимаем, как сделать так, чтобы подобных фирм в нашей стране стало больше. В мире, заметим, уже давно разработаны программы по выращиванию национальных и глобальных чемпионов. Они, как правило, ориентированы не на стартапы и не на крупняк. В их прицеле — крепкие, придумывающие что-то новое середняки. 

— Проблема России заключается в том, что у нас задача поддержки средних высокотехнологичных компаний долгое время находилась на периферии внимания, — рассуждает директор Центра исследований сферы инноваций НИУ ВШЭ Станислав Розмирович. — Поэтому нам удалось выработать ряд эффективных инструментов для поддержки стартапов и микропредприятий, мы кое-что сделали для крупного бизнеса, но компании с выручкой от 2 до 25 млрд рублей остаются невидимыми. А ведь именно они способны совершить рывок, о котором мы говорим. Да, у нас есть программа «Национальные чемпионы», но она до сих пор носит ведомственный характер (ее реализует Минэкономразвития. — Ред.). Чтобы она дала заметный эффект, ее однозначно нужно поднять на правительственный уровень.

Если мы подробно рассмотрим «чемпионские» программы Южной Кореи, Финляндии, Великобритании, Германии и США, то увидим, что для них характерны шесть черт: селективность (отбираются только лучшие); установка четких измеримых целей; ставка на поддержку компании, а не отдельных проектов; консьерж-менеджмент; приоритет софт-сервисов (консалтинг, маркетинг, образовательные программы, менторство); выработка стратегии лидерства.

Признаемся себе и еще кое в чем. Отечественная финансовая система не соответствует задачам модернизации. Наиболее популярным инструментом привлечения средств в России по-прежнему остается банковский кредит, имеющий массу недостатков. Самая очевидная альтернатива — облигации (и в какой-то мере акции), полагает заместитель директора уральского филиала Московской биржи (МБ) Антон Джуган:

— Сегодня МБ предлагает две инфраструктурные площадки для технологичных компаний. Первая — сектор «Рынок инноваций и инвестиций». За шесть лет листинг на нем прошли 52 компании. Государство и биржа оказывают развитию РИИ всестороннюю поддержку: эмитенты получают гранты до

10 млн рублей на допуск ценных бумаг к торгам, бесплатные аналитические отчеты, помощь в переговорах с институтами развития, обучение; инвесторы — нулевую ставку по налогу на прибыль и доходы физлиц от реализации акций, облигаций и паев. А еще ЦБ разрешил НПФам вкладывать в РИИ 5% пенсионных накоплений. Вторая инфраструктурная площадка — «сектор роста», который заточен под малые и средние компании. Мы планируем транслировать на него опыт РИИ для того, чтобы дать небольшим компаниям возможность разместиться на 150 — 500 млн рублей и эффективно развиваться.

И последнее, в чем нам стоит отдать себе отчет, — не надо пытаться создавать оазисы высоких технологий по всей России: разрыв между территориями и их возможностями огромен. Подходит ли для этих целей, например, Тюменская область? Думается, да. Здесь, во-первых, для этого создана инфраструктура. Во-вторых, сформированы механизмы софтверной поддержки. В-третьих, настроены налоговые режимы (5% на прибыль при использовании УСН, 1% на доходы при использовании УСН для ИТ-компаний, 0% на имущество в течение трех лет с момента ввода объекта в эксплуатацию при инвестициях более 300 млн рублей и т.д.). Наконец, в-четвертых, здесь все в порядке с финансированием: инвестзаймы до 50 млн рублей выдаются под 3%, а резидентам индустриальных парков — под 0%, регион субсидирует создание опытных образцов и выдает гранты на НИОКР. 

Пять историй о буйстве технологий

От обобщений перейдем к конкретике, к success story технологичных фирм, рассказанным ими самими. В рамках форума они старались осознать, за счет чего им удалось добиться успеха. Полагаем, их опыт окажется полезным начинающим, набирающим силу (да и чем черт не шутит — уже зрелым) компаниям.   

Невозможное / История группы компаний «Т-платформы»

Компания «Т-платформы» была основана в 2002-м как отверточное производство серверов. Бизнес рос весьма динамично. Однако основатели быстро поняли, что продажа систем, собранных из западных комплектующих, — это путь в никуда: ни компетенции, ни славы, ни денег таким образом не заработать. С каждым годом фирма вкладывала все больше ресурсов в развитие собственной экспертизы и R&D.

Результатом этих усилий в 2009 году стал «Ломоносов» — суперкомпьютер, полностью построенный на отечественном оборудовании и разом взлетевший на 12 строчку самых производительных машин в мире (установлен в МГУ). А затем были проекты с Тюменским, Южноуральским, Томским, Пермским, Владимирским и Белгородским госуниверистетами, НИИ неорганических материалов, прикладной акустики, эпидемиологии и микробиологии, Казахским национальным университетом им. аль Фараби, первая в истории российской суперкомпьютерной индустрии поставка в США (госуниверситет штата Нью-Йорк) и, наконец, самая крупная в новейшей истории продажа отечественного вычислительного оборудования за рубеж (компьютер производительностью в 2,2 петафлопса, установлен в немецком центре Юлих).

В 2012 году «Т-Платформы» зарегистрировали компанию «Байкал электроникс», которая начала работу над созданием российского процессора. За шесть лет фирме удалось создать вполне конкурентоспособный продукт (особенно учитывая, что вложено в проект было несколько миллиардов рублей, а, скажем, Intel в год тратит в районе 10 — 12 млрд долларов).  

— Как мы смогли этого добиться? — комментирует коммерческий директор «Т-Платформ» Игорь Глухов. — Во-первых, не нужно бояться делать то, что другие считают невозможным. В 2002-м никто не верил, что мы способны создать отечественный суперкомпьютер, а в 2012-м — что мы можем выпустить на рынок процессор.

И сегодня мы готовы в третий раз пройти этот путь — с массовыми серверными системами и настольными моноблоками. Во-вторых, мы огромное количество средств и ресурсов направляем на R&D. В исследованиях у нас занята примерно половина сотрудников. В-третьих, не надо пытаться все сделать самим. Мы делаем «железо» и системный софт, но все, что выше операционки — не наша юрисдикция. В этой сфере крайне важно создавать взаимовыгодные партнерства.

Русские горки / История Пермской химической компании

В 2002 году руководство компании «Биопроцесс» решило создать в Перми компанию, ориентированную на выпуск наукоемких химических продуктов. Планируемый объем инвестиций на первом этапе составлял

2 млн долларов США. В 2003-м под размещение завода была выкуплена площадка компании «Йодобром», находившейся в стадии банкротства. Начались переговоры о партнерстве с Пермским филиалом Института прикладной химии, но сотрудничества не получилось.

Переориентировалась ПХК молниеносно: в том же 2003 году компания заключила соглашение с японскими Shova Denko и Iskra Industry о создании производства гекса­фторбутадиена (ГФБД, газ травления для электронной индустрии, метод его синтеза разработали отечественные химики по заказу японской компании).

— Более полутора лет у нас ушло на то, чтобы превратить лабораторные методики в промышленную технологию, — вспоминает директор по науке и развитию ПХК Юрий Даньков. — Ключевая сложность заключалась в очистке продукта. Электронная индустрия предъявляет высочайшие требования к содержанию примесей. Уже на первом этапе доля основного вещества должна была превышать 99,95%.

В 2005-м на ПХК была создана первая пилотная установка мощностью 400 кг ГФБД в месяц. В 2006-м в эксплуатацию введен цех , в то время пермяки производили около 80% мирового объема газа. В 2008-м выпускали уже более 16 тонн.

Однако в 2010 году из-за мирового кризиса объемы потребления газа начали резко падать. Модель развития, основанная на производстве одного продукта, перестала работать. И в 2012-м руководство ПХК приняло решение о срочной диверсификации. Акцент был сделан на создание импортозамещающих производств фармацевтических субстанций. Одновременно с запуском новых продуктов началось посткризисное восстановление глобальной экономики и рынка ГФБД. В итоге выручка компании с 2012 по 2016 год выросла в 12,5 раза — со 143 млн до 1,8 млрд рублей.

Но в 2017-м ПХК вновь столкнулась с серьезными проблемами, объем продаж упал более чем на 20%, до 1,4 млрд рублей. Сокращение выручки в основном было обусловлено снижением объема закупок фармсубстанций американскими компаниями. Но спрос на ГФБД в тот же момент неожиданно пошел в рост. И опять было принято моментальное решение: раз рынку нужен газ — дадим ему газу. И пермская компания начала строить новую производственную очередь.

— Действовать надо было быстро, — комментирует Юрий Даньков. — В тот момент кто раньше остальных объявил бы о возможностях увеличения объемов производства ГФБД, тот и получил бы заказы. Мы стали одними из первых. Однако горький опыт 2012-го нас научил, что опираться на один продукт слишком рискованно. Поэтому, несмотря на наращивание объемов ГФБД, наша стратегия предполагает снижение его доли в выручке. Мы планируем осваивать выпуск новых продуктов для фармацевтики и электронной промышленности, импортозамещающих химических продуктов для российских машиностроительных компаний, а также налаживать партнерство с другими наукоемкими компаниями в области композиционных материалов. Для максимального сокращения сроков создания производств мы намерены развивать кооперацию. Роль ПХК в ней — инжиниринг (поиск перспективных продуктов, разработка технологий и размещение заказов на их производство на других предприятиях). 

Понять государство / История «Нетрики»

Сегодня «Нетрика» — ИТ-компания со штатом в 200 человек, выполнившая более 300 госконтрактов в 18 регионах страны, создающая платформы в 12 направлениях и входящая в топ-20 отечественных разработчиков ПО.

А началось все в середине 2000-х. Тогда Артем Мошков, несколько лет проработавший в телекоммуникационной компании, вошел в состав учредителей одного из петербургских веб-разработчиков. В компанию он пришел со своим бизнес-планом, командой и идеологией дизайна user experience. Довольно быстро новому игроку удалось занять свою нишу, штат вырос до 30 человек, а объем свободных денег в месяц приблизился к миллиону.

И тогда Мошков с товарищами начал экспериментировать. Они создали семь небольших компаний (в том числе, например, брендинговое агентство, фонд посевных инвестиций, фирму по разработке и продаже премиум-дизайна). Правда, в 2008-м их пришлось закрыть из-за кризиса.

— Мы выжили благодаря грамотному распределению финансового ресурса, — комментирует основатель компании Артем Мошков. — Логика проста: в первую очередь расплачивайся с партнерами (нельзя тратить не свои деньги, то, что положено подрядчикам, не должно уходить на зарплату). Во вторую — оплачивай текущую работу, в третью — закрывай накопленные ранее долги перед сотрудниками. Что еще нам помогло — вовлечение всех во всё. Если нужно было убирать, я убирал, если копать — не чураясь, копал. Одновременно я взял на себя управление всеми проектами и методично доводил их до расчета. 

В течение девяти месяцев компании удалось выйти в ноль. За это время команде удалось нарастить компетенции в работе с госорганами. У будущей «Нетрики» скопилось достаточно много данных и аналитики, касающейся развития города. Она «упаковывала» все это в концепции и предлагала петербургским ведомствам. Больше в городе информатизацией госорганов тогда практически никто не занимался.

Первый большой успех пришел в 2010-м по линии комитета образования. Компания выиграла конкурс на создание и внедрение электронного дневника. Написан он был за несколько месяцев, внедрен в 700 школах еще за полтора.

Но самым мощным трамплином стал проект по внедрению медицинской платформы. Изначально «Нетрика» планировала заняться информатизацией больниц и поликлиник, но оказалось, что 80% этого рынка, развивавшегося с 1992 года, уже занято. Тогда команда Мошкова переформатировала проект и сосредоточилась на создании интеграционной шины для существующих медицинских систем. Сегодня эта платформа работает в 13 регионах. 

— Пожалуй, наш успех основан на глубоком понимании цикла, правил игры на рынке госзаказа, — говорит Артем Мошков. — Первое, что нужно осознать, — внутри компании ты обязательно должен иметь всю ту же экспертизу, что есть у госоргана. Здесь не работают объяснения вроде «мы не успели это сделать, потому что такой-то специалист такого-то ведомства нам вовремя не предоставил то-то». Второе — надо быть готовым к тому, что с внедрением системы работа не заканчивается. Еще пару лет ты будешь ее обслуживать. Третье — нельзя взваливать на себя непосильные контракты. Пока мы для себя максимальную планку определили в 30 млн рублей.

Взвешенный рост / История «Югсон-Сервиса»

Роснефть, Славнефть, Газпром нефть, ЛУКойл, Татнефть, Schlumberger, Baker Huges, Halliburton и Weatherford — таков неполный список клиентов небольшой тюменской компании «Югсон-Сервис», основанной почти 25 лет назад и занимающейся производством и сервисным сопровождением оборудования для строительства, освоения, эксплуатации и ремонта скважин.

С момента основания фирма делала ставку на собственные инновационные разработки, поэтому в ее структуре изначально было создано конструкторское бюро. «Оно располагает уникальным испытательным оборудованием, например, стендом, позволяющим имитировать самые жесткие скважинные условия, приближенные к реальным, скажем, перепад давления до 1600 атмосфер», — замечает гендиректор компании «Югсон-Сервис» Анатолий Киреев.

— Последние несколько лет мы стабильно прирастаем на 15% в год. Могли бы больше, но есть риск «перегрева» предприятия, — говорит Киреев. — Мы занимаемся сложным производством, а не перепродажей. Поэтому политика развития должна быть очень взвешенной. Если говорить о столпах нашего успеха, я бы выделил три аспекта. Первый — стабильность команды. Второй — эффективная работа с поставщиками и близость к заказчику (у «Югсона» шесть сервисных центров, расположенных в районах добычи. — Ред.). И третий — внедрение технологии бережливого производства.

Никотин без огня / История Филип Моррис

В 2016 году глава Philip Morris International (PMI) Андре Каланцопулос заявил о намерении построить будущее без сигаретного дыма. Тем самым он ознаменовал начало одного из самых интересных этапов в истории компании и тектонический сдвиг на табачном рынке.

C 2008 года PMI ведет фундаментальные исследования в области снижения вреда здоровью курильщиков. Компания создала два научных центра в Швейцарии и Сингапуре и привлекла в штат более 400 ученых. В итоге создан портфель инновационных продуктов с потенциалом к снижению вреда. Один из них — электрическая система нагревания табака IQOS, используемая с табачными стиками.

— При использовании IQOS табак не горит, а нагревается, и вместо дыма выделяется своего рода «табачный пар», — комментирует управляющий по корпоративным вопросам в регионе аффилированных компаний «Филип Моррис Интернэшнл» в России Анна Бушлякова. — Результаты исследований компании показывают, что уровни вредных веществ в табачном паре IQOS снижены на 90 — 95% по сравнению с дымом сигареты. Полученные нами выводы, включая клинические исследования, демонстрируют значительное снижение воздействия вредных веществ на курильщиков, переключившихся на IQOS, близкое к результатам контрольной группы, прекратившей курение. PMI проводит поэтапную и всестороннюю научную оценку своих инновационных продуктов, основанную на практиках, много лет применяемых в фармацевтической отрасли, с соблюдением международных стандартов. Результаты открыто публикуются в рецензируемых научных журналах и получают независимую оценку. Так, по поручению правительства РФ Всероссийский НИИ табака, махорки и табачных изделий и Институт фундаментальной медицины и биологии Казанского федерального университета подтвердили наши выводы о том, что IQOS действительно может снизить риск для здоровья курильщиков по сравнению с традиционными сигаретами.

Сейчас продукт запущен уже в 38 странах мира. Наибольше успеха PMI удалось добиться в Азии. Так, в Японии по итогам первого квартала 2018-го доля рынка нагреваемых табачных стиков достигла 15,8%, в Корее — 7,3%.

Локализовать производство стиков для IQOS в России Philip Morris намерена на фабрике в Ленинградской области. Инвестиции в проект в 2017 — 2018 годах составят 2,5 млрд рублей.

Есть ощущение, что технологические инвестиции PMI (их объем, к слову, составил более 4,5 млрд долларов) способствуют смене парадигмы функционирования всей табачной отрасли. На наших глазах (по крайней мере, в развитых странах) рождается принципиально новый табачный рынок — с экологическими инициативами, продвижением здорового образа жизни и борьбой с курением, электронными гаджетами и грантами для ученых.

Бизнес на облаках

Главным потребителем облачных услуг в России является средний и малый бизнес, что обусловлено экономическими факторами, считает представитель Уральского центра систем безопасности (УЦСБ) в Москве Антон Байтала

— Основными услугами, предоставляемыми облачными провайдерами на текущий момент, по-прежнему являются аренда вычислительных мощностей, IaaS и PaaS. Лидерами в данной области на протяжении нескольких лет остаются Amazon, Google и IBM. Третий и наиболее популярный сегмент облачных сервисов — SaaS. Хотя аналитики IDC и утверждают, что темпы роста по отношению к предыдущему году у него самые скромные, но, с учетом общей доли SaaS-услуг в секторе «as a service» более 50%, объем рынка этой услуги остается самым внушительным. Главный потребитель облачных услуг в России — средний и малый бизнес. Чаще всего это обусловлено нежеланием выделять собственный штат специалистов, а также высокой стоимостью владения решений, устанавливаемых в собственной инфраструктуре.

Развитие рынка облачных услуг в России обусловлено теми же факторами, что и в мире: это рост стоимости обслуживания, сложность техподдержки, стоимость решений, снижение рисков потери данных, повышение скорости развертывания и другие экономические и технологические факторы. В области кибербезопасности одним из важных драйверов рынка являются требования регуляторов в части защиты персональных данных. Малому и среднему бизнесу зачастую невыгодно строить у себя полноценную систему защиты, гораздо выгоднее приобрести инфраструктуру в ЦОДе, аттестованном по требованиям ИБ. Второй драйвер в предоставлении услуг ИБ — набравшая популярность тема Security Operation Center, это смесь из SaaS и аутсорсинга экспертов в области информационной безопасности.

В России ключевым барьером в развитии рынка ЦОД и облачных услуг остается психологический стоп-фактор, а именно неготовность отдавать свои данные на сторону из-за опасения в полноценном соблюдении их приватности. Также тормозит развитие этого рынка низкий уровень конкуренции в нашей стране. Тем не менее и наши эксперты, и международные аналитики констатируют рост рынка облачных услуг в России, поэтому говорить о том, что тормозит этот рынок, пока рано, у нас еще все впереди.

К приему мигрантов готовы

Значительный рост российского рынка облачных сервисов обеспечивают в том числе компании, переезжающие с зарубежных облаков на отечественные

Сегодня развитие техкомпаний, которые выводят на рынки инновационные продукты и демонстрируют высокие темпы роста, невозможно представить без складывающейся вокруг них инфраструктуры цифровой экономики. Около 80 — 90% выручки ведущих провайдеров услуг ЦОД (центры обработки данных) и облачных сервисов приходится на базовые сервисы — colocation, IaaS (Infracructure as a Service), HaaS (Hardware as a Service) и гибридные инфраструктуры как дополняющее решение к ЦОД и облакам. Все эти услуги динамично растут в объемах год от года.

— Существенную долю на рынке составляет SaaS, но сегодня это в основном бухгалтерские сервисы и электронный документооборот. Остальные услуги SaaS занимают менее заметную долю на облачном рынке. Здесь кроется потенциал для быстрого роста, но рынок нужно раскачивать, — отмечает руководитель сети дата-центров компании КРОК Павел Колмычек. — Ключевые заказчики сегодня — это практически любые компании от сетевого ритейла до диджитал-сервисов по продаже билетов. Рынок находится на этапе зрелости, спектр отработанных решений и компаний, готовых их покупать, широк. Но пока далеко не все заказчики успели опробовать те или иные решения, понять применимость их в разрезе собственного бизнеса и своей ИТ-инфраструктуры.

У каждого провайдера будет свой ключевой заказчик, и у каждого сегмента рынка сейчас есть достаточно большой потенциал для роста. Например, мы видим формирующийся спрос в секторе управляемых услуг, позволяющих заказчикам передать поставщику сервиса практически любые инфраструктурные задачи. Это может быть как мониторинг вычислительного оборудования, размещенного в ЦОД КРОК, так и создание резервных площадок для защиты бизнеса от сбоев с возможностью создания отказоустойчивой инфраструктуры любого типа, включая облако КРОК. Такие сервисы помогают защититься практически от любых инцидентов в ИТ-системах и снизить риски остановки бизнеса, исключив последствия простоя для конечных пользователей.

— Сейчас трудно выделить отрасль, которая является основным потребителем услуг ЦОД: их преимущества признаны почти повсеместно. Проще назвать отрасли, которые услугами облачных провайдеров не пользуются из-за внутренних стандартов безопасности — это оборонные предприятия и часть госструктур, — говорит руководитель группы регионального развития департамента облачных технологий группы компаний Softline Владимир Егорычев, подчеркивая при этом важность выбора провайдера со стороны тех отечественных компаний, которые ранее пользовались услугами зарубежных облачных провайдеров, а теперь вынуждены переехать на размещенную в России альтернативную облачную платформу. — Очень важно понять, насколько услуга, которую предлагает провайдер, соответствует действующему российскому законодательству в контексте персональных данных. Как правило, о соответствии говорит наличие аттестации в соответствии со 152-ФЗ. Если есть сомнения, от услуг конкретного поставщика сервисов лучше отказаться — осторожность в данном вопросе поможет избежать юридических и финансовых рисков. Второй важный вопрос — это доказанный опыт провайдера в вопросах миграции. Если опыт есть, то процесс миграции, вероятнее всего, пройдет с минимальными издержками.

Эксперты отрасли отмечают, что облачные провайдеры в России «взрослеют», заказчики начинают им больше доверять и это позитивно сказывается на росте рынка в пределах 25 — 30% в год, что достаточно много. Часть этого роста обеспечивают переезжающие с зарубежных облаков в Россию отечественные компании, а часть — переезжающие в наши облака зарубежные предприятия, которые локализуют свои сервисы для российских клиентов, чтобы стать для них удобнее, быстрее и ближе. Так, свои корпоративные системы в отказоустойчивых дата-центрах КРОК разместила международная компания AVON. Новые и растущие диджитал-компании создают целые рынки и генерируют спрос на облака и HaaS.             

«Эксперт Урал» №19-20 (764)
Подписаться на «Эксперт» в Telegram



    Реклама



    Современная программа лояльности: трансформация

    Неценовые активности помогают ритейлерам "встряхнуть" рынок. Сеть продуктовых магазинов "Магнит" - запустила новую программу лояльности "С любовью от Роналдиньо"

    Накопи мили на Бали

    Альфа-Банк представил новую программу для путешественников AlfaTravel

    Новая жизнь постолимпийских территорий: город будущего в Имеретинке

    Градостроительный проект «Имеретинка 2.0» в Сочи изменит наше представление о современном жилье

    Рассрочка завоевывает рынок

    На рынке карт рассрочки появляется все больше игроков, включая такого тяжеловеса, как Альфа-Банк. Усиливающаяся конкуренция делает условия по картам рассрочек все более выгодными

    Рынок пенсионных фондов идёт по пути укрупнения

    В пенсионном секторе крупные частные игроки, объединившись, смогут повысить основные бизнес-показатели и построить более устойчивую модель


    Реклама