Уважаемый Андрей Владимирович, внимательно, прочитав Вашу дискуссию с г-ном Балабаном, вынужден заметить, что Вы в этой дискуссии попались на простейшей разводке.
Ваша первая реплика с цитатами из 15 статьи конституции РФ - была абсолютно исчерпывающей. И если после вашего - еще раз оговорюсь - исчерпывающего объяснения, г-н Балабан не взял свои слова назад, не извинился и не перестал молоть чепухи, то совершенно очевидно, что дальнейший разговор не просто теряет смысл, а прямо вреден. Ничего более убедительного Вы уже не скажите. Правильный ответ на реплику Балабана – только ирония или, в крайнем случае, прямое актуальное высказывание: «Вы, Балабан – идиот»
Но Вы продолжили биться за правду. И Вы, надо сказать, очень грамотно и умно вели полемику. Однако в итоге возникла обширная дискуссия по вопросу по поводу которого никакой дискуссии быть не может. 2х2 = 4. После предъявления таблицы умножения никакой серьезный спор на эту тему не возможен, так как превращает очевидное в вероятное. Чего, собственно, и добивался Ваш оппонент. “Да дело не простое”, “однозначного юридического ответа нет…”….
Простите, что я все это написал (особенно за поучающий тон), но наболело - я сам столько раз попадался на этот прием, и столько раз еще попадусь.
Алексей Николаев: Спасибо за развернутый и умный ответ.
Про “наперерез”, я действительно немного передернул… но я опирался на слова самого потерпевшего, сказанные в интервью Переседову. Впрочем, я как раз считаю, что как бы он не был одет и как бы себя не вел - ребра ломать это не просто лишнее, а совсем неадекватное применение силы. В статье я никоем образом не писал о действиях ОМОНа в Питере как об адекватных, как раз тут обнажилась основная проблема “технологичности” избранной модели - она оказалась при малейшем сбое очень опасной и нетехнологичной.
Насчет Гуляева в больнице нашему сотруднику сказали, что перелома не было, друзья - что был. Впррочем, Гуляева я просто забыл когда писал свой постинг… Написать про один перелом руки, и один перелом носа было бы и правдивее и эффектнее. Собственно, автор питерской статьи превратил единицу в десятки - это как раз классика жанра передергивания.То есть очевидного вранья нет, а картина рисуется совсем другой.
Уважаемый Ренат Якубов, я наверное не вправе комментировать здесь статью коллеги из “Эксперт - Северо-Запад”, но все таки хочу заметить, что как раз с объективностью (а именно за нее Вы, как я понял, ее и поставили в пример) в статье далеко не все впорядке - по мне так это еще мягко сказано.
“В этот момент начались столкновения. Их итог – десятки сломанных рук, челюстей и носов, около 300 задержанных.” - про 300 задержанных автор и сам тут же оговорился… “что составлено действительно 120 протоколов, но еще большее количество людей отпустили без оформления документов о задержании”. Что же касается десятков сломанных рук, челюстей и носов, то обзвонив (отсюда, из Москвы) питерские больницы мы выяснили, что переломанных рук не было вовсе, нос сломан у одной женщины - Ольги Цепиловой, есть еще одна сломанная нога у Бориса Лихтенфельда.
Согласитесь, что описанная в тексте картина немного расходится с реальной. То есть, автор очевидно передергивает и выстраивает такую стилистическую конструкцию которая искажает факты создавая не верную картину происходящего.
Последнее соображение хорошо иллюстрирует следующий абзац:
«На момент сдачи номера в опасном для жизни состоянии находился только один участник акции – пенсионер, у которого сломаны ребра и пробито легкое. Как утверждают очевидцы, один из омоновцев с разбегу пнул его ногой в грудь.»
Из этого текста создается впечатление, что «не на момент сдачи номера» - в опасном для жизни состоянии находилось куда больше народу. На самом же деле, как на момент сдачи номера, так и на любой другой серьезную травму получил только один человек. 52 –летний инвалид 2 группы Казанцев Александр Михайлович. У него действительно пробито легкое (причина сломанное ребро), но не сильно. По свидетельству потерпевшего его ударил в грудь бегущий омоновец (зачем инвалид второй группы бросился наперерез омонвцу, чтобы, как он сам говорит: «спросить его чего он так кричит» - вопрос отдельный и в данном случае не очень уместный). А вот насчет удара сапогом, уже по лежавшему Казанцеву – единственным свидетелем является жена потерпевшего (у автора, напомню, фигурируют («очевидцы»). Излишне говорить, что врачи никаких опасений по поводу его жизни не выражали, но в его случае ущерб здоровью очевиден и всем нам стоит пожелать ему скорого выздоровления.
Итак, Вы как понял привели в пример статью из “Эксперт - Северо-Запад” дабы противопоставить их честность, нашей (моей) ангажированности. Что ж.. Ваше право, но к сожалению честность у вас, враньем и заведомым передергиванием. Не кажется ли Вам это несколько неадекватным если не сказать ангажированным, ибо по моему мнению честность - это когда, как минимум, не врут и не передергивают.
Впрочем, к чести коллеги из “Эксперта - Северо-Запад”, вранья в его тексте куда меньше, чем в основной массе «честных» текстов, написанных по поводу разгона маршей. Когда я слушал по Эху Москвы описание событий, которым сам был свидетелем, то в полной мере оценил их профессионализм и высокий пропагандистский класс. Ни одной фразы, ни одного предложения без прямого или косвенного вранья.
Петр Магдашян: 1. справку писал не я - она составлялась по официальным данным. 2. почти не осталось деревьев - тут в самом строеии фразы заложено некоторое преувеличение, но как Вы сами пишите не критическое.
Рубен Мурадян: Спасибо за строгий разбор статьи с точки зрения фактологии. Однако далеко не со всеми Вашими замечаниями я готов согласиться. 1. Про деревья в Ереване. То что Вы написали в общем никак не противоречит сказанному в статье. Там нигде не сказано, что в Ереване были вырублены все деревья, а сейчас город стоит голый. 2. Ваше личное представление о способностях Арама Карапетяна к стрельбе из огнестрельного оружия, в общем, являются именно Ваши представлениями, и ничем больше. Тот факт, что лично Вы не любите Карапетяна, нисколько не отменяет актуальности его рассказа. 3. Что же касается населения Армении, то это вопрос далеко не такой простой, как Вы пытаетесь представить. Во-первых, опровергая цифру приведенную в статье “около 4 миллионов”, Вы пишите: было 3.450.000 и еще приехало 350 тысяч из Азербайджана. В итоге получаем 3 миллиона 800 тысяч - то есть около 4 миллионов. Во-вторых, официальные 3 миллиона 100 тысяч - это какая-то очень странная цифра, которую опровергают даже официальные лица. В частности цифру в 1.800 тысяч мне назвал один из руководителей вашего статистического ведомства. Да и здравый смысл подсказывает, что если в одной только России количество армян за последние 15 лет выросло больше чем на миллион, то они не от сырости завелись, а откуда-то приехали.
4. По поводу позиции Тер-Петросяна – тут то же никак не могу согласиться. Тем более, что для Вас это вопрос очевидно «политически значимый». В той самой знаменитой статье “Война или мир?” Левон Тер-Петросян говорит как раз о начале реализации одного из планов урегулирования карабахского вопроса. Причем очевидно, что имелся ввиду именно второй поэтапный план, по которому статус Нагорного Карабаха не определялся, а лишь говорилось, что “стороны соглашаются на переговоры для достижения урегулирования других аспектов конфликта, включая определение статуса Нагорного Карабаха”. Основой же этого варианта было именно вывод войск НКР с оккупированных территорий. Я и здесь в Москве разговаривал с участниками тех переговоров – они в один голос говорят, что речь шла именно о втором варианте, который тогда удалось сделать базой компромисса. Собственно именно поэтому Тер Петросян и писал в этой статье, что через год-два «реализовывать этот сценарий будет уже поздно, больше нам его не предложат»
5. Тут и правда ошибка, Царукян действительно окончательно продал «Котайк» концерну Castel Beer.
6. С вузами тоже. Впрочем, справедливости ради надо заметить, что 20% бесплатных мест, это формально и есть платные вузы. Тем более, что как заметили у Вас в ЖЖ – бесплатные места стоят еще дороже.
7. Про дату выборов. А вот это действительно очень обидная опечатка. Как и с лишним нулем в пересчете драм. К сожалению технологически этот номер делался так, что просто не было времени внимательно вычитать окончательный вариант. Что впрочем не снимает с авторов вины за эти опечатки.
8. Ну а насчет последнего Вашего пассажа, во-первых, «почти все с кем мы говорили в Армении» - это вполне заслуживающий внимания источник. И очень кстати, показательный. А во-вторых, я так и не понял, Вы считаете, что все приведенные в этом абзаце фразы – лживы и не адекватно отражают армянскую действительность?
Евгений Михайлов: 1. Те, кто больше думали о своём кармане дотациями не заморачивались, а просто торговали доступом на рынок. Так что можно неплохо разобраться, кто работал на свои регионы, а кто на себя или бездельничал. Все это верно замечено, только у всех тогда были свои резоны и далеко не все работали на свои регионы. Так что на выходе получалась весьма дешевая водка и в больших количествах 2. При определенных схемах в часности описанных Mike Malkov - можно и еще как (кстати тогда же многие региональные начальники даже и вовсе дотировали водку) 3. не имею ни малейшего возражения 4. Очень странные у вас представления о выходе из кризиса. Даже по официальной статистике докризисный уровень средней зарплаты был достигнут в 2001 году http://www.gks.ru/free_doc/2006/b06_11/07-10.htm Кроме того как раз в 2000 году произошел резкий скачек на рынке труда - появилось множество рабочих мест. 2000 год был как раз переломным и обзначил заметный рост экономики и доходов населения. Все устаканилось и вошло в колею. Помню, что именно в 2000 году впервые после 1991 года я стал хоть и редко, но ходить в ресторан (на свои деньги школьного учителя). 5. Нет !!! При всей сложности проблемы - очевидно, что дешевая водка даст везде эффект резкого роста смертности. Ну а чтобы минимизировать эффект “отравлений сурогатами” надо навести порядок в производстве и продаже денатуратов - не такое уж сложное дело. А спасти дешевой водкой все равно никого не удастся (умрут не сразу, так через год-два), зато дорогая водка спасет десятки, а то и сотни тысяч человек.
Евгений Михайлов: 1. “Регионы, заинтересованные в акцизах вели решительную борьбу с леваком, причём тогда у них были реальные рычаги” Тут как раз все наоборот. Во-первых, региональные власти чаще всего были заинтересованы не в получении акцизов, а в получении налога на прибыль, а потому минизировали акцизы. Во-вторых, во многих регионах водочный бизнес был очень тесно вплетен во власть, а потому выгодно было не бороться с леваком, а наоборот поощрать его. Тем более тогда в головах у губернаторов сидело твердое представление о том, что чем дешевле водка, тем больше их популярность и тем меньше у них хлопот с населением.
2. Минимальные цены действительно были - 31 рубль за бутылку (1 доллар), что по отношению к покупательной способности было где-то в 2 раза меньше минимальной цены водки в 1997 году). Однако, большая часть вполне легално произведенной и вполне качественной водки продавалась ниже и этой ставки (какие механизмы тогда работали кроме обычного “левака” я пока не могу понять, но судя хотя бы по данным бурного роста производства на заводах в том же Беслане и их отпускных цен - это действительно имело место.
3. Ну и наконец самое главное. Моя логика исходит из очень простого, но ключевого для данной темы положения: “сам по себе качественный алкоголь - является ядом”. И именно он является причиной аномально высокой смертности и “случайных отравлений алкоголем”. С этой точки зрения легальная водка ничем не отличается от “левака” - людей убивает дешовая водка, а уплачены ли с нее все акцизы или нет это решительно не важно.
В 2000 году ситуация в стране изменилась - экономика заработала, начался рост производства, появились новые рабочие места, доходы насления стали расти. На этом фоне наличие вполне доступной качественной водки (легальной и нелегальной) и дало эфект резкого увеличения смертности от алкогольных отравлений.
Даже как то неудобно Вас уличать. Как это не было повышения смертности при повышении цены в 2000 г.? Вот, что например Счётная палата писала по результатам своей проверки: http://www.budgetrf.ru/Pu…001bull1-13.htm
Не знаю, что там имел ввиду аудитор Пансков, но на практике увеличение акциза на 40% на цену водки повлияло очень незначительно. Дело в том что в 2000 году губернаторы большинства регионов либо снимали вовсе свою долю в акцизах (а это 50%), либо сокращали ее до минимума. Кроме того многие регионы обладали правом устанавливать льготы и по другим налогам. А потому Северо-кавказская водка в 2000 году стоила всего 16-18 рублей, то есть более чем вдвое меньше, чем пишет Пансков в своем отчете. К этому можно добавить, что, - по данным той же счетной палаты, а точнее того же аудитора Панскова, большинство заводов страны в 2000 году работало с загрузкой в 15-20% - остальное они гнали вчерную. То есть производили неподакцизную качественную водку.
Еще раз повторяю не знаю, что думал Пансков, когда писал свой отчет, но реальный уровень цен в 2000 году был меньше чем уровень инфляции. Что косвенно подтверждают официальные данные уровня потребления качественного алкоголя ( и тем более оценки реального), которые показывают в 2000 году заметный рост.
Поправьте меня, если я где-то ошибся в логике или фактах.
Евгений Михайлов Поэтому Вы не ответили, почему при резком повышении цены смертность резко повысилась.
Потому и не ответил. Что никакого повышения смертности при резком повышении цены не было. Было же как раз наоборот при увеличении цены по отношению к покупательной способности - смертность уменьшалась. Приведенные Вами данные либо не точны, либо просто не соответствуют действительности. Так минимальная цена былаа введена не в 1999 году, совсем наоборот в 1991., но реальный контроль за соблюдениемэтой нормы и реально высокое ее значение произошло только в 1997 году. ЧТо же касается роста отравлений алкоголем в 2000 - Вы не фантазируйте насчет ваших представлений о том что после дефолта .. а просто посмотрите о соотношении цены на алкоголь в 2000 году и ростом доходов населения которое к этому времени окончательно оправилось после дефолта.
Евгений Михайлов Прежде чем утверждать, что удешевление водки приведёт к демографической катастрофе, потрудитесь объяснить, почему именно удорожание водки в начале 200-х привело к резкому росту смертности. То есть Ваше предложение было проверено опытным путём. Есть и обратные цифры - наименьшая смертность, как раз была, когда был период дешёвой водки 1997-1998 гг. (причём, как от отравлений, так и общая) - см. http://www.gks.ru/free_do…05_13/04-30.htm и см. рис.3 и рис.5 в http://www.smi-svoi.ru/co…?fl=554&sn=1064
Это как раз очень просто объясняется. Ученые-демографы давно жестко определили зависимость роста благосостояния и увеличения потребления алкоголя. Просто посмотрите график потребления алкоголя в начале 200-х и увидите что рост смертности от отравлений полностью коррелирует с графиком потребления алкоголя. Если Вам этого мало посмотрите исследования Ю. В. Андриенко и А. В. Немцова или анализ данных Российского мониторинга экономического положения и здоровья населения (РМЭЗ). Кстати об этом вполне подробно писал Эксперт в этом году http://www.expert.ru/printissues/expert/2006/17/alkogol_glavnaya_prichina_vysokoy_smertnosti_v_rossii/
Что касается феномена 1997-98 года. То тут еще проще. Дело в том, что как раз в 1997-1998 году цена на водку была совсем не низкой. Постановлением правительства РФ были введены минимальные цены на водку и другую ликеро-водочную продукцию в 33 рубля за литр (то есть в тех ценах более чем 5 долларов). Кроме того к 1997 году практически исчез из продажи спирт “Роял”, и дешевая импортная водка (ее минимальная цена определена была в 44 рубля за литр). Сегодня, когда и доллар стоит не 6 рублей, а 27, и доходы населения ( в долларовом эквиваленте) выросли в 3-5 раз, самая дешевая водка стоит даже меньше 50 рублей. То есть по отношению к покупательной способности примерно в 5 раз дешевле той, что была в 1997 году.
………. У меня есть подозрение, что в этой статье велика роль личности автора: Андрей Громов. В частности статья начинается с некоторых, на мой взгляд, весьма ошибочных предпосылок……
По моим, субъетивным подсчетам получается четыре ошибочных тезиса в статье - как-то многовато. Кто несогласен - поправте.
Мне конечно очень лестно, что роль моей личности так высоко оценена, но все же было бы куда более лестно если бы комментаторы моего текста удосужились все же его прочитать. Ваша блистательная победа 4:0 - прекрасный результат, только вот беда в самой статье все названные Вами посылки не являются предметом утверждения автора. Скорее наоборот, статья как раз посвящена опровержению этих посылок.
Ренату Якубову ВА что именно Вас рассмешило? Статья если Вы заметили называлась “Чужие в БОЛЬШОМ городе”. И там специально было оговорено, что сделана она на материале городов миллионников. Кондопога же маленький город - это совсем другая социальная среда. О чем, собственно, и говориться уже в этой статье: Но в малых городах нет больших денег, нет большого бизнеса и нет большой игры. Тут по-прежнему многое зависит от того, сколь сплоченны и жестоки будут «бойцы», обеспечивающие бизнес своих соплеменников. Сколь тесна будет именно их связь с местной милицией и властью. Это, разумеется не исчерпывающее объяснение принципиально иной ситуации с “чужими” в малых городах, но кое что объясняет. Так что я правда не понимаю, что именно Вас рассмешило
Ответ на “письма читателей” из печатной версии журнала “Эксперт”
С тем, что сегодняшняя Российская армия по сути вовсе не призывная, а рекрутская, согласились почти все. Что и неудивительно. Простой и внятный разбор системы функционирования нашей армии не оставляет вариантов для возражений. Возражения же могут быть в основном на уровне коннотаций: «тюремного типа», «аракчеевщина». Впрочем, многие заметили, что есть и еще один аналог нынешней Российской армии — армия Рима, где граждане должны были служить определенное количество походов, после чего считалось, что свой долг Родине они отдали. Однако, по сути дела, римский пример есть вариация на тему рекрутской армии, только в иных исторических условиях.
Однако, как только дело дошло до разговора об армии призывной, тут же начались сомнения и существенные споры. Оказалось, что полноценная призывная армия далеко не всех устраивает. Во-первых, призывная армия предполагает, что армия все-таки государству нужна. То есть это не пережиток темных веков, а насущная потребность общества защищать себя и свой уклад жизни. Во-вторых, призывная армия предполагает, что служить (обучаться) все же надо, а главное — даже и воевать, если что. В-третьих, и это уже более серьезная претензия, призывная армия предполагает известную долю милитаризации общества.
Когда мы противопоставляли рекрутскую армию и призывную, то, безусловно, не имели в виду, что призывная армия есть благорастворение воздухов и обещает счастье всем и навсегда. Действительно, призывная армия, в отличие от той же рекрутской, предполагает куда большую вовлеченность обычных граждан в военное дело. Собственно, как раз тем и отличается настоящая призывная армия от нынешней рекрутской, что человек не отдает долг родине в течение двух лет, а остается «должен» ей практически всю жизнь. Даже на техническом уровне все это не сплошные пряники и пироги. Да, при призывной армии вполне можно сократить срок службы до шести месяцев. Однако, чтобы сохранять боеготовность, необходимы регулярные (пусть даже двухмесячные) сборы. Более того, в случае серьезного военного конфликта резервистов могут призвать в армию на неопределенный срок и даже использовать их в реальных боевых действиях (разумеется, выплачивая им за это жалованье и соответствующую страховку). Все это далеко от чаемого идеала «армии, которая нас совсем не касается».
Однако «армия, которая нас совсем не касается», на практике означает либо полное, либо частичное отсутствие армии. В этом случае слишком велика вероятность, что на место нашей «армии, которая никого не касается», придет чужая, которая будет касаться нас, и еще как. Даже если предположить, что угрозы с Запада — надуманные, то угрозы с Юга и Востока совсем надуманными назвать сложно.
С контрактной «армией, которая нас не касается», все тоже не так просто, как видится сторонникам этого компромисса между армией и обществом. Во-первых, у нас даже при цене 200 долларов за баррель нефти не будет достаточных средств содержать контрактную армию, способную гарантировать нашу обороноспособность. Во-вторых, контрактная армия в этой схеме становится страшно далекой от народа и вполне может весьма быстро обрести черты оккупационной, которая будет касаться решительно всех.
Что же касается дежурного ответа насчет того, что ключевую роль в большой войне будут играть вовсе не пехотинцы, а ядерные боеголовки, то тут смущает в первую очередь готовность смириться с уничтожением планеты при полной неготовности смириться с тем, что на войне могут убить простого обывателя.
Так что если все же менять нынешнюю рекрутскую армию, то только на призывную. Все остальные варианты весьма сомнительны.
Ответ на “письма читателей” из печатной версии Эксперта
Мой отец умер в 62 года. Умер от сердечного приступа на даче. Врачи написали: «в результате ишемической болезни сердца», однако и мы, и врачи прекрасно понимали, от чего и в результате чего он умер. По той же причине умер отец моей первой жены в 57, отцы двух друзей в 54 и 62, отцы очень многих знакомых в возрасте от 40 до 65. И это Москва, вполне благополучные семьи, люди по большей части с высшим образованием. Такая вот статистика, безусловно, не полная и не исчерпывающая, но лично для меня и моих друзей — убедительная до боли.
Есть и другая статистика, не менее убедительная. Зайдите в любой травмпункт после праздников — картина будет столь впечатляющей, что желание спорить с научными выводами Андрея Коротаева и Дарьи Халтуриной отобьет напрочь. А ведь в этот раз еще повезло — они доползли до травмпункта. На следующий год, в следующий праздник все может кончиться куда печальнее. Можно еще почитать милицейскую сводку. Если вы думаете, что найдете там рассказы о лихих бандитах, убивающих друг друга на стрелках, то сильно ошибаетесь: самыми частыми словосочетаниями там будут «в состоянии алкогольного опьянения» и «после распития спиртных напитков». Та же картина и при чтении сводок пожарной службы. Дома у нас старые, проводка плохая, но куда чаще, чем от короткого замыкания, люди гибнут в огне в том же самом «состоянии алкогольного опьянения», а заодно и уносят с собой трезвых родственников и соседей.
Так что кроме статистики смертности от отравления алкоголем, которая у нас, кстати, выше, чем смертность от ДТП, надо действительно считать и множество других смертей, непосредственно связанных с алкоголем. В статье «Русский водочный крест» говорится о трети смертей, причиной которых является водка, то есть о той самой части, которой смертность перекрывает рождаемость. И если это не исправить, то никакая стимуляция рождаемости (дело, безусловно, важное и нужное) не принесет заметных плодов. И спорить тут нечего — надо искать пути наименее болезненного решения проблемы.
Может, и правы читатели, которые говорят, что водка не первопричина, а причина — «глубокий стресс и отсутствие осмысленности жизни». Но стресс — постоянный фон жизни современного человека, а потому исходить из этих посылок — значит, ничего не меняя, обречь миллионы людей на преждевременную смерть, а нацию на вымирание.
К тому же люди пьют и тогда, когда им плохо, и тогда, когда им хорошо, и от того, что нет работы, и для того, чтобы снять усталость после нее. А главное, они пьют тем больше, чем доступнее спиртные напитки. И тут тоже с авторами статьи вряд ли разумно спорить. Я очень хорошо помню, как в студенческое время придумывались разные способы получить максимальное опьянение от минимальной дозы спиртного — водка была дорогой, портвейн тоже небесплатный. Сегодня же водка стоит столь дешево, что крутиться особо незачем (кстати, из обихода совсем исчезло такое явление, как «сообразить на троих») — по дороге домой с работы каждый может купить себе если не пол-литру, то четвертинку, и это почти никак не отразится на его бюджете.
Ну и наконец про пиво. Многих читателей задело, что авторы основной упор делают на необходимость ограничения распространения водки и вполне толерантны к пиву и вину. Многие даже посчитали все это заказной антиводочной кампанией пивного лобби. Однако и тут авторов трудно упрекнуть в голословности и ангажированности. Ирландия, Португалия, Чехия — в этих странах потребление алкоголя на душу населения значительно больше, чем в России, однако смертность, при сходном уровне развития медицины, значительно ниже. Да и простые бытовые наблюдения говорят в пользу версии о большем вреде водки — напиться некрепленым пивом до изумления, конечно, можно, но это столь экстравагантное событие, о котором потом рассказывают всю жизнь. С водкой же получить смертельно опасную дозу — почти обычное дело. Другое дело, что проблема пива непосредственно связана с молодежной субкультурой, и тут, наверное, необходимы тоже вполне решительные ограничительные меры.
Уважаемый, Илья Николаевич, будет Иванов преемником или нет – покажет время. Сегодня он, безусловно один из кандидатов на эту роль, и так или иначе включен в эту политическую игру – не замечать этого было бы не верно. Вам не нравится Иванов – Ваше право, но наше право не горячиться и не пристраиваться в ряды тех, кто с упорством достойным лучшего применения требует его отставки. Он сейчас в сложном положении у него очень серьезные полномочия, но и очень большая ответственность, очень значимые задачи. А потому оценивать его стоит именно по тому, как он справится с этими задачами. Вы считаете заранее, что он не справится и все провалит. Возможно, Вы правы, но мы, не зная того, кто безусловно мог бы справится лучше, надеемся на лучшее и желаем ему, а значит нашей армии и стране, успеха. А что там с преемником будем думать в 2007 году.
Ответ на письма читателей из печатной версии журнала “Эксперт”
Читая письма читателей на статью «Последний срок» про белорусские выборы, трудно было отделаться от мысли, что большинство реагировало не столько на статью, сколько на недостаточную благосклонность автора к Александру Григорьевичу Лукашенко. Что, впрочем, неудивительно.
Одна из главных и, пожалуй, самых неприятных черт оранжевых технологий — необходимость максимальной радикализации и поляризации сознания общества. Собственно, оранжевая технология и состоит в том, что часть общества присваивает себе право говорить от лица всей нации, право давать истинные оценки. «Либо с нами, либо против нас» — такова логика любой революции, и это даже не Ленин придумал, а задолго до него. Отсюда и задача раскручивания революционного сценария — максимальная поляризация настроений. И главное, не дать спуску тем, кто с нами говорит «а», но не готов сказать «б», «в» и далее по списку (заготовленному сценарию). Соответственно и противостоящие революции силы оказываются втянуты в этот водоворот и сами максимально радикализуются. Весь смысл в том, чтобы не дать никому прийти в себя, задуматься, осмотреться.
Несмотря на очевидную неудачу оранжевых технологий в Белоруссии, главный революционный вирус был запущен вполне успешно. Любая статья, где подвергается сомнению людоедская сущность режима Лукашенко, тут же становилась объектом самых жестоких нападок «всех честных людей Белоруссии». Причем, что характерно, тех, кто восславлял режим батьки, тех, кто описывал нынешнюю Белоруссию как царствие Божие на земле, как раз не очень и трогали, зато тех, кто, сомневаясь в адекватности Лукашенко, тем не менее не считал белорусскую оппозицию святыми, безгрешными, а главное, представляющими весь белорусский народ людьми, — тех травили нещадно.
Немного по другой схеме действовали сторонники нынешней белорусской власти в российском информационном пространстве. Во-первых, по странному стечению обстоятельств, они оказывались вовсе не жителями Белоруссии, но непременно имели там родственников или в крайнем случае наезжали туда время от времени. Во-вторых, они тут же заявляли, что нет более счастливого места на земле, чем Белоруссия, а мечтают они только об одном: чтобы и в России наконец появился властитель столь же мудрый, как Лукашенко. В-третьих, любой, кто выражал с ними несогласие, объявлялся либо продавшимся американцам агентом, либо просто человеком недалеким, непрофессиональным и вообще не годящимся для серьезного разговора. При этом сами разговор прекращают только при угрозе физического воздействия (вариант: отключение от форума или изгнание из блога).
Однако, несмотря на весь этот водоворот, стоит приложить усилия и все же прийти в себя и задуматься. Нам это тем более несложно, что живем мы все-таки в другой стране и белорусские события для нас совсем не судьбоносны. А оглядевшись, можно констатировать, что режим где, по выражению одного из читателей, восхваляющего батьку, «бизнес ничего не решает» и «можно даже сказать, что это маргинализированный класс», может быть сколь угодно уютным, но решительно не устойчив. Либо бизнеса нет вообще, как при социалистической системе, либо с ним надо считаться, давать хоть какую-то свободу.
Разумеется, можно и без свободы, зато с преференциями: закрывать границы для конкурентов, устраивать демпинг в государственном масштабе. Однако все это надо делать за чей-то счет. В данном случае понятно за чей. За российский.
Но где гарантия, что Россия вечно будет терпеть чудачества батьки? Вот, например, на прошлой неделе «Газпром» предложил Белоруссии начать готовить предложения по новым ценам на газ, дабы постепенно перейти к ценам европейским. Ну, может, не по 230, но нынешней цены в 50 долларов за кубометр уже точно не будет.
Так что время пошло. Лукашенко хоть и выиграл выборы, но теперь ему предстоит самое трудное — удержать власть в ситуации, когда поддержка его населением будет неуклонно снижаться. И дело тут не только в российском газе. Нельзя сколь угодно долго эксплуатировать стремление людей к спокойной и стабильной жизни, стращая их ужасами, происходящими в соседних державах. Рано или поздно этот ресурс будет исчерпан даже у спокойного белорусского народа.
(ответ на письма читателей из печатной версии журнала)
Инициатива Эдуарда Росселя о назначении мэров, в общем, действительно маргинальна и вряд ли будет реализована. Однако это не значит, что нет угрозы прямым выборам глав исполнительной власти российских городов. К сожалению, есть, и весьма реальная. В первую очередь это связано с новым Законом о самоуправлении, по которому одинаково возможными являются и прямые выборы, и выборы депутатами законодательных собраний, и наем мэра. Все зависит от устава. Причем устав, как сказано в статье, может быть принят без всякого участия населения — простым решением законодательного собрания. Разумеется, самим заксобраниям выгодно переписать устав так, чтобы самим определять, кто будет руководить исполнительной властью, то есть отменить выборы мэров населением.
Впрочем, во многих городах инициатива переписать устав без участия населения натолкнулась на серьезное сопротивление. Оказалось, что право выборов местной власти людям вовсе не безразлично и они совсем не хотят его потерять. Но политический механизм у нас устроен так, что мнение граждан может быть просто не услышано. Механизм выстраивания новой партийно-чиновничьей вертикали власти запущен, и остановить его будет непросто.
Да, безусловно, изменение статуса заксобраний, которые к тому же теперь избираются по партийным спискам, повысит роль партий и, возможно, когда-нибудь приведет к созданию полноценной партийной системы. А она, в свою очередь, наведет новые мосты между гражданами и властью. Однако сегодня партийной системы, по сути дела, нет, а сами партии не воспринимаются как политические силы, как посредники между гражданами и властью, не вызывают доверия. В этой ситуации устроительство партийной системы за счет изменения принципов выбора местной власти не создает политическую систему будущего, а скорее разрушает действующую политическую систему, основанную на том самом этическом договоре с властью, о котором говорится в обсуждаемой редакционной статье.
Граждане России действительно не очень ценят политические права и свободы. Среди прочих прав и свобод в любых опросах они находятся в самом низу. Однако, исходя из соображения хозяйственной целесообразности и управленческого удобства, бюрократия рискует совсем выключить народ из политической жизни, а это уже посягательство не столько на политические права, сколько на важнейшую составляющую этического договора народа с властью: люди хотят, чтобы с ними считались, чтобы их не считали стадом. Причем речь идет не о кучке интеллигенции, а о тех самых массах обывателей, создающих рейтинги телевизионным каналам. И то, что сегодня они, повинуясь древним архетипам, будто готовясь к войне, скупают соль, свидетельствует о том, что ситуация раскола общества и власти зашла действительно достаточно далеко и усугублять этот раскол крайне опасно.
Выход же из создавшегося положения есть. И он очевиден. Нужно, чтобы новые уставы были приняты не заксобраниями, а волеизъявлением народа. Через референдум. И если где-то горожане согласятся передоверить выбор мэров законодательным собраниям (пусть даже и в результате массированной пиар-кампании), что ж — это их выбор. Значит, для них не так важно самим выбирать свою власть. Но просто так лишать людей этого выбора нельзя.
Большая игра
Уважаемый Андрей Владимирович, внимательно, прочитав Вашу дискуссию с г-ном Балабаном, вынужден заметить, что Вы в этой дискуссии попались на простейшей разводке.
Ваша первая реплика с цитатами из 15 статьи конституции РФ - была абсолютно исчерпывающей. И если после вашего - еще раз оговорюсь - исчерпывающего объяснения, г-н Балабан не взял свои слова назад, не извинился и не перестал молоть чепухи, то совершенно очевидно, что дальнейший разговор не просто теряет смысл, а прямо вреден. Ничего более убедительного Вы уже не скажите. Правильный ответ на реплику Балабана – только ирония или, в крайнем случае, прямое актуальное высказывание: «Вы, Балабан – идиот»
Но Вы продолжили биться за правду. И Вы, надо сказать, очень грамотно и умно вели полемику. Однако в итоге возникла обширная дискуссия по вопросу по поводу которого никакой дискуссии быть не может. 2х2 = 4. После предъявления таблицы умножения никакой серьезный спор на эту тему не возможен, так как превращает очевидное в вероятное. Чего, собственно, и добивался Ваш оппонент. “Да дело не простое”, “однозначного юридического ответа нет…”….
Простите, что я все это написал (особенно за поучающий тон), но наболело - я сам столько раз попадался на этот прием, и столько раз еще попадусь.
Несогласные и ОМОН
Про “наперерез”, я действительно немного передернул… но я опирался на слова самого потерпевшего, сказанные в интервью Переседову. Впрочем, я как раз считаю, что как бы он не был одет и как бы себя не вел - ребра ломать это не просто лишнее, а совсем неадекватное применение силы. В статье я никоем образом не писал о действиях ОМОНа в Питере как об адекватных, как раз тут обнажилась основная проблема “технологичности” избранной модели - она оказалась при малейшем сбое очень опасной и нетехнологичной.
Насчет Гуляева в больнице нашему сотруднику сказали, что перелома не было, друзья - что был. Впррочем, Гуляева я просто забыл когда писал свой постинг… Написать про один перелом руки, и один перелом носа было бы и правдивее и эффектнее. Собственно, автор питерской статьи превратил единицу в десятки - это как раз классика жанра передергивания.То есть очевидного вранья нет, а картина рисуется совсем другой.
Несогласные и ОМОН
“В этот момент начались столкновения. Их итог – десятки сломанных рук, челюстей и носов, около 300 задержанных.” - про 300 задержанных автор и сам тут же оговорился… “что составлено действительно 120 протоколов, но еще большее количество людей отпустили без оформления документов о задержании”. Что же касается десятков сломанных рук, челюстей и носов, то обзвонив (отсюда, из Москвы) питерские больницы мы выяснили, что переломанных рук не было вовсе, нос сломан у одной женщины - Ольги Цепиловой, есть еще одна сломанная нога у Бориса Лихтенфельда.
Согласитесь, что описанная в тексте картина немного расходится с реальной. То есть, автор очевидно передергивает и выстраивает такую стилистическую конструкцию которая искажает факты создавая не верную картину происходящего.
Последнее соображение хорошо иллюстрирует следующий абзац:
«На момент сдачи номера в опасном для жизни состоянии находился только один участник акции – пенсионер, у которого сломаны ребра и пробито легкое. Как утверждают очевидцы, один из омоновцев с разбегу пнул его ногой в грудь.»
Из этого текста создается впечатление, что «не на момент сдачи номера» - в опасном для жизни состоянии находилось куда больше народу. На самом же деле, как на момент сдачи номера, так и на любой другой серьезную травму получил только один человек. 52 –летний инвалид 2 группы Казанцев Александр Михайлович. У него действительно пробито легкое (причина сломанное ребро), но не сильно. По свидетельству потерпевшего его ударил в грудь бегущий омоновец (зачем инвалид второй группы бросился наперерез омонвцу, чтобы, как он сам говорит: «спросить его чего он так кричит» - вопрос отдельный и в данном случае не очень уместный). А вот насчет удара сапогом, уже по лежавшему Казанцеву – единственным свидетелем является жена потерпевшего (у автора, напомню, фигурируют («очевидцы»). Излишне говорить, что врачи никаких опасений по поводу его жизни не выражали, но в его случае ущерб здоровью очевиден и всем нам стоит пожелать ему скорого выздоровления.
Итак, Вы как понял привели в пример статью из “Эксперт - Северо-Запад” дабы противопоставить их честность, нашей (моей) ангажированности. Что ж.. Ваше право, но к сожалению честность у вас, враньем и заведомым передергиванием. Не кажется ли Вам это несколько неадекватным если не сказать ангажированным, ибо по моему мнению честность - это когда, как минимум, не врут и не передергивают.
Впрочем, к чести коллеги из “Эксперта - Северо-Запад”, вранья в его тексте куда меньше, чем в основной массе «честных» текстов, написанных по поводу разгона маршей. Когда я слушал по Эху Москвы описание событий, которым сам был свидетелем, то в полной мере оценил их профессионализм и высокий пропагандистский класс. Ни одной фразы, ни одного предложения без прямого или косвенного вранья.
Победы и беды
1. справку писал не я - она составлялась по официальным данным.
2. почти не осталось деревьев - тут в самом строеии фразы заложено некоторое преувеличение, но как Вы сами пишите не критическое.
Победы и беды
Спасибо за строгий разбор статьи с точки зрения фактологии. Однако далеко не со всеми Вашими замечаниями я готов согласиться.
1. Про деревья в Ереване. То что Вы написали в общем никак не противоречит сказанному в статье. Там нигде не сказано, что в Ереване были вырублены все деревья, а сейчас город стоит голый.
2. Ваше личное представление о способностях Арама Карапетяна к стрельбе из огнестрельного оружия, в общем, являются именно Ваши представлениями, и ничем больше. Тот факт, что лично Вы не любите Карапетяна, нисколько не отменяет актуальности его рассказа.
3. Что же касается населения Армении, то это вопрос далеко не такой простой, как Вы пытаетесь представить. Во-первых, опровергая цифру приведенную в статье “около 4 миллионов”, Вы пишите: было 3.450.000 и еще приехало 350 тысяч из Азербайджана. В итоге получаем 3 миллиона 800 тысяч - то есть около 4 миллионов. Во-вторых, официальные 3 миллиона 100 тысяч - это какая-то очень странная цифра, которую опровергают даже официальные лица. В частности цифру в 1.800 тысяч мне назвал один из руководителей вашего статистического ведомства. Да и здравый смысл подсказывает, что если в одной только России количество армян за последние 15 лет выросло больше чем на миллион, то они не от сырости завелись, а откуда-то приехали.
4. По поводу позиции Тер-Петросяна – тут то же никак не могу согласиться. Тем более, что для Вас это вопрос очевидно «политически значимый».
В той самой знаменитой статье “Война или мир?” Левон Тер-Петросян говорит как раз о начале реализации одного из планов урегулирования карабахского вопроса. Причем очевидно, что имелся ввиду именно второй поэтапный план, по которому статус Нагорного Карабаха не определялся, а лишь говорилось, что “стороны соглашаются на переговоры для достижения урегулирования других аспектов конфликта, включая определение статуса Нагорного Карабаха”. Основой же этого варианта было именно вывод войск НКР с оккупированных территорий. Я и здесь в Москве разговаривал с участниками тех переговоров – они в один голос говорят, что речь шла именно о втором варианте, который тогда удалось сделать базой компромисса. Собственно именно поэтому Тер Петросян и писал в этой статье, что через год-два «реализовывать этот сценарий будет уже поздно, больше нам его не предложат»
5. Тут и правда ошибка, Царукян действительно окончательно продал «Котайк» концерну Castel Beer.
6. С вузами тоже. Впрочем, справедливости ради надо заметить, что 20% бесплатных мест, это формально и есть платные вузы. Тем более, что как заметили у Вас в ЖЖ – бесплатные места стоят еще дороже.
7. Про дату выборов. А вот это действительно очень обидная опечатка. Как и с лишним нулем в пересчете драм. К сожалению технологически этот номер делался так, что просто не было времени внимательно вычитать окончательный вариант. Что впрочем не снимает с авторов вины за эти опечатки.
8. Ну а насчет последнего Вашего пассажа, во-первых, «почти все с кем мы говорили в Армении» - это вполне заслуживающий внимания источник. И очень кстати, показательный. А во-вторых, я так и не понял, Вы считаете, что все приведенные в этом абзаце фразы – лживы и не адекватно отражают армянскую действительность?
Смерть от "народной водки"
1. Те, кто больше думали о своём кармане дотациями не заморачивались, а просто торговали доступом на рынок. Так что можно неплохо разобраться, кто работал на свои регионы, а кто на себя или бездельничал. Все это верно замечено, только у всех тогда были свои резоны и далеко не все работали на свои регионы. Так что на выходе получалась весьма дешевая водка и в больших количествах
2. При определенных схемах в часности описанных Mike Malkov - можно и еще как (кстати тогда же многие региональные начальники даже и вовсе дотировали водку)
3. не имею ни малейшего возражения
4. Очень странные у вас представления о выходе из кризиса. Даже по официальной статистике докризисный уровень средней зарплаты был достигнут в 2001 году
http://www.gks.ru/free_doc/2006/b06_11/07-10.htm
Кроме того как раз в 2000 году произошел резкий скачек на рынке труда - появилось множество рабочих мест. 2000 год был как раз переломным и обзначил заметный рост экономики и доходов населения. Все устаканилось и вошло в колею. Помню, что именно в 2000 году впервые после 1991 года я стал хоть и редко, но ходить в ресторан (на свои деньги школьного учителя).
5. Нет !!! При всей сложности проблемы - очевидно, что дешевая водка даст везде эффект резкого роста смертности. Ну а чтобы минимизировать эффект “отравлений сурогатами” надо навести порядок в производстве и продаже денатуратов - не такое уж сложное дело. А спасти дешевой водкой все равно никого не удастся (умрут не сразу, так через год-два), зато дорогая водка спасет десятки, а то и сотни тысяч человек.
Смерть от "народной водки"
спасибо
Смерть от "народной водки"
1. “Регионы, заинтересованные в акцизах вели решительную борьбу с леваком, причём тогда у них были реальные рычаги”
Тут как раз все наоборот. Во-первых, региональные власти чаще всего были заинтересованы не в получении акцизов, а в получении налога на прибыль, а потому минизировали акцизы. Во-вторых, во многих регионах водочный бизнес был очень тесно вплетен во власть, а потому выгодно было не бороться с леваком, а наоборот поощрать его. Тем более тогда в головах у губернаторов сидело твердое представление о том, что чем дешевле водка, тем больше их популярность и тем меньше у них хлопот с населением.
2. Минимальные цены действительно были - 31 рубль за бутылку (1 доллар), что по отношению к покупательной способности было где-то в 2 раза меньше минимальной цены водки в 1997 году). Однако, большая часть вполне легално произведенной и вполне качественной водки продавалась ниже и этой ставки (какие механизмы тогда работали кроме обычного “левака” я пока не могу понять, но судя хотя бы по данным бурного роста производства на заводах в том же Беслане и их отпускных цен - это действительно имело место.
3. Ну и наконец самое главное. Моя логика исходит из очень простого, но ключевого для данной темы положения: “сам по себе качественный алкоголь - является ядом”. И именно он является причиной аномально высокой смертности и “случайных отравлений алкоголем”. С этой точки зрения легальная водка ничем не отличается от “левака” - людей убивает дешовая водка, а уплачены ли с нее все акцизы или нет это решительно не важно.
В 2000 году ситуация в стране изменилась - экономика заработала, начался рост производства, появились новые рабочие места, доходы насления стали расти. На этом фоне наличие вполне доступной качественной водки (легальной и нелегальной) и дало эфект резкого увеличения смертности от алкогольных отравлений.
Смерть от "народной водки"
Евгений Михайлов
Даже как то неудобно Вас уличать. Как это не было повышения смертности при повышении цены в 2000 г.? Вот, что например Счётная палата писала по результатам своей проверки: http://www.budgetrf.ru/Pu…001bull1-13.htm
Не знаю, что там имел ввиду аудитор Пансков, но на практике увеличение акциза на 40% на цену водки повлияло очень незначительно. Дело в том что в 2000 году губернаторы большинства регионов либо снимали вовсе свою долю в акцизах (а это 50%), либо сокращали ее до минимума. Кроме того многие регионы обладали правом устанавливать льготы и по другим налогам.
А потому Северо-кавказская водка в 2000 году стоила всего 16-18 рублей, то есть более чем вдвое меньше, чем пишет Пансков в своем отчете.
К этому можно добавить, что, - по данным той же счетной палаты, а точнее того же аудитора Панскова, большинство заводов страны в 2000 году работало с загрузкой в 15-20% - остальное они гнали вчерную. То есть производили неподакцизную качественную водку.
Еще раз повторяю не знаю, что думал Пансков, когда писал свой отчет, но реальный уровень цен в 2000 году был меньше чем уровень инфляции. Что косвенно подтверждают официальные данные уровня потребления качественного алкоголя ( и тем более оценки реального), которые показывают в 2000 году заметный рост.
Поправьте меня, если я где-то ошибся в логике или фактах.
Смерть от "народной водки"
Евгений Михайлов
Поэтому Вы не ответили, почему при резком повышении цены смертность резко повысилась.
Потому и не ответил. Что никакого повышения смертности при резком повышении цены не было. Было же как раз наоборот при увеличении цены по отношению к покупательной способности - смертность уменьшалась.
Приведенные Вами данные либо не точны, либо просто не соответствуют действительности. Так минимальная цена былаа введена не в 1999 году, совсем наоборот в 1991., но реальный контроль за соблюдениемэтой нормы и реально высокое ее значение произошло только в 1997 году.
ЧТо же касается роста отравлений алкоголем в 2000 - Вы не фантазируйте насчет ваших представлений о том что после дефолта .. а просто посмотрите о соотношении цены на алкоголь в 2000 году и ростом доходов населения которое к этому времени окончательно оправилось после дефолта.
Смерть от "народной водки"
Евгений Михайлов
Прежде чем утверждать, что удешевление водки приведёт к демографической катастрофе, потрудитесь объяснить, почему именно удорожание водки в начале 200-х привело к резкому росту смертности. То есть Ваше предложение было проверено опытным путём. Есть и обратные цифры - наименьшая смертность, как раз была, когда был период дешёвой водки 1997-1998 гг. (причём, как от отравлений, так и общая) - см. http://www.gks.ru/free_do…05_13/04-30.htm и см. рис.3 и рис.5 в http://www.smi-svoi.ru/co…?fl=554&sn=1064
Это как раз очень просто объясняется. Ученые-демографы давно жестко определили зависимость роста благосостояния и увеличения потребления алкоголя. Просто посмотрите график потребления алкоголя в начале 200-х и увидите что рост смертности от отравлений полностью коррелирует с графиком потребления алкоголя.
Если Вам этого мало посмотрите исследования Ю. В. Андриенко и А. В. Немцова или анализ данных Российского мониторинга экономического положения и здоровья населения (РМЭЗ). Кстати об этом вполне подробно писал Эксперт в этом году
http://www.expert.ru/printissues/expert/2006/17/alkogol_glavnaya_prichina_vysokoy_smertnosti_v_rossii/
Что касается феномена 1997-98 года. То тут еще проще. Дело в том, что как раз в 1997-1998 году цена на водку была совсем не низкой. Постановлением правительства РФ были введены минимальные цены на водку и другую ликеро-водочную продукцию в 33 рубля за литр (то есть в тех ценах более чем 5 долларов). Кроме того к 1997 году практически исчез из продажи спирт “Роял”, и дешевая импортная водка (ее минимальная цена определена была в 44 рубля за литр).
Сегодня, когда и доллар стоит не 6 рублей, а 27, и доходы населения ( в долларовом эквиваленте) выросли в 3-5 раз, самая дешевая водка стоит даже меньше 50 рублей. То есть по отношению к покупательной способности примерно в 5 раз дешевле той, что была в 1997 году.
Вот так примерно.
Смысл антигрузинской истерии
Артем Васильев
Hardball 03
……….
У меня есть подозрение, что в этой статье велика роль личности автора: Андрей Громов. В частности статья начинается с некоторых, на мой взгляд, весьма ошибочных предпосылок……
По моим, субъетивным подсчетам получается четыре ошибочных тезиса в статье - как-то многовато.
Кто несогласен - поправте.
Мне конечно очень лестно, что роль моей личности так высоко оценена, но все же было бы куда более лестно если бы комментаторы моего текста удосужились все же его прочитать. Ваша блистательная победа 4:0 - прекрасный результат, только вот беда в самой статье все названные Вами посылки не являются предметом утверждения автора. Скорее наоборот, статья как раз посвящена опровержению этих посылок.
Тема: война в городе
ВА что именно Вас рассмешило? Статья если Вы заметили называлась “Чужие в БОЛЬШОМ городе”. И там специально было оговорено, что сделана она на материале городов миллионников. Кондопога же маленький город - это совсем другая социальная среда.
О чем, собственно, и говориться уже в этой статье: Но в малых городах нет больших денег, нет большого бизнеса и нет большой игры. Тут по-прежнему многое зависит от того, сколь сплоченны и жестоки будут «бойцы», обеспечивающие бизнес своих соплеменников. Сколь тесна будет именно их связь с местной милицией и властью. Это, разумеется не исчерпывающее объяснение принципиально иной ситуации с “чужими” в малых городах, но кое что объясняет.
Так что я правда не понимаю, что именно Вас рассмешило
Главная тайна Красной Армии
С тем, что сегодняшняя Российская армия по сути вовсе не призывная, а рекрутская, согласились почти все. Что и неудивительно. Простой и внятный разбор системы функционирования нашей армии не оставляет вариантов для возражений. Возражения же могут быть в основном на уровне коннотаций: «тюремного типа», «аракчеевщина». Впрочем, многие заметили, что есть и еще один аналог нынешней Российской армии — армия Рима, где граждане должны были служить определенное количество походов, после чего считалось, что свой долг Родине они отдали. Однако, по сути дела, римский пример есть вариация на тему рекрутской армии, только в иных исторических условиях.
Однако, как только дело дошло до разговора об армии призывной, тут же начались сомнения и существенные споры. Оказалось, что полноценная призывная армия далеко не всех устраивает. Во-первых, призывная армия предполагает, что армия все-таки государству нужна. То есть это не пережиток темных веков, а насущная потребность общества защищать себя и свой уклад жизни. Во-вторых, призывная армия предполагает, что служить (обучаться) все же надо, а главное — даже и воевать, если что. В-третьих, и это уже более серьезная претензия, призывная армия предполагает известную долю милитаризации общества.
Когда мы противопоставляли рекрутскую армию и призывную, то, безусловно, не имели в виду, что призывная армия есть благорастворение воздухов и обещает счастье всем и навсегда. Действительно, призывная армия, в отличие от той же рекрутской, предполагает куда большую вовлеченность обычных граждан в военное дело. Собственно, как раз тем и отличается настоящая призывная армия от нынешней рекрутской, что человек не отдает долг родине в течение двух лет, а остается «должен» ей практически всю жизнь. Даже на техническом уровне все это не сплошные пряники и пироги. Да, при призывной армии вполне можно сократить срок службы до шести месяцев. Однако, чтобы сохранять боеготовность, необходимы регулярные (пусть даже двухмесячные) сборы. Более того, в случае серьезного военного конфликта резервистов могут призвать в армию на неопределенный срок и даже использовать их в реальных боевых действиях (разумеется, выплачивая им за это жалованье и соответствующую страховку). Все это далеко от чаемого идеала «армии, которая нас совсем не касается».
Однако «армия, которая нас совсем не касается», на практике означает либо полное, либо частичное отсутствие армии. В этом случае слишком велика вероятность, что на место нашей «армии, которая никого не касается», придет чужая, которая будет касаться нас, и еще как. Даже если предположить, что угрозы с Запада — надуманные, то угрозы с Юга и Востока совсем надуманными назвать сложно.
С контрактной «армией, которая нас не касается», все тоже не так просто, как видится сторонникам этого компромисса между армией и обществом. Во-первых, у нас даже при цене 200 долларов за баррель нефти не будет достаточных средств содержать контрактную армию, способную гарантировать нашу обороноспособность. Во-вторых, контрактная армия в этой схеме становится страшно далекой от народа и вполне может весьма быстро обрести черты оккупационной, которая будет касаться решительно всех.
Что же касается дежурного ответа насчет того, что ключевую роль в большой войне будут играть вовсе не пехотинцы, а ядерные боеголовки, то тут смущает в первую очередь готовность смириться с уничтожением планеты при полной неготовности смириться с тем, что на войне могут убить простого обывателя.
Так что если все же менять нынешнюю рекрутскую армию, то только на призывную. Все остальные варианты весьма сомнительны.
Русский водочный крест
Мой отец умер в 62 года. Умер от сердечного приступа на даче. Врачи написали: «в результате ишемической болезни сердца», однако и мы, и врачи прекрасно понимали, от чего и в результате чего он умер. По той же причине умер отец моей первой жены в 57, отцы двух друзей в 54 и 62, отцы очень многих знакомых в возрасте от 40 до 65. И это Москва, вполне благополучные семьи, люди по большей части с высшим образованием. Такая вот статистика, безусловно, не полная и не исчерпывающая, но лично для меня и моих друзей — убедительная до боли.
Есть и другая статистика, не менее убедительная. Зайдите в любой травмпункт после праздников — картина будет столь впечатляющей, что желание спорить с научными выводами Андрея Коротаева и Дарьи Халтуриной отобьет напрочь. А ведь в этот раз еще повезло — они доползли до травмпункта. На следующий год, в следующий праздник все может кончиться куда печальнее. Можно еще почитать милицейскую сводку. Если вы думаете, что найдете там рассказы о лихих бандитах, убивающих друг друга на стрелках, то сильно ошибаетесь: самыми частыми словосочетаниями там будут «в состоянии алкогольного опьянения» и «после распития спиртных напитков». Та же картина и при чтении сводок пожарной службы. Дома у нас старые, проводка плохая, но куда чаще, чем от короткого замыкания, люди гибнут в огне в том же самом «состоянии алкогольного опьянения», а заодно и уносят с собой трезвых родственников и соседей.
Так что кроме статистики смертности от отравления алкоголем, которая у нас, кстати, выше, чем смертность от ДТП, надо действительно считать и множество других смертей, непосредственно связанных с алкоголем. В статье «Русский водочный крест» говорится о трети смертей, причиной которых является водка, то есть о той самой части, которой смертность перекрывает рождаемость. И если это не исправить, то никакая стимуляция рождаемости (дело, безусловно, важное и нужное) не принесет заметных плодов. И спорить тут нечего — надо искать пути наименее болезненного решения проблемы.
Может, и правы читатели, которые говорят, что водка не первопричина, а причина — «глубокий стресс и отсутствие осмысленности жизни». Но стресс — постоянный фон жизни современного человека, а потому исходить из этих посылок — значит, ничего не меняя, обречь миллионы людей на преждевременную смерть, а нацию на вымирание.
К тому же люди пьют и тогда, когда им плохо, и тогда, когда им хорошо, и от того, что нет работы, и для того, чтобы снять усталость после нее. А главное, они пьют тем больше, чем доступнее спиртные напитки. И тут тоже с авторами статьи вряд ли разумно спорить. Я очень хорошо помню, как в студенческое время придумывались разные способы получить максимальное опьянение от минимальной дозы спиртного — водка была дорогой, портвейн тоже небесплатный. Сегодня же водка стоит столь дешево, что крутиться особо незачем (кстати, из обихода совсем исчезло такое явление, как «сообразить на троих») — по дороге домой с работы каждый может купить себе если не пол-литру, то четвертинку, и это почти никак не отразится на его бюджете.
Ну и наконец про пиво. Многих читателей задело, что авторы основной упор делают на необходимость ограничения распространения водки и вполне толерантны к пиву и вину. Многие даже посчитали все это заказной антиводочной кампанией пивного лобби. Однако и тут авторов трудно упрекнуть в голословности и ангажированности. Ирландия, Португалия, Чехия — в этих странах потребление алкоголя на душу населения значительно больше, чем в России, однако смертность, при сходном уровне развития медицины, значительно ниже. Да и простые бытовые наблюдения говорят в пользу версии о большем вреде водки — напиться некрепленым пивом до изумления, конечно, можно, но это столь экстравагантное событие, о котором потом рассказывают всю жизнь. С водкой же получить смертельно опасную дозу — почти обычное дело. Другое дело, что проблема пива непосредственно связана с молодежной субкультурой, и тут, наверное, необходимы тоже вполне решительные ограничительные меры.
Дело Сычева: после истерики
Последний срок
Читая письма читателей на статью «Последний срок» про белорусские выборы, трудно было отделаться от мысли, что большинство реагировало не столько на статью, сколько на недостаточную благосклонность автора к Александру Григорьевичу Лукашенко. Что, впрочем, неудивительно.
Одна из главных и, пожалуй, самых неприятных черт оранжевых технологий — необходимость максимальной радикализации и поляризации сознания общества. Собственно, оранжевая технология и состоит в том, что часть общества присваивает себе право говорить от лица всей нации, право давать истинные оценки. «Либо с нами, либо против нас» — такова логика любой революции, и это даже не Ленин придумал, а задолго до него. Отсюда и задача раскручивания революционного сценария — максимальная поляризация настроений. И главное, не дать спуску тем, кто с нами говорит «а», но не готов сказать «б», «в» и далее по списку (заготовленному сценарию). Соответственно и противостоящие революции силы оказываются втянуты в этот водоворот и сами максимально радикализуются. Весь смысл в том, чтобы не дать никому прийти в себя, задуматься, осмотреться.
Несмотря на очевидную неудачу оранжевых технологий в Белоруссии, главный революционный вирус был запущен вполне успешно. Любая статья, где подвергается сомнению людоедская сущность режима Лукашенко, тут же становилась объектом самых жестоких нападок «всех честных людей Белоруссии». Причем, что характерно, тех, кто восславлял режим батьки, тех, кто описывал нынешнюю Белоруссию как царствие Божие на земле, как раз не очень и трогали, зато тех, кто, сомневаясь в адекватности Лукашенко, тем не менее не считал белорусскую оппозицию святыми, безгрешными, а главное, представляющими весь белорусский народ людьми, — тех травили нещадно.
Немного по другой схеме действовали сторонники нынешней белорусской власти в российском информационном пространстве. Во-первых, по странному стечению обстоятельств, они оказывались вовсе не жителями Белоруссии, но непременно имели там родственников или в крайнем случае наезжали туда время от времени. Во-вторых, они тут же заявляли, что нет более счастливого места на земле, чем Белоруссия, а мечтают они только об одном: чтобы и в России наконец появился властитель столь же мудрый, как Лукашенко. В-третьих, любой, кто выражал с ними несогласие, объявлялся либо продавшимся американцам агентом, либо просто человеком недалеким, непрофессиональным и вообще не годящимся для серьезного разговора. При этом сами разговор прекращают только при угрозе физического воздействия (вариант: отключение от форума или изгнание из блога).
Однако, несмотря на весь этот водоворот, стоит приложить усилия и все же прийти в себя и задуматься. Нам это тем более несложно, что живем мы все-таки в другой стране и белорусские события для нас совсем не судьбоносны. А оглядевшись, можно констатировать, что режим где, по выражению одного из читателей, восхваляющего батьку, «бизнес ничего не решает» и «можно даже сказать, что это маргинализированный класс», может быть сколь угодно уютным, но решительно не устойчив. Либо бизнеса нет вообще, как при социалистической системе, либо с ним надо считаться, давать хоть какую-то свободу.
Разумеется, можно и без свободы, зато с преференциями: закрывать границы для конкурентов, устраивать демпинг в государственном масштабе. Однако все это надо делать за чей-то счет. В данном случае понятно за чей. За российский.
Но где гарантия, что Россия вечно будет терпеть чудачества батьки? Вот, например, на прошлой неделе «Газпром» предложил Белоруссии начать готовить предложения по новым ценам на газ, дабы постепенно перейти к ценам европейским. Ну, может, не по 230, но нынешней цены в 50 долларов за кубометр уже точно не будет.
Так что время пошло. Лукашенко хоть и выиграл выборы, но теперь ему предстоит самое трудное — удержать власть в ситуации, когда поддержка его населением будет неуклонно снижаться. И дело тут не только в российском газе. Нельзя сколь угодно долго эксплуатировать стремление людей к спокойной и стабильной жизни, стращая их ужасами, происходящими в соседних державах. Рано или поздно этот ресурс будет исчерпан даже у спокойного белорусского народа.
Смута продолжается
Нам так неудобно жить
Инициатива Эдуарда Росселя о назначении мэров, в общем, действительно маргинальна и вряд ли будет реализована. Однако это не значит, что нет угрозы прямым выборам глав исполнительной власти российских городов. К сожалению, есть, и весьма реальная. В первую очередь это связано с новым Законом о самоуправлении, по которому одинаково возможными являются и прямые выборы, и выборы депутатами законодательных собраний, и наем мэра. Все зависит от устава. Причем устав, как сказано в статье, может быть принят без всякого участия населения — простым решением законодательного собрания. Разумеется, самим заксобраниям выгодно переписать устав так, чтобы самим определять, кто будет руководить исполнительной властью, то есть отменить выборы мэров населением.
Впрочем, во многих городах инициатива переписать устав без участия населения натолкнулась на серьезное сопротивление. Оказалось, что право выборов местной власти людям вовсе не безразлично и они совсем не хотят его потерять. Но политический механизм у нас устроен так, что мнение граждан может быть просто не услышано. Механизм выстраивания новой партийно-чиновничьей вертикали власти запущен, и остановить его будет непросто.
Да, безусловно, изменение статуса заксобраний, которые к тому же теперь избираются по партийным спискам, повысит роль партий и, возможно, когда-нибудь приведет к созданию полноценной партийной системы. А она, в свою очередь, наведет новые мосты между гражданами и властью. Однако сегодня партийной системы, по сути дела, нет, а сами партии не воспринимаются как политические силы, как посредники между гражданами и властью, не вызывают доверия. В этой ситуации устроительство партийной системы за счет изменения принципов выбора местной власти не создает политическую систему будущего, а скорее разрушает действующую политическую систему, основанную на том самом этическом договоре с властью, о котором говорится в обсуждаемой редакционной статье.
Граждане России действительно не очень ценят политические права и свободы. Среди прочих прав и свобод в любых опросах они находятся в самом низу. Однако, исходя из соображения хозяйственной целесообразности и управленческого удобства, бюрократия рискует совсем выключить народ из политической жизни, а это уже посягательство не столько на политические права, сколько на важнейшую составляющую этического договора народа с властью: люди хотят, чтобы с ними считались, чтобы их не считали стадом. Причем речь идет не о кучке интеллигенции, а о тех самых массах обывателей, создающих рейтинги телевизионным каналам. И то, что сегодня они, повинуясь древним архетипам, будто готовясь к войне, скупают соль, свидетельствует о том, что ситуация раскола общества и власти зашла действительно достаточно далеко и усугублять этот раскол крайне опасно.
Выход же из создавшегося положения есть. И он очевиден. Нужно, чтобы новые уставы были приняты не заксобраниями, а волеизъявлением народа. Через референдум. И если где-то горожане согласятся передоверить выбор мэров законодательным собраниям (пусть даже и в результате массированной пиар-кампании), что ж — это их выбор. Значит, для них не так важно самим выбирать свою власть. Но просто так лишать людей этого выбора нельзя.