К сожаленью, рецензия достаточно поверхностна, что, по-видимому, вызвано малым объемом текста.

Очень жаль, что вместо разбора общей концепции книги и того нового в историографии, что мы хотим ею предложить (я участвовал в подготовке этой книги), автор возвращается к “излюбленным” в отечественной околоисторической публицистике последнего времени темам начала ВОВ и Власова. Это немного обидно, потому что в контексте нашей книги эти темы - особенно власоваская - не являются первостепенными.

Господин Филиппов, однако, затрагивает очень важную тему - о том, в какой степени историк может и должен давать оценки изучаемым им событиям на основе собственных ценностей. Даже среди нашего авторского коллектива, насколько я знаю, были споры об этом - лично мне, например, кажется, что некоторые оценки, данные в книге, недостаточно обоснованны в том отношении, что они касаются внутренних интенций и мотивов исторических деятелей, доказать которые если и можно, то лишь по косвенным признакам. Хочется отметить, однако, что господин Филиппов, упрекая нас в излишней склонности к публицистике, и сам судит о Власове вполне публицистически. Где пролегает грань допустимого для историка оценочного суждения - вот в чем вопрос?