Cпасибо. Когда видишь “волка”, надо кричать “волки!”. Или “руки прочь”. Дело даже не в прожектах, а в “руках”. Удивительное дело: к чему не прикоснётся российское государство, всё рушится, истлевает, распадается. Как бы так сделать, чтоб его было мало, предельно мало?

Cпасибо, Лена, что Вы заметили эту книгу. Удвивительно, что этот обаятельный “английский” роман написали американки

Молодец Пётр Аркадьевич Столыпин! А что же Елена Борисовна Скрынник?

Всё хорошо, очень хорошо. У меня одно сомнение: колбаса по рецепту 19 века. Читал старые русские поваренные книги, английские… От одного чтения холестирин повышается в разы. В Германии в моде кухня fusion, повара, которые экспериментируют с продуктами, запахом, дизайном и, конечно, думают о печени, сердце, желудке клиента. Вот какие у меня сомнения…

Елена, я бы добавил к достоинствам книги спокойный тон, отсутствие явной и скрытой полемики с современными оппонентами. Это книга дейстивтельно о Павле, а не об авторских воззрениях, метаниях, прозрениях

Читаю и думаю: в чём секрет человеческого обаяния? В естественном звучании голоса? В чувстве юмора? В трезвом взгляде на себя и других?

Елена, надеюсь, Вы назвали описанный “островок благополучия” вымышленным именем, иначе к ним придут соседи и такое устроят…

Хорватский писатель Мирослав Крлежа заметил: “Упаси нас Бог от хорватской культуры и сербского героизма”. Я бы сказал так: “Упаси нас Бог от русской духовности и украинской искренности” (“искренность” - подсказал мне писатель Юрий Андрухович). Почему? Русским в XX веке принадлежит know how по самоуничтожению. О какой “духовности” речь?

Елена, спасибо, что напоминили об издании книги Митрополита Антония. В Лондоне я несколько раз встречался с ним. Однажды записал его для своих “Поверх барьеров”. Он был талантливый - в художественном смысле - рассказчик. Так что дело не только в его просвещённом православии. Как-то он сказал, что подлинная литература (художественная) - говорит простым языком. Я возразил, назвал крупнейших писателей ХХ века, поэтов-елизаветинцев. Едва ли я его переубедил, но задуматься вынудил. Это был спор двух литераторов разных школ. Уж не знаю, насколько здесь уместно слово “школа”. Его радипроповеди записывала моя коллега Алёна Кожевникова,так что они постоянно звучали на волнах “Свободы”. Надеюсь, они уже изданы.

Елена! Спасибо: скромное обаяние журналистики. Вот что любопытно: как в СССР и в России меняется образ диссидента. Позавчера - это Подрабинек. Вчера - Старовойтова. Сегодня снова Подрабинек и Блинов. Надеюсь, Блинову повезёт.

Елена, спасибо. Вы работате в жанре, которого так не хватает современной русской прессе: в жанре прикладной демократической журналистики. Именитые коллеги всё больше предпочитают излагать мнения и суждения. Это напоминает сквош: игроки лупят о стенку мячом, чтобы угодить рикошетом в конкурента. А стенке от этого ни холодно, ни жарко. Но кто-то должен завязывать шнурки? Неужели только Елена Борисова?

Елена, спасибо. Вы работате в жанре, которого так не хватает современной русской прессе: в жанре прикладной
демократической журналистики. Именитые коллеги всё больше предпочитают излагать мнения и суждения. Это напоминает сквош: игроки лупят о стенку мячом, чтобы угодить рикошетом в конкурента. А стенке от этого ни холодно, ни жарко. Но кто-то должен завязывать шнурки? Неужели только Елена Борисова?

Дорогая Елена! Вот какая незадача. Я прочёл Ваше интервью (блестящее). Дело в том, что я не верующий. Но почему же я согласен с тем, что говорила Наталья Трауберг? Ваш Игорь