Тень отца Рузвельта

Вера Холмогорова
9 февраля 2007, 14:35

Внушительных размеров зал ученого совета МГИМО полностью забит. Кто-то приносит из аудиторий стулья, но мест все равно не хватает.

Аспиранты, активисты, комиссары, «молодогвардейцы» и девочки-студентки, которые, если верить современным популярным песням, должны выбирать «лыжный курорт только Куршевель», -- все они здесь, вместе с ведущими политологами, историками и политиками, ради одного американского президента. Впрочем, нет, не только.

Тот факт, что в Соединенных Штатах 125-летие Франклина Рузвельта не отмечается так серьезно, не без некоторого смущения признали даже американские гости, приглашенные в МГИМО на конференцию «Уроки "Нового курса" для современной России и всего мира». Идеологический союзник, самый великий из великих американцев, истинный демократ -- однако дело действительно не только в Рузвельте -- и за всеми этими эпитетами постоянно звучала другая фамилия другого президента.

Прямую параллель между США 40-50-х и современной Россией Владимира Путина сразу же провел в своем выступлении (его полный текст вы можете прочитать здесь) замглавы Администрации президента Владислав Сурков. «Как в свое время Рузвельт, сегодня Путин вынужден и должен укреплять административное управление и в максимальной степени использовать потенциал президентской власти ради преодоления кризиса», -- отметил он. История не повторяется, однако в прошлом есть люди, у которых стоит учиться, и события, которыми стоит вдохновляться. И время Рузвельта именно в их числе.

Франклин Делано Рузвельт пришел к власти в 1933 году, в период Великой депрессии, и самой большой проблемой для Америки было, по оценке Суркова, «дегенеративное» состояние общественного сознания, когда люди не видели будущего, а «пресса и финансы почти полностью контролировались олигархическими группировками, которые полагали, что демократия существует только для них». Своими противниками Рузвельт называл «финансовые монополии, спекулятивный капитал и безудержных банковских дельцов».

Американский президент считал свободу и предпринимательство главным источником развития американского общества, но «он в то же время верил, что социальная ответственность бизнеса выгодна самому бизнесу. Владислав Сурков напомнил, как в период последнего президентского срока Рузвельта его атаковали и слева, и справа. Серьезные нападки исходили в том числе от тех, кто благодаря Рузвельту восстановил свои доходы после финансового краха. Между тем, делая ставку на участие государства в управлении экономикой, Рузвельт всегда чувствовал ту грань вмешательства государства в экономическую и социальную сферу, которую нельзя преступить.

«Вам это ничего не напоминает?» -- с лукавой улыбкой вдруг поинтересовался замглавы администрации президента. В зале согласно кивнули. И если президент Рузвельт был военным союзником СССР, много сделавшим не только для США и всего мира, но и конкретно для России, то Рузвельт как историческая фигура должен стать идеологическим союзником современной России. Благо для этого параллелей действительно хватает -- и каждый из выступавших старался находить все новые и новые.

 pic_text1 Фото: Таисия Антонова
Фото: Таисия Антонова

А глава Фонда эффективной политики Глеб Павловский так вообще, от волнения, как сам признался, путал фамилии двух президентов. «Путин, -- произносил Павловский, и после минутной паузы поправлялся, -- извините, Рузвельт». Зрители аплодировали, а хорошенькая девушка, что-то быстро записывая в разноцветный блокнот, бросала на трибуну полные восторга взгляды.

Путин, как и Рузвельт, по мнению Павловского, сумевший вывести свою страну из кризиса, решает сейчас две задачи. Первая из них сравнима как раз с «новым курсом» и заключается в «консолидации нации в момент полной потери себя». Вторая же состоит в том, чтобы обеспечить безопасность страны и упрочить ее позиции в мире. Рузвельт сумел выстроить «новое измерение демократии поверх партий, поверх вертикали, в этом измерении был только он и его избиратель».

Прагматизм и стремление действовать всегда в интересах государства увидел в обоих лидерах глава комитета Госдумы по международным делам Константин Косачев. «Основное достижение этих политических деятелей в том, что они как президенты реализовывали приоритетные задачи для своих стран. Именно вокруг прагматизма они объединили нации, -- отметил парламентарий. -- В этом я вижу главную параллель сравнения».

Однако общее между двумя президентами, которых разделяет полвека, увидели далеко не только российские политики. «В России и США ситуации перехода к демократии стали похожими, -- констатировал профессор Гарвардского университета Дэвид Кинг. -- Владимиру Путину удалось подавить и обуздать капиталистические амбиции алчности и непорядочности». Кинг даже преемника вспомнил, хотя у нас, как известно, преемников нынче нет – только кандидаты: «В Америке передача власти преемнику -- основа политической концепции, ее корни. Сейчас Россия переживает интересный период и двигается в правильном направлении».

Как отметил член Общественной палаты Георгий Томчин, при таком движении к 2011 году Россия получит и то, чего сейчас ей «до Рузвельта» не хватает, – нормальный парламент. В 2007-м не получится, а вот к 2011-му… Сидящие в зале «единороссы», видимо, тактично пропустили реплику мимо ушей.

Хотя несколько отвлечемся от красивых аналогий. При сравнении Владимира Путина и Франклина Рузвельта сразу на ум приходит еще один факт, не вспомнить который нельзя, – «третий срок». Конечно, нам всем обещали – не будет, Конституцию надо уважать, а между нашим ее гарантом и покойным американским президентом и без того хватает иных исторических сравнений…

 pic_text2 Фото: Таисия Антонова
Фото: Таисия Антонова

Глеб Павловский, впрочем, поспешил оговориться, что Рузвельт ведь тоже не хотел становиться президентом в третий раз, надеялся после ухода с поста писать колонки в одном из американских еженедельников -- при этих словах по лицу главного редактора журнала «Эксперт» Валерия Фадеева скользнула улыбка. «Путин после 2008 года не должен уходить из политики, вопрос в том, в какой форме он в ней останется. Демократическая нация не может отпустить своего лидера. Она может дать ему возможность перейти с работы на работу, но расстаться с ним не может», -- добавил руководитель ФЭПа. Так что вопрос третьего срока – это не вопрос личного выбора, а вопрос исторического момента; есть ситуации (и тут Павловский вспомнил заявление главы Пентагона Роберта Гейтса о возможности войны с Россией), когда национальный лидер должен остаться. Американист Дмитрий Уткин напомнил собравшимся, что соответствующие поправки в конституцию, позволяющие избираться на третий и четвертый срок, были внесены уже в 1950-е годы, и Рузвельт действительно «не хотел» и просто всегда соблюдал конституцию.

А вот набившуюся в зал студенческую молодежь увлекали вопросы куда более практические, нежели американская история, и даже, в общем-то, российская, хоть и современная. Молодому поколению хотелось понять, как крутить в стране гайки, если когда-нибудь все-таки доведется. Аспирант МГИМО честно поинтересовался, насколько далеко можно отойти от базовых демократических принципов, если вдруг появится такая необходимость. Косачев, «единоросс», объяснил юноше, что покуситься на священные принципы демократии можно, но только в случае, когда речь идет об угрозе суверенитету страны.

А Владислав Сурков с ним не согласился, моментально отреагировав, что демократию в обиду не даст. «Демократия не может быть ограничена -- она либо есть, либо ее нет. Демократия – это живой организм, -- сказал замглавы Администрации президента. -- Живой организм эластичен и гибок, и именно поэтому демократия выживает».

Сделав исторический экскурс, Сурков заявил, что и диктатура в античном Риме была частью демократии, потому что, «даже когда в Риме наделяли властью диктатора, это не было отказом от республики». «А нас втаскивают в эти разговорчики в строю», -- заключил он под смех зала.