Идеальный формат

Виктор Ионов
23 апреля 2007, 16:06

В субботу 21 апреля в Саратове прошел "Марш несогласных". Власти разрешили его проведение. Милиция не разгоняла борцов с режимом. Больше того, милиция, стянутая к месту проведения марша, разъехалась еще до его завершения. Могут ведь вот так, цивилизованно, когда хотят.

Правда, есть нюанс. На марш пришел 1 (один) человек. Тот самый, который подавал заявку на проведение – лидер местного отделения касьяновского РНДС Александр Рябов.

Непримиримый оппозиционер побродил с флагом по площади, посмотрел, полагаем, не без грусти, как разъезжаются сотрудники правоохранительных органов, сообщил журналистам – их как раз пришло довольно много, – что 85 его соратников задержаны, и удалился.

Задержанных, кстати, обнаружить не удалось. По словам организатора, милиция просто не выпустила их из автобусов, но минус этой версии в том, что никто этих автобусов не видел. Кроме того, если верить официальному сайту РНДС, у младокасьяновцев вообще нет отделения в Саратове. Ничего не знают о саратовском марше и коллеги Касьянова по уличной борьбе за свободу из московского ОГФ, о чем они честно «Эксперту Online» сообщили.

Все это, конечно, смешно, но не только. Саратовский курьез дает повод поразмыслить об идеальной форме уличной политики.  Марши, разогнанные с жесткостью, переходящей в необоснованную жестокость, показали: вообще неважно, сколько протестующих выйдет на улицы. Ключевые участники оппозиционных акций – это не оппозиционеры. Формат задают совсем другие люди.

Люди в форме – с одной стороны и люди с камерами – с другой. ОМОН и журналисты, которые ОМОН фотографируют. ОМОН, кстати, охотно бьет журналистов, это многие коллеги на себе проверили. Собственно, оппозиционеры здесь – даже не прослойка, а так, повод для встречи одних с другими.

Причем зверства ОМОНа – это просто издержки становления нового жанра. От милиции не требуется вообще никаких действий. Достаточно просто держать строй, чтобы дать простор интерпретациям. В ровных рядах «космонавтов» желающие могут увидеть все что угодно – зверства режима, например. Становление полицейского государства. Несокрушимость суверенной демократии. И торжество ее же. Созерцание реальной донельзя и одетой в «скафандры» политики настолько потрясает журналистов, что даже в рамках одного издания появляются диаметрально противоположные точки зрения на то, что же ОМОН собой символизирует – стабильность либо произвол.

И вот в Саратове сделан первый шаг к созданию идеальной модели политического действа (или даже действия). Одинокий оппозиционер, конечно, немного портит картинку, но ведь это всего лишь начало. Митинг, на котором присутствуют только милиция и журналисты, – то, к чему мы, видимо, движемся, и то, что всех устроит. Милицию – потому что достаточно просто стоять, экономя силы. Журналистов -- потому что для обоснования любых выводов милиции достаточно. И оппозиционеров, кстати, тоже, потому что их по крайней мере не будут бить.