Президентские поддавки

Виктор Ионов
3 июля 2007, 21:11

Путин в гостях у Буша вел себя как добрый следователь, стараясь убедить обвиняемого в том, что он всего лишь свидетель, а лучшего, чем следователь, друга у него и быть не может. Бушу хватило хитрости не поверить.

Получив приглашение посетить семейное поместье Бушей в Кеннебанкпорте, Путин его, конечно, принял. Но принял почти пренебрежительно, между делом, -- все равно, мол, в начале июля лететь в Гватемалу, так отчего бы по пути и не заскочить… Именно олимпийская презентация Сочи была конечным – и главным – пунктом путинского маршрута, а не встреча с главой последней империи. И это, безусловно, новое слово в российско-американских отношениях. Речь не о конфронтации (хотя отношения и стали хуже благодаря неожиданно обозначившейся российской несговорчивости, здесь соглашаются все эксперты), но об умении и, главное, готовности изящно подчеркнуть: для России Америка перестала быть точкой, вокруг которой вращается Земля. У российского президента могут быть дела и поважнее, чем встреча с американским коллегой. Возможно, для Буша этот нюанс оказался слишком тонким. Но нам из России приятней считать, что американский президент игру Путина понял и принял. Вот мы и будем так считать.

Сюда же – тот факт, что все серьезные разговоры были оставлены на потом, а первый день прошел за поеданием деликатесов и светскими беседами. Немедленного «отчета о проделанной работе» не последовало.

Работа началась на следующий день. Если отвлечься от воспоминаний о совместной победе над фашизмом, обязательных заверений в вечной дружбе и дежурных комплиментов, то главная тема разговора – американские планы по размещению систем ПРО в Европе.

Путин повторил ранее сделанное предложение о совместном использовании арендуемой Россией РЛС в Габалле и, более того, напомнил о давно существующих договоренностях, согласно которым планировалось создать два совместных центра мониторинга пусков ракет – в Москве и в одной из европейских столиц. Ясно, что реализация этого плана сделала бы станции слежения в Чехии и Польше попросту ненужными.

Если бы, конечно, американцев интересовала только неочевидная угроза ракетной атаки со стороны «стран-изгоев». Напомним, на всякий случай, что у Северной Кореи баллистические ракеты есть, но пока летают они недалеко и имеют тенденцию разваливаться. А вот наличие таких ракет у Ирана (именно их и опасается вроде бы Буш) – большой неочевидный вопрос.

Очевидно другое – американцев интересуют именно русские ракеты. И Путин, и Сергей Иванов не  раз уже заявляли это открытым текстом. Но суть российской дипломатической игры – не в этом. Равноправные взаимоотношения с Америкой – вспомним наши начальные рассуждения о статусе визита – не эквивалентны доброй ссоре. Путин, конечно, добивается, чтобы Буш признал то, что и так всем очевидно. Чтобы Буш назвал вещи своими именами, чтобы прямым текстом сказал -- да, мы опасаемся России и защищаться собираемся от нее, а совсем не от мифических ракет Ахмадинеджада.

Оправдан ли такой ход? Точно ли нужно России попадание в список стран-изгоев? Конечно, нет. Суть российских предложений (которые, заметим, раз от раза все обширней и сложней) в том, чтобы заставить Буша признать «прицел на Россию», но признать как ошибку и тут же исправить с минимальными репутационными потерями. Здесь даже демонстрируется готовность на некоторые жертвы – непонятно ведь, пойдет ли на пользу обороноспособности России «совместное использование РЛС». Комментарии специалистов на этот счет звучат одновременно и слишком осторожно, не слишком убедительно. Вот что сказал, например, «Эксперту Online» Алексей Сигуткин, заместитель главы думского комитета по обороне: «Мы пока не вышли на тот уровень сотрудничества, когда можно создать совместную систему ПРО. Можем взаимодействовать по отдельным ее частям. Речь не идет о создании совместной системы, речь о совместном использовании станций и информации с созданием центров. Эти элементы могли бы быть встроены в международную систему, которая работала бы на США, РФ и другие страны. Это дало бы возможность снизить порог недоверия между странами.

Совместное использование Армавирской РЛС не ослабит обороноспособности РФ. Станция будет работать, часть информации в рамках достигнутых договоренностей будет передаваться в центры. Мы будем тоже иметь информацию от США».

Правда, главная проблема не в этих рисках. С вероятностью процентов в девяносто девять можно прогнозировать, что США предложения России отвергнут. Вернее, не давая однозначного ответа, продолжат гнуть свою линию. Собственно, слова, которые Буш сказал, провожая Путина в Гватемалу, навстречу олимпийским рекордам, и есть предельно внятный ответ, на который только можно рассчитывать: «Предложения очень интересные и требуют внимательного рассмотрения». А внимательное рассмотрение может длиться сколь угодно долго и совсем не исключает возможности строительства РЛС в Чехии и Польше.

Итак, агрессивная дипломатия Путина оказывается игрой на поражение? И да и нет: есть ведь еще один, чуть более глубокий уровень игры. Попробуем понять, зачем Бушу локаторы в Чехии и Польше? Точно ли Америка опасается, что Россия соберется однажды нанести ядерный удар? Нет, конечно. Бушу нужна точка умеренной конфронтации, пугалка для обывателя, которому не привыкать опасаться русских. ПРО – гениальная в этом плане находка, не настолько страшно, чтобы вновь нырнуть в холодную войну, но и недостаточно невинно, чтобы новая Россия, самоуверенная и агрессивная, просто проглотила бы эту американскую пилюлю. Путин, нервно намекающий на асимметричный ответ, -- прекрасная телекартинка для обывателя, а для неоконов – повод порассуждать в еженедельных колонках о том, что рано еще хоронить неубитого медведя, что Россия не менее опасна для США, чем Советский Союз, и, главное, что у власти в США должны остаться люди смелые, решительные и не готовые эту проблему игнорировать. Демонстрируя одновременно и пренебрежительность, и резкость, Путин внутри США добавляет очков Бушу, а в России повышает градус любви к себе, хотя куда уж, казалось бы.

К тому же и российской власти внутри страны нужно то же самое. Неплохо накануне судьбоносных выборов напомнить обывателю, что у России два союзника -- армия и флот, что всякий друг в любой момент может оказаться врагом, и что безопасность важнее некоторых гражданских свобод. Тем более поутихшие чеченские террористы давно, по счастью, не давали повода для актуализации последнего из перечисленных тезисов.

И с этой точки зрения проблема ПРО – приятная и выгодная для обоих президентов игра в планетарные поддавки.