ДТП калибра 9 миллиметров

Максим Агарков
26 сентября 2008, 20:09

Убийство старшего брата бывшего командира батальона спецназа «Восток» Руслана Ямадаева может стать детонатором кровавых разборок в Чечне, независимо от личности убийцы и мотивов преступления.

24 сентября в половине шестого вечера на Смоленской набережной Москвы был расстрелян бывший депутат Госдумы, представитель одного из наиболее влиятельных чеченских кланов Руслан Ямадаев. Картина происшедшего выглядит следующим образом. Руслан Ямадаев ехал на машине вместе с бывшим военным комендантом Чечни генерал-полковником Сергеем Кизюном. Mercedes, которым управлял Ямадаев (по некоторым данным, машина принадлежала Сулиму Ямадаеву), остановился на светофоре. Рядом притормозила представительская Audi, предположительно A8. По какой-то причине генерал открыл стекло со своей стороны, скорее всего, он откликнулся на знаки, подаваемые из стоящей рядом машины. После того как стекло было открыто, водитель Audi открыл огонь (с места происшествия было изъято около десятка гильз, остальные гильзы попали в салон машины киллера). Предположительно, стрельба велась из пистолета Стечкина (емкость магазина – 20 патронов), одиночными выстрелами, об этом говорит точность попаданий. Убийца ни разу не попал в боковое стекло со стороны водителя и в лобовое стекло, что неизбежно произошло бы при стрельбе очередями. Впрочем, кроме Стечкина мог быть использован и любой из пистолетов-пулеметов, использующих патрон от пистолета Макарова (таковых в России большинство), поставленный на стрельбу одиночными выстрелами. В результате генерал Кизюн получил ранения от попадания семи пуль, а Руслан Ямадаев – десяти.

Существуют три, вполне равнозначные версии убийства: бизнес-конфликт, политический конфликт Ямадаевых и Кадырова и вмешательство третьих сил, пытающихся дестабилизировать ситуацию на Кавказе. Все три варианта может роднить одна общая деталь – лучшим исполнителем для убийства является кровник клана Ямадаевых. С одной стороны, даже если исполнитель попадет в руки правоохранительных органов, он с маниакальным упорством будет утверждать, что совершил акт возмездия, а не заказное убийство. Впрочем, наличие управляемого кровника – желательный, но необязательный фактор убийства.

Бизнес-история Ямадаевых подмочена рейдом Сулима Ямадаева в Питер, который был сопряжен с откровенными бандитизмом. Группа чеченских силовиков, возглавляемая Сулимом Ямадаевым, взяла в заложники директора питерского мясокомбината «Самсон», которого под пыткой заставляли подписать бумаги, решавшие хозяйственный спор в пользу другой коммерческой структуры. Однако, по данным московских оперативников, питерский вояж – это лишь вершина айсберга. По оперативным данным московских сыщиков, в столице было несколько инцидентов, связанных с различными бизнес-структурами. Впрочем, в их решении стороны не перешли границ Уголовного кодекса, правда, для окончательного урегулирования вопросов пришлось прибегнуть к помощи политиков и генералов МВД.

Проигрыш войны Ямадаевых с Кадыровым (вряд ли бизнесмены иначе восприняли уход в отставку Сулима Ямадаева) позволил сделать вывод об относительной беззащитности Ямадаевых. Соответственно, кто-то мог решить, что устранение обойдется дешевле, чем продолжение взаимоотношений, и сделать «заказ».

Не стоит исключать версии о третьей силе. Однако она, пожалуй, наиболее сложна для расследования. Спектр тех, кто по тем или иным причинам желал бы устранить Кадырова или дестабилизировать обстановку в республике, весьма широк. Это могут быть как внутрироссийские, так и внешние силы. Впрочем, доказать участие что тех, что других вряд ли удастся.

И, наконец, версия, что заказ был сделан самим Кадыровым, – наименее вероятна. Открытая вражда с кланом Ямадаевых для чеченского президента представляет большую опасность для жизни. Батальон «Восток», из-за которого разгорелся скандал с Сулимом Ямадаевым, – силовой ресурс клана. После отставки Сулима руководство батальона осуществлялось ставленниками клана, а батальон – это около пятисот вооруженных и неплохо обученных бойцов.

Прямая вражда, а это наиболее вероятный сценарий, если Ямадаевы решат, что Рамзан Кадыров причастен к смерти Руслана, выльется в полномасштабную войну, уцелеть в которой невероятно сложно. Будучи фигурой публичной, Рамзан Кадыров не мог не понимать всей сложности своего положения. Ямадаевы во время боевых действий могут находиться где угодно, тогда он, как политик, не может долго отсиживаться в Центорое или Москве. То есть убийство кого-то из Ямадаевых, без того чтобы лишить их силовой поддержки, для него проигрышно. Однако не стоит исключать, что убийство заказал кто-нибудь из окружения Кадырова, желая сделать патрону подарок ко дню рождения (Рамзан Кадыров родился 5 октября). Правда, в этом случае подарок придется явно не ко двору. Даже если Рамзан Кадыров урегулирует взаимоотношения с Сулимом Ямадаевым, это не снимет до конца опасности силового противостояния. Вероятность того, что кто-то из дальних родственников не поверит в невиновность Кадырова и попытается отомстить, чрезвычайна велика. Сомневаться в том, что Кадыров в случае любого обострения ответит «из всех стволов», не приходится.

Любопытна одна деталь. Сообщение об убийстве Руслана Ямадаева чеченские собеседники «Эксперта Online» прокомментировали следующим образом: «Напрашиваются аналогии с Мовлади Байсаровым, однако не стоит исключать и бизнес-разборок. Ямадаевы имели определенные трения с бизнесменами, работающими в России». Впрочем, все, с кем удалось переговорить, настойчиво просили не упоминать их имена. Судя по всему, они опасаются и Рамзана Кадырова, с которым покойный имел трения, и родственников Ямадаева. В общем-то, слово «страх», пожалуй, наилучшим образом характеризует отношение жителей Чечни к обеим сторонам конфликта. К слову, убийство оппонента, политического или нет, никого на Кавказе уже не шокирует. Последовавший за гибелью Магомеда Евлоева взрыв насилия в Ингушетии для жителей выглядит чем-то обыденным. Однако и личности тех, на кого делает ставку Кремль, и дальнейшие планы России вызывают все больше вопросов. Складывается впечатление, что политика выстроена по принципу: «Делайте, что хотите, лишь бы в газетах об этом не печатали», поэтому громкие происшествия вызывают действительный гнев федеральных политиков. А все остальное – только легкую озабоченность.