На низком СТАРТе

Алексей Баусин
16 декабря 2008, 16:33

Договариваться о масштабах дальнейших сокращений российских и американских ядерных арсеналов представителям Москвы придется уже с руководителями новой, демократической администрации Белого дома. Последние восемь лет, что у власти в Вашингтоне находились республиканцы, диалог между Россией и США по военно-стратегической проблематике напоминал разговор умного с голодным. Проблема в том, что пока не ясно, будет ли следующий президент США более склонен учитывать точку зрения своих российских собеседников.

То, что неурегулированные проблемы, связанные с «оружием Судного дня», достанутся в наследство Бараку Обаме, стало ясно после завершившейся в понедельник встречи так называемой российско-американской группы по стратегическому диалогу. США на переговорах представляла межведомственная делегация политических и технических экспертов во главе с и. о. заместителя госсекретаря по контролю над вооружениями и международной безопасности Джоном Рудом. С российской стороны в переговорах участвовал заместитель министра иностранных дел Сергей Рябков.

В преддверии переговоров дипломаты с обеих сторон намекали, что ждать каких-то стратегических прорывов от этой встречи не стоит. Так оно и получилось. По итогам дискуссии, в ходе которой обсуждались такие краеугольные проблемы российско-американских отношений, как будущее Договора об ограничении стратегических наступательных вооружений (так называемый СНВ-1) и американская ПРО в Европе, замминистра иностранных дел Сергей Рябков заявил журналистам, что по ключевым моментам сблизить подходы сторон не удалось. «Но этого и не ожидалось», — отметил дипломат. Джон Руд был не менее дипломатичен. По его мнению, переговоры были полезны, так как позволили понять, что же беспокоит Москву. Справедливости ради надо отметить, что свои «озабоченности» российские представители уже не раз артикулировали на самых разных уровнях. Вот только прислушиваться к мнению своих московских партнеров в Вашингтоне не особенно стремились.

По окончании московских переговоров Джон Руд заявил агентству Reuters, что и Вашингтон, и Москва намерены заменить ныне действующий СНВ-1 новым соглашением. Проблема в том, что срок действия этого договора истекает аккурат в декабре следующего года. Его уход в небытие создаст серьезные проблемы военно-стратегического характера. Времени, чтобы договориться о содержании нового договора, остается чрезвычайно мало, а позиции Москвы и Вашингтона чрезвычайно разнятся.

«Взаимно гарантированное уничтожение»

На протяжении десятилетий проблема ограничения, а позднее и сокращения ядерных арсеналов двух супердержав была ключевой в американо-советских отношениях. Договор СНВ-1 (в английской аббревиатуре START-1) был подписан в 1991 году, а вступил в силу в 1994-м. Россия (правопреемница СССР) и США обязались сократить число своих баллистических ракет и бомбардировщиков, способных нести ядерное оружие, до 1600 единиц, а число ядерных зарядов — до 6 тыс. Все условия соглашения были выполнены к декабрю 2001 года. Стоит отметить, что на это соглашение завязан и Договор о сокращении стратегических наступательных потенциалов (СНП), подписанный в 2002 году и предполагавший сокращение стратегических вооружений до уровня 1700–2200 ядерных боезарядов у каждой из сторон.

При этом не стоит забывать, что вся сложная система международных договоров, которые позволили затормозить гонку ядерных вооружений, при администрации Джорджа Буша фактически была порушена. В 2002 году США вышли из договора от 1972 года по ограничению систем противовоздушной обороны. Не вступили в силу договор СНВ-2 (1993 год), рамочный договор СНВ-3 и соглашение о разграничении стратегической и нестратегической ПРО (от 1997 года). СНВ-1 оставался до сей поры фактически главным инструментом, позволявшим обеспечивать стратегическую стабильность в отношениях США и России.

Ждите ответа

Тем не менее старый договор СНВ-1 уже не устраивал ни Москву, ни Вашингтон. Например, согласно его положениям, российские военные не могли оснастить межконтинентальную баллистическую ракету «Тополь-М» разделяющимися головными частями индивидуального наведения без того, чтобы значительно изменить ее габариты. А это, в свою очередь, повлекло бы за собой серьезное увеличение стоимости ракеты. А ведь оснащение «Тополя» разделяющимися головными частями позволило бы использовать ее в качестве противовеса американской ПРО, отмечают эксперты. Кроме того, и система контроля, заложенная в договоре СНВ-1, чрезвычайно обременительна для России. С точки зрения американских экспертов, положения СНВ-1 во многом отражают реалии «холодной войны», а ведь сейчас США столкнулись с новыми вызовами своей безопасности.

В начале ноября Вашингтон направил Москве новые предложения относительно дальнейшего сокращения ядерных вооружений и будущего развития американской ПРО в Восточной Европе. Именно эти предложения и обсуждались в минувший понедельник. «Тот факт, что мы передали российским партнерам полный текст проекта договора, демонстрирует нашу искренность», — отметил Джон Руд журналистам по окончании переговоров в Москве. Проблема в том, что одной искренности для того, чтобы сдвинуть переговорный процесс с мертвой точки, будет явно недостаточно.

Подробности своих предложений американские дипломаты не обнародовали, но их российские коллеги уже объяснили, что не устраивает их в американском проекте. Москва не согласна с тем, что под сокращение должны идти только так называемые оперативно развернутые боезаряды, то есть те боеголовки и бомбы, которые якобы реально размещены в каждый данный момент на ракетах и бомбардировщиках, но не те, что могут там быть исходя из наличия «посадочных мест». Это позволило бы снимать и складировать боеголовки, но сами носители не демонтировать. Кроме того, серьезную озабоченность в Москве вызывает и американская концепция «глобального удара», в соответствии с которой США намерены оснастить часть своих стратегических ракет обычными высокоточными боеголовками — для борьбы с террористами в масштабах всей планеты. Эти носители и стратегические средства в неядерном оснащении США также бы хотели вывести за рамки договора. Но как можно определить, в каком оснащении — ядерном или обычном — проведен пуск стратегического носителя? В общем и целом, как подчеркнул нынешний министр обороны Роберт Гейтс в октябре этого года, новое соглашение должно быть более коротким, более простым и более легким для адаптации к условиям реального мира, чем большинство соглашений по стратегическим вооружениям, что мы наблюдали последние 40 лет. А в Москве рассчитывают на соглашение, предусматривающее более масштабное сокращение боеголовок и введение ограничений на средства их доставки.

Полное отсутствие какого-либо прогресса на переговорах в Москве было зафиксировано и по такой острой проблеме, как размещение элементов американской ПРО в Восточной Европе. По словам Джона Руда, США готовы допустить российских военных на объекты американской противоракетной обороны в Польше и Чехии. Но стоит отметить, что и в Варшаве и Праге к перспективе появления наблюдателей из Москвы отнеслись весьма негативно.

Вся надежда на Обаму

«Диалог будет продолжен с новой администрацией. Мы надеемся, он будет более интенсивным», — отметил по окончании переговоров в Москве Сергей Рябков. Действительно, недавно избранный президент Барак Обама заявил в эфире телеканала NBC, что намерен «переоценить» и улучшить отношения между Вашингтоном и Москвой. По словам Обамы, США хотят «взаимодействовать» с Россией, в частности по таким проблемам, как борьба с терроризмом и нераспространение ядерного оружия. На сайте «переходной администрации» указывается, что будущий главнокомандующий американскими вооруженными силами выступает за «драматические сокращения американского и российского арсеналов ядерного оружия и материалов». Будет ли это «разоруженческая драма» со счастливым концом, пока остается только догадываться.