Антикризисная диета

19 декабря 2008, 13:40

Боровичский комбинат огнеупоров (БКО) – одно из крупнейших и старейших предприятий Новгородской области – больше 150 лет назад заложил шведский ученый и промышленник Эммануил Нобель, отец известного основателя престижной премии Альфреда Нобеля. От старых стен сегодня мало что осталось, но неизменным со времен Нобеля остается профиль производства. Как и 150 лет назад, тут выпускают огнеупорные изделия всевозможных модификаций для всех отраслей, где требуется теплостойкий материал: металлургической, атомной, нефтяной, газовой, стекольной и цементной промышленности. При этом комбинат огнеупоров – градообразующее предприятие города Боровичи с годовым оборотом около 4 млрд рублей, где трудится почти каждый пятый трудоспособный горожанин. Понятно, финансовую погоду в Боровичах делает комбинат, за что его и называют «барометром».

Ненастье «барометр» стал показывать в ноябре – до БКО докатился кризис, уже настигший партнеров. Ведь предприятие в новгородской глубинке, второй по величине производитель огнеупорной продукции в России, что называется, пуповиной связано с металлургией (40% объемов), нефтяной и газовой отраслями (40%). Остальные 20% объемов приходятся на атомщиков, стекольную промышленность, производителей цемента и строителей. А какие времена переживают партнеры БКО – Новолипецкий металлургический комбинат, «Северсталь», «Петросталь», «Электросталь», «Норильский никель» и другие, известно. Только цеха, обеспечивавшие огнеупорами металлургов, в декабре были загружены на 30-50%.

К счастью, последний десяток лет менеджмент комбината упорно занимался диверсификацией производства, обеспечивая ему защиту от форс-мажоров. Боровичские огнеупорщики первыми в стране в 1998 году стали выпускать пропанты – уникальные, размером с зернышко гранулы, применяемые для повышения эффективности работы нефтяных и газовых скважин. Боровичский импортозаменяющий товар давно оценили «Газпром нефть», «Сургутнефтегаз», компания Shlumberger и др. В большей степени пропанты «вытащили» комбинат и помогли избежать надвигавшейся социальной напряженности: это производство работало со 100-процентной загрузкой, поскольку нефтяную и газовую отрасли так основательно, как металлургию, кризис пока не подкосил. Заработанные на этом виде продукции деньги без задержек выплатят пятитысячному коллективу комбината. Правда, заработная плата рабочих, говорят управленцы, составит только 65% «благополучной» (17 тыс. рублей), которую платили еще в октябре. То есть она приведена в соответствие с объемами производства. На «диету» сели и топ-менеджеры: в ноябре им снизили зарплату на 15%, в декабре – еще на 25%. То есть только на оплату управленческого персонала затраты снизили на 40%.

«Сегодня ситуация на предприятии хуже, чем мы предполагали два месяца назад. При таких объемах производства комбинат работает в ноль, то есть без прибыли, – говорит генеральный директор Владимир Можжерин. – Акционеры это понимают и приняли решение: даже если некоторое время придется работать в убыток, не останавливать производство. Ведь в оборотные средства отвлечены огромные деньги. Мы готовы даже к тому, чтобы отдавать свой товар потребителям без предоплаты, с гибкой системой расчетов. Потому что верим: все равно экономика выберется на новый виток развития». Как говорит Можжерин, совет директоров компании принял программу действий, построенную на жесткой экономии. Управленцы уже назвали ее программой борьбы за существование. От так называемой «тринадцатой» зарплаты, которую на БКО платили аккуратно с незапамятных времен, решили отказаться, укорочено рабочее время, сдвинут график отпусков, сокращены командировки. Здесь экономят на всех видах затрат, в том числе и на служебном транспорте. До пересадки на велосипеды, правда, дело не дошло, но даже машина гендиректора используется с ограничениями. Воспользовавшись низкой загрузкой в цехе, работавшем на металлургию, погасили печь обжига, выведя ее в ремонт.

Тут хорошо понимают: время кризиса – это возможность основательно реструктурировать активы, в первую очередь непрофильные. Их у крупной и социально ответственной компании немало. «Да, в автономное плавание, то есть на самоокупаемость, нужно бы отпустить и стадион, и каток, – рассказывает Можжерин. – Но там занимаются в основном ребятишки, как с них деньги брать? Пока берем на себя убытки и дома культуры, и медсанчасти, и базы отдыха. Вся эта социальная инфраструктура предприятия обслуживает наших же работников, и их же трудом была создана». Больше того, введя режим жесткой экономии, совет директоров компании решил сохранить условия внутренней ипотеки. Уже несколько лет БКО компенсирует своим работникам, строящим жилье, 50% ставки по кредиту, полученному в Новобанке, основным акционером которого является комбинат.

Совет директоров рассчитывает, что принятые меры позволят в первом, самом трудном квартале года не сбросить объемы производства ниже декабрьских. Но ставка сделана не только на экономию затрат, но и на продвижение вперед. «Наши маркетологи, – рассказывает гендиректор, – агрессивно ищут новые рынки сбыта пропантов и огнеупоров за рубежом. Мы активно продвигаем совместный проект с Китаем, совместное производство продукции уже налажено и она поступает потребителям. Не остановили работу над инвестиционным проектом по выпуску стеклобруса для кладки дна стекловаренных печей. И, конечно, рассчитываем, что в борьбе за выживание сработают все наши преимущества – обширная (5 тыс. наименований) номенклатура производства, отсутствие долгов по зарплате, налоговым платежам, низкий уровень кредитных ресурсов в финансовом обороте комбината, высокое качество товара и квалификации работников».

Боровичские огнеупорщики работают на высококонкурентном рынке, где, по оценке экспертов, занимают первую ступеньку на отраслевой лестнице. Но в затылок дышат, производя товар по демпинговым ценам, украинские предприятия. Правда, такой широкой номенклатуры товара ни у кого, кроме БКО, больше нет. Словом, боровичане надеются не только на то, что их потребители, израсходовав все запасы огнеупоров или войдя в «путинский список», начнут наращивать объемы, но и на кризисный дарвинизм, способный расчистить ряды конкурентов.