Линейное ухудшение

Сергей Журавлев
2 сентября 2009, 15:07

Новая статистика ЦБ: на каждый рубль просрочки граждан приходится три рубля просроченных долгов предприятий. Доля проблемных кредитов хотя и продолжает расти, но пока что вполне линейно. Если экстраполировать даже на год вперед тренд последних десяти кризисных месяцев, то цифры выходят сравнительно умеренные, отнюдь не апокалипсические – примерно 17% совокупного кредитного портфеля.

Вышедшая вчера статистика ЦБ зафиксировала рост доли просроченных кредитов к началу августа до 5,3% по корпоративным ссудам и 5,9% по кредитам населению. Причем без учета Сбербанка ситуация выглядит похуже – на 1,2 процентного пункта для предприятий и на 1,5 для населения. В абсолютных цифрах сумма недоплаченного банкам заемщиками достигла к концу июля 920 млрд рублей, это примерно 2,5% ВВП, при этом на каждый рубль просрочки граждан приходится три рубля просроченных долгов предприятий. Примерно столько (около 940 млрд рублей, включая выкупленную бюджетом допэмиссию акций ВТБ на 180 млрд рублей) банки и получили на рекапитализацию от государства. Так что с точки денежных потоков банковскому сектору в целом от этой неаккуратности заемщиков, пожалуй, не жарко и не холодно. Правда, только «в среднем по больнице», ведь кто-то государственными деньгами завален с ног до головы, а кто-то и обойден, да и ситуация с неплатежами у разных банков разная.

Примерно так же линейно растут и резервы под потери по ссудам – по данным ЦБ, к началу августа они покрывали 11% остатка ссуд, выданных населению и 7,9% корпоративных кредитов.

 

 pic_text1

Значительно хуже обстоит дело с динамикой показателя, отражающего всю величину кредита, по которому имеется длительная задержка платежа. Это поквартально публикуемая статистика, поэтому о довольно резком ускорении роста «плохих» ссуд можно говорить применительно ко II кварталу, когда вроде бы и эффект девальвации немного сгладился, и спад в производстве прекратился. Но зато к этому времени банки, вероятно, смогли более адекватно оценить финансовое положение заемщиков и учесть его при отнесении ссуд к числу проблемных.

На сегодня, даже исходя из линейной экстраполяции (а фактически рост был круче), доля «плохих» ссуд в кредитах населению и предприятиям уже почти наверняка превысила потолок в 10%, первоначально обещавшийся финансовыми властями на конец года. Это, еще раз напомним, ко всей массе кредитов предприятиям и населению, в отдельных сегментах она наверняка существенно выше – в частности, по потребительским кредитам (например, автокредитам). Исходя из просрочки и объема созданных резервов она может быть оценена в 13-15%, по жилищным – около 20%. Однако в силу особенностей этих ссуд – первые сравнительно короткие, по вторым – основная масса неплательщиков, вероятно, уже выявилась, можно предположить, что в будущем они станут расти уже не так резво, а основной рост придется на задолженность предприятий.

По нашим консервативным оценкам, доля «плохих» ссуд составит 13% кредитного портфеля банков к концу текущего года и 17% – к середине следующего года. Почему можно говорить о столь длительном периоде ухудшения качества ссуд? Во-первых, рассчитывать на существенное изменение условий, вызывающих напряженность с обслуживанием кредитов в ближайшие полгода, а то и дольше, не приходится. А это, напомним, и падение рентабельности производства, и резко выросшая долговая нагрузка в отношении к упавшему даже по номиналу ВВП, и неожиданно ставший положительным из-за дезинфляции реальный процент, ну и т. д. – следящие за деловой прессой легко продолжат ряд самостоятельно. Во-вторых, средняя дюрация кредита предприятиям составляет, по нашим подсчетам на основе данных ЦБ, около двух лет. На этот период, очевидно, и может растянуться нарастание неплатежеспособности по кредитам, выдававшимся еще в период кредитного бума. Ну и, наконец, если с будущего года перестанут действовать временные, более либеральные правила отнесения ссуд к проблемным, плюс будет введено резервирование под активы, передаваемые в закрытые инвестиционные паевые фонды (ЗИПФы, об этом ниже), то доля «плохих» ссуд может вырасти достаточно резко, до 20% и более.

Конечно, к официальным статданным по «плохим» долгам надо относиться с известной осторожностью. Ведь банки маскируют реальное положение дел с «плохими» ссудами, чтобы избежать быстрой «раскапитализации» и не лечь на санацию, а то и вовсе остаться без лицензии. К легально временно разрешенным способам делать это через реструктуризацию и пролонгацию с весны этого года добавился вывод «плохих» кредитов в специальные фонды. По данным консалтинговой компании «Вермонт финанс», на 1 августа локализацией проблемных кредитов занимаются 23 закрытых фонда, восемь из которых уже сформированы и в них инвестировано (считая как переданные кредиты, так и денежные средства) около 2 млрд рублей. Это своего рода «плохие» банки, на которые перекладывается работа с проблемными активами, что в принципе облегчает работу банкам. Но проблемные ссуды в этом случае выводятся из-под процесса резервирования, что снижает надежность банковской системы. Поэтому ЦБ собирается усложнить процесс перевода активов в ЗПИФы, введя резервирование и для паев банков в таких фондах. Но можно полагать, что маскировка плохой задолженности может быть и гораздо более креативной, чем вывод ее в ПИФы. Уследить за всем и оперативно отреагировать регулятор просто не в состоянии. Во всяком случае реальные цифры «просрочки» могут быть существенно больше, чем это вытекает из данных ЦБ.