Взгляд из Анкары

Евгения Новикова
29 апреля 2010, 19:36

Накануне визита президента России в Турцию эксперты обеих стран обменялись мнениями по поводу перспектив развития двусторонних отношений. Похоже, ожидания Москвы более оптимистичны, нежели Анкары. По крайней мере, российские аналитики высказывают значительно меньшую настороженность нынешним положением дел, тогда как турецкие выражают опасения по поводу ряда политических и экономических аспектов взаимодействия двух стран.

«В

ближайшее время вряд ли стоит ожидать армяно-турецкого сближения», — заявил Ильяс Камалов, эксперт по политическим вопросам Центра стратегических исследований Среднего Востока. По его словам, оно невозможно без решения карабахской проблемы, а ту, в свою очередь, невозможно разрешить без участия Турции. Такова официальная позиция Анкары. По словам Камалова, «ошибочно» не приглашать Анкару для обсуждения урегулирования в НКР, и доказательство тому — тот факт, что до сих пор деятельность минской группы ОБСЕ «не принесла результатов». «Только совместные усилия Турции и России в обеспечении стабильности на Кавказе дадут результат», — уверен он.

Как известно, позиция Армении по этому поводу неизменна: Турция не имеет право вмешиваться в решение Карабахского конфликта и Ереван на уступки не пойдет. Такая позиция была озвучена на самом высоком в Армении уровне, поэтому ясно, что в ближайшее время подвижек в формате «Анкара-Ереван» ждать не следует.

Вместе с тем глава МИД Турции Ахмет Давутоглу на днях сообщил турецкому меджлису, что тема Карабаха станет едва ли не ключевой в ходе предстоящего в мае визита Дмитрия Медведева в Анкару. «Мы против продолжения действующего статус-кво на Кавказе», — заявил глава турецкой дипломатии. По его словам, нерешенность проблемы НКР не отвечает интересам стран региона и мешает миру и стабильности. «Впредь Турция и Азербайджан будут координировать свои шаги. Никакие действия не могут навредить отношениям Турции с Азербайджаном», — сказал министр. Отметим, это заявление о родственных чувствах было сделано на фоне газовых переговоров между Анкарой и Баку. Экономика, как известно, тесно сплетается с политикой.

По мнению турецкого эксперта, развитие дипломатических отношений между Турцией и Арменией и решение вопроса НКР «не отвечает интересам России, поскольку Москва не хочет потерять союзника на Кавказе». И вообще, разрабатывая стратегию в отношении Турции, РФ испытывает «давление армянской диаспоры», что подтверждается принятием в 1995 году российским парламентом резолюции, признающей геноцид армян в Османской империи, пояснил Ильяс Камалов «Эксперту Online». Так ситуацию видят из Анкары. Но это не единственное непонимание между РФ и Турцией. По мнению Ильяса Камалова, Турция подозревает, что РФ «разыгрывает энергетическую карту». Это правда, но и Анкара разыгрывает свою «транзитную карту», стремясь использовать выгодное геополитическое положение и стать евроазиатским транзитером энергоносителей. Обе страны ведут переговоры со странами-обладателями газа, успех зависит от многих обстоятельств. Разница лишь в том, что Турция стремится наполнить «Набукко», а Россия — «Южный поток». Это национальная политика, защита собственных интересов, а не предмет обид или недоразумений.

Третий вопрос Анкары к Москве — это отношение к Курдской рабочей партии, которая в Турции вне закона, а Россия «до сих пор не внесла ее в список террористических организаций», сетует Камалов. Напомним, СССР всегда поддерживал национально-освободительное движение в зарубежье. А Курдская рабочая партия (КРП) вела именно такую борьбу. Это правда, у КРП есть радикальное крыло. Но требования партии — культурная автономия для курдов — отнюдь не террористическое требование. И ведение бомбардировок курдских сел, которые, по утверждению Анкары, заселены боевиками, — поддержать и оправдать сложно. Особенно когда гибнут мирные жители, в том числе дети. Хотя, конечно, нельзя исключать, что руководствуясь какими-либо высшими мотивами, Россия, в конце концов, внесет КРП в список террористических организаций. Но пока такого поворота ничто не предвещает.

Четвертый пункт, которым недовольна Анкара, — кипрское урегулирование. По версии эксперта из Анкары, Турция «ждет большего участия России в этом вопросе».

А вот у РФ, по его словам, лишь один вопрос к турецкой стороне: «Москва рассматривает Анкару как стратегического партнера Вашингтона». И это обусловливает «недоверие». Хотя, конечно же, предстоящий 11–12 мая визит президента Медведева в Турцию принесет много позитива: как минимум обоюдную отмену виз и соглашение о стратегическом сотрудничестве, говорит Ильяс Камалов.  

Турецкие экономисты, в свою очередь, сетуют на несбалансированность наших отношений. Как рассказал представитель Турции во Всемирном энергетическом совете Недждет Памир, общий объем товарооборота РФ–Турция составляет 38 млрд долларов. И 36 млрд из этой суммы — российский экспорт. Несбалансированность налицо.

Экономиста беспокоит энергозависимость Турции от России. Около 33% закупаемой нефти и 64% закупаемого газа — российские. Надо диверсифицировать источники, говорит Памир. Турция поэтому ведет переговоры с Азербайджаном и Туркменией. Кроме того, она развернула активную политику в иранском направлении.

Отвечая на вопросы «Эксперта Online», Недждет Памир, заявил, что, согласно ранее заключенной договоренности, Анкара закупает в Азербайджане 6,6 млрд куб. м газа. Но хочет 8 млрд — для собственных нужд и «Набукко». С июля 2007 по апрель 2009 года Турция платила по 120 долл. за 1 куб. м. О новой цене и новом объеме идут переговоры с апреля прошлого года. Они не завершены. Министр энергетики Турции время от времени информирует прессу. Так, на днях он сообщил, что новая цена как будто согласована, но не разглашается как коммерческая тайна, новые объемы неизвестны. Турция ревнует Азербайджан к России: тот «излишек» запасов месторождения Шах-Дениз, на который могла бы претендовать Анкара, составляет 3,5 млрд куб. м. Но стало известно, что Россия вместо ранее согласованных 0,5 млрд получит 2 млрд куб. м.

Что касается газового сотрудничества с Тегераном, то подписанному не так давно протоколу о сотрудничестве в этой сфере между Турцией и Ираном не суждено воплотиться в соглашение, полагает Памир. «Нынешнее правительство Турции не может вести независимую от США политику, — полагает он. — После эмбарго США в отношении Ирана у Анкары не было планов работы в исламской республике». Из этого заявления турецкого эксперта следует как минимум один вывод: если Анкара не пойдет в ближайшее время вне русла политики США на Среднем Востоке, то ее позиция в отношении невозможности одобрить введение новых санкций в отношении Ирана, которые готовит Совбез ООН, претерпят изменение.