Диспут на исторические темы

Алексей Клепиков
7 мая 2010, 17:07

В период между двумя майскими праздниками в Петербурге разразилась горячая общественная дискуссия. Повод, казалось бы, малозначителен – быть ли в городе мемориальной доске в память о члене Политбюро, секретаре ЦК КПСС Григории Романове. По одну сторону баррикад – коммунисты и губернатор Валентина Матвиенко, сделавшая при Романове головокружительную комсомольскую карьеру, по другую – либеральная оппозиция и творческая интеллигенция, обвиняющие Романова в жесточайшей цензуре и антисемитизме.

Правительство Санкт-Петербурга 23 апреля приняло постановление «Об установке мемориальной доски Г.В. Романову». Документ предписывает установить доску в 2010 году на фасаде дома №1/5 по улице Куйбышева, где член Политбюро и секретарь ЦК КПСС проживал с 1972 по 1984 годы. Григорий Романов был крайне неоднозначной фигурой в поздней советской истории. Он принадлежал к сторонникам жесткой руки, был последовательным соратником Юрия Андропова. Собственно, после смерти Андропова Романов считался одним из наиболее вероятных кандидатов на пост генерального секретаря ЦК КПСС. Оставался он в обойме и после смерти Константина Черненко. Реальную конкуренцию ему мог составить лишь Михаил Горбачев, на которого в итоге и сделали ставку члены Политбюро. В июле 1985 года, то есть всего спустя три месяца после вступления в должность генсека, Горбачев вывел Романова из Политбюро и отправил на пенсию. Если бы в той подковерной кремлевской борьбе начала 1985 года победил Романов, возможно, мы до сих пор бы жили в Советском Союзе со всеми его достоинствами и недостатками.

О появлении постановления петербургского правительства стало известно 29 апреля. По любопытному стечению обстоятельств именно в этот день состоялось открытие аналогичной мемориальной доски в Москве. Она установлена на доме №15 по Леонтьевскому переулку, где Романов проживал в 1985-2008 годах, то есть уже после окончания активной партийной карьеры. На фасаде того же дома размещены доски в память о другом члене Политбюро, министре иностранных дел СССР Андрее Громыко, а также о члене ЦК КПСС, маршале Советского Союза Андрее Еременко. Церемония прошла спокойно. Из высших чинов КПРФ ее удостоил вниманием лишь член президиума, секретарь ЦК партии Дмитрий Новиков.

В Петербурге, в отличие от Москвы, памятная доска Романову еще не установлена, но градус общественного мнения начал накаляться. Причина проста: с 1970 по 1983 годы Романов был первым секретарем Ленинградского обкома КПСС, то есть главой региона, объединяющего в нынешних границах два субъекта РФ – Санкт-Петербург и Ленинградскую область. Коммунисты, разумеется, горячо поддержали решение Смольного. «Я однозначно „за”, Романов относится к плеяде крупнейших руководителей советского государства, это государственный деятель очень высокого ранга, он много сделал для города, для страны в целом, – отметил член фракции КПРФ в законодательном собрании Северной столицы Владимир Федоров. – И когда мы хотим кого-то запечатлеть в истории, то про этого человека можно сказать, что он уже оставил свой след в истории. Это правильное решение, и вообще он заслуживает памятника». Коммунисты напоминают, что именно при Романове город получил мощный импульс к развитию: началось строительство дамбы (оно, к слову, не закончено до сих пор), введено в строй свыше десятка линий метрополитена, построены Спортивно-концертный комплекс им. Ленина, Дворец молодежи и масса других объектов культуры, стала развиваться сеть профтехучилищ, укреплялась «оборонка».

Однозначно «за» выступает и губернатор Валентина Матвиенко. И не только потому, что под постановлением городского правительства стоит ее подпись. Согласно петербургскому законодательству, мемориальные доски могут устанавливаться лишь в память о выдающемся человеке, со дня смерти которого прошло не менее 30 лет. Романов же скончался летом 2008 года. Впрочем, в законе есть исключения. Они касаются памяти лауреатов Нобелевской премии, почетных граждан города, а также «иных жителей Санкт-Петербурга, внесших значительный вклад в определенную сферу деятельности, по письменному указанию (поручению) губернатора». Следовательно, перед вынесением вопроса на заседание правительства такое письменное указание губернатора было получено. Это неудивительно: именно при Романове Матвиенко совершила головокружительную комсомольскую карьеру – от рядового инструктора райкома комсомола до первого секретаря обкома ВЛКСМ. Такую должность без согласования с руководством обкома партии, как известно, занять было невозможно. Сама Матвиенко пока хранит молчание по поводу установления доски. Возможно, она делает это намеренно – чтобы не разжигать страсти в канун Дня Победы, тем более что Романов действительно прошел почти всю войну.

Но оппозиция молчать не стала. Во вторник бюро петербургского регионального отделения партии «Яблоко» выступило с обращением к Матвиенко о недопустимости установления памятной доски. «Григорий Романов – человек, имя которого связано с мрачными и гнетущими страницами в истории Ленинграда, – подчеркивается в документе. – Он уничтожал и травил деятелей культуры, изгнал из города Сергея Юрского и Аркадия Райкина, Иосифа Бродского и Сергея Довлатова, преследовал Георгия Товстоногова. Он подавлял любое свободомыслие и отличался патологическим антисемитизмом. Он запрещал неугодные книги, фильмы и спектакли, он ненавидел интеллигенцию и по праву стал одним из символов эпохи застоя. Увековечение его памяти – оскорбление не только для нас, но и для всех, кто стал жертвой „романовщины”, подвергался преследованиям и травле».

«Яблочников» довольно быстро поддержала творческая интеллигенция. Она в открытом письме правительству города потребовала отменить решение об установлении мемориальной доски в память о Романове. «Мы, и поныне живущие в Петербурге, а также те, кто вынужден был покинуть наш город, когда его возглавлял Григорий Романов, глубоко оскорблены решением об увековечении его памяти, – говорится в обращении. – Мы хорошо помним первого секретаря обкома КПСС Григория Романова – человека, душившего культуру, науку, искусство и свободу, ненавидевшего интеллигенцию, изгонявшего из города артистов, поэтов и художников, и сделавшего все, чтобы превратить Ленинград в „великий город с областной судьбой”. В память тех, кого уже нет в живых, – Ольги Берггольц, Дмитрия Лихачева, Иосифа Бродского, Аркадия Райкина, Георгия Товстоногова, Сергея Довлатова– и от имени всех других, кого Романов подвергал унизительной травле, мы требуем немедленной отмены этого возмутительного постановления. Если этого не будет сделано, то в память о наших умерших товарищах и тех, кого Романов выжил из нашего города, мы выпустим сборник, в котором расскажем о мрачных деяниях Григория Романова, которые мы прекрасно помним». Письмо подписали более 30 известных петербуржцев, среди которых артисты Олег Басилашвили, Лариса Дмитриева, Алексей Девотченко, кинорежиссер Алексей Герман, писатели Борис Стругацкий и Яков Гордин, адвокат Юрий Шмидт, рок-музыкант Юрий Шевчук, литератор Самуил Лурье, поэт Александр Кушнер.

Олег Басилашвили, комментируя обращение, приводит примеры того, как «с подачи лично Романова уничтожалось все передовое, талантливое, лучшее». «Великий режиссер Георгий Товстоногов, общепризнанная слава и гордость русского театрального искусства, не раз висел на волоске от увольнения, – вспоминает Басилашвили. – Романов неоднократно вызывал его в Смольный и буквально настаивал: не пора ли уходить из режиссуры? Великий артист Аркадий Райкин вынужден был покинуть Ленинград, потому что при Романове его подвергали ежедневной, даже ежечасной травле, распускали о нем грязные сплетни. Он уехал в Москву, где нашел покровительство местных властей, несмотря на то что те находились в той же партии, что и Романов. Схожая история была с моим товарищем по театру Сергеем Юрским. Можно вспомнить еще поэта Иосифа Бродского, которого Романов обвинил в тунеядстве, осудил и отправил в ссылку, прозаика Сергея Довлатова, эмигрировавшего в США, скульптора Михаила Шемякина... И такого руководителя увековечивать? Вы меня простите, но если и устанавливать доску господину Романову, то с указанием всех его деяний, всех!»

С Басилашвили солидарен и режиссер Александр Сокуров. Он считает, что такую мемориальную доску установить можно, но только в том случае, если на ней указать все, что успел сделать негативного для культуры города и страны Григорий Романов. По его словам, в это время в Ленинграде происходило ужесточение цензуры, причем гораздо большее, нежели в Москве. «Очень хорошо помню, как мчались эти его машины по Кировскому проспекту, я жил тогда там в коммуналке, – говорит режиссер. – Видел эти перекрываемые улицы, со страшным ревом мчащиеся автомобили. И страх, который был в коридорах „Ленфильма”, когда картины везли для показа в обком».