Лекарственная независимость

Ольга Горелик
12 июля 2010, 19:43

До 2015 года в России должно быть налажено производство 57 стратегически значимых лекарств, говорится в постановлении правительства России. Ими предполагается заменить западные аналоги. В Российской академии медицинских наук считают, что данная мера не сделает лекарства более доступными, а лишь поможет заказчикам и производителям разделить деньги.

П

равительство России утвердило список стратегически значимых лекарств. В данном перечне 57 позиций. Это препараты против онкологических заболеваний, заболеваний сердечно-сосудистой системы, гепатита В и С, болезни Гоше, рассеянного склероза и других недугов. Именно эти заболевания, отмечают разработчики документа, занимают первые места в структуре смертности населения страны. В списке имеются антибиотики, препараты для анестезии, противоопухолевые и противовоспалительные лекарства.

Правительство настаивает, чтобы к 2015 году все эти лекарственные средства производились только на территории страны и могли заменить дорогостоящие импортные аналоги. В документе отмечается, что список утвержден в целях повышения экономической доступности лекарственных средств для лечения наиболее распространенных заболеваний. «Минздравсоцразвития вместе с Минпромторгом подготовили список таких стратегически значимых лекарственных средств, которые на сегодняшний день в Российской Федерации не производятся, но это чрезвычайно важные лекарственные средства от наиболее распространенных и серьезных заболеваний. То, что они не производятся сегодня в России, конечно, делает их и менее доступными для населения. И здесь речь идет, безусловно, и о некоторых дорогостоящих лекарственных средствах, которые мы должны производить у себя», — заявил вице-премьер Александр Жуков.

Для того чтобы к 2015 году Россия сама могла обеспечивать себя включенными в список препаратами, подготовлена специальная программа. «Речь идет и о стимулировании российских производителей, и о привлечении инвестиций, в том числе инвестиций крупнейших иностранных компаний, которые готовы производить такие препараты на территории России», — добавил Жуков. В настоящее время включенные в перечень препараты производятся крупными фармацевтическими предприятиями, такими как швейцарские компании Roche и Novartis, французская Sanofi-Aventis, словенская KRKA.

Напомним, что согласно государственной стратегии «Фарма 2020», Россия должна производить более 50% всех лекарств у себя на территории. Сейчас этот показатель составляет 20%.

По данным аналитика компании «Фармэксперт» Давида Мелик-Гусейнова, многие из препаратов правительственного списка в настоящее время защищены патентами, и России придется совмещать производство лекарств с соблюдением прав интеллектуальной собственности. Есть несколько путей решения данной проблемы: государство может способствовать приходу иностранных компаний, которые открывали бы здесь свои производства, а отечественные фирмы могут либо могут производить копии утративших патентную защиту лекарств, либо выпускать лекарства по лицензии разработчиков.

По словам исполнительного директора «Аптечной гильдии» Елены Неволиной,  даже если у оригинальных препаратов патентная защита длится 5–7 лет, то до 2020 года Россия уложится. Возможно, производство 57 стратегических препаратов приведет к импортозамещению, но он не сделает лекарства более доступными для пациента, считают в Российской академии медицинских наук. «Не очень понятно, каким образом утверждение данного списка приведет к тому, что лекарства станут более доступны для пациента», — говорит президент Общества фармакоэкономических исследований, заместитель председателя формулярного комитета РАМН Павел Воробьев. По его словам, некоторые препараты, указанные в списке, уже производятся в России, но их цена не ниже, а, напротив, на 10–15% выше зарубежных аналогов. По мнению Воробьева, единственный способ сделать доступными лекарства от болезней, лидирующих в структуре смертности, — это сделать лечение бесплатным для пациента. «В противном случае данный список нужен лишь для того, чтобы распределить господдержку между фармацевтическими компаниями», — считает профессор.