И был разрушен

«Я не хочу обсуждать способы
и методы проведенной приватизации
– история не знает сослагательного
наклонения, и изменить то, что было
сделано 15 лет назад уже невозможно,
 – но её, оглядываясь назад, вряд ли
можно назвать неэффективной».
С.В. Алексашенко






Изменить невозможно? Приватизация 1990-х эффективна? Доводы члена правительства тех лет стоят обсуждения: фантомные боли общества в месте, где раньше находилась госсобственность, не проходят.

Одним словом называют два явления. «Тэтчеровская» приватизация 1980-х годов — продажа госкомпаний частному капиталу. Экономика Британии была до и осталась после частным рыночным хозяйством, с «подлеском» из сотен тысяч мелких и средних предприятий. В России 1990-х плановую систему меняли на рыночную. Поэтому г-н Алексашенко отчасти прав: планируемая ныне правительством продажа пакетов акций некоторых компаний несравнима с 1990-ми. Однако он лукавит, отождествляя задачи реформ 1990-х в целом и чубайсовскую «приватизацию»: это разные вещи. «Приватизация» не включала создание отсутствующего в России «подлеска», сводясь к  раздаче госимущества и этим напоминая приватизацию британскую. Судьбу «подлеска» отдали в «невидимую руку». Поэтому заслуга самой «приватизации» в формировании искомого Алексашенко «класса частных собственников» (точно ли он сформировался?) невелика. Отчего неистинен и тезис о ее социальной — про экономическую промолчим — эффективности. Сам Чубайс объявил о сугубо политической природе им совершенного: «Приватизация вообще не была экономическим процессом. Она решала главную задачу — остановить коммунизм».

Подлинная — даже не названная правительством — задача приватизации 1990-х состояла не в разгосударствлении существующих, а в создании новых мелких и средних частных предприятий. (Разгосударствление должно было идти в третью очередь, очень постепенно,  в течение долгих лет  и исключительно за деньги). Первый кооперативный ресторан Федорова на Пречистенке был такой «социальной» приватизацией, акционирование Челябинского металлургического — нет. Челночник представлял новый класс, держатель купленной на даром полученный ваучер акции — нет. Операторы мобильной связи, сети супермаркетов, банки, дистрибьюторы сложной техники, возникшие «из ничего» —  новая частная экономика. Полученные почти задаром советские госкомпании — нет: их хотели выгодно сбыть с рук, а не налаживать годами производство, в крайнем случае, «выдоить» до конца и бросить.  

Г-н Алексашенко видит неотложность  приватизации 1990-х (довод в пользу бесплатности и оправдание продажи по дешевке) в том, что «после развала советской системы отраслевых министерств реальными собственниками предприятий стали их директора, которые единолично распоряжались и финансовыми потоками, и активами предприятий. А государство зачастую не только не получало от них ничего, но и не имело рычагов для смены директора». Сильно! А кто мешал получить «рычаги», издав необходимые указы президента? Такая задача не была даже поставлена. Ставилась другая: передача общих богатств немногим. (Не ведаю, как и кем немногие определялись. Исключать ли версии, подобные роману «Нефть» М. Юденич). Если бы горело создать быстро хозяина, следовало разом отдать контроль над предприятиями в собственность директоров и рабочих, а не затевать мороку с ваучерами. Директора с инженерной подготовкой, знавшие и понимавшие свои предприятия, справились бы по меньшей мере не хуже, чем поднявшиеся на вполне диких в то время торговле и финансах «бенефициары» 1996 года.

Позднейшие разговоры про «сдерживание коммунизма» (Чубайс) и оценка эффективности приватизации через «создание класса» (Алексашенко) — самооправдание задним числом бездарного замысла и недобросовестного исполнения сугубо экономического дела (как разговоры о «спасении страны от голода и гражданской войны» в 1992 году оправдывают любые решения того правительства). Как «сдержать коммунизм» приватизацией? Большевикам разве помешало в 1917 году то, что страна была насквозь частная? Что из «достижений» приватизации 1990-х стало препятствием национализации в «2017»? Раздача ваучеров? Присвоение нефтяных компаний нелюбимыми народом олигархами? Выход акционеров Сбербанка на баррикады против новых «большевиков»? Лукавит Чубайс. В 1980-х, когда они приватизацию продумывали, задачи «сдерживания коммунизма» не существовало. В 1992 году, когда ее планировали, коммунизм лежал поверженный. «Задача» встала на повестку «демократов» к 1996 году, когда население, глубокой уязвленное  реформами и «демократией», шарахнулось от них.

Частное лицо хозяйствует рачительно, когда собственность нажита годами и трудами: приобретенное за бесценок правильной мотивации не создает. Эту истину «первая» приватизация подтвердила — и хорошо, что ныне правительство мыслит в том же русле: создаваемый «инфраструктурный фонд» предполагает участие частного капитала и  управление им по правилам фондов прямых инвестиций. Никто не препятствовал подобным же образом действовать с крупными предприятиями — очень не торопясь! — и в «первую» приватизацию. «Остановка коммунизма» обернулась присвоением народного богатства за бесценок ловкачами. Самое ужасное, это проделали формально легитимным способом, по законам и указам. Которые — есть ли сомнения? — были куплены «бенефициарами» приватизации и по существу незаконны. Однако выход имеется. В Америке миллиардеры решили половину денег отдать на благотворительность. Наши «залоговые аукционисты», как люди, не менее баффетов порядочные, с удовольствием вернут сами, добровольно, не менее 90% акций. Например, передав их дефицитному Пенсионному фонду, на средства которого живут нетрудоспособные создатели прихватизированных советских богатств. 10% — пусть отставят как отступное и зарплату за прошедшие 14 лет работы.

Катон Старший многократно заканчивал речи фразой «Карфаген должен быть разрушен» — и Карфаген был разрушен. Не последовать ли доброму примеру? Неправедно обретенное возвратить народу!

Новости партнеров




Масло выведут «под арбитраж»

Пока власти определяются со сроками введения нового норматива для растительных масел, крупные масложировые холдинги в срочном порядке изыскивают средства на модернизацию. Путь, который ЕС проходил в течении 14 лет, российский бизнес должен пройти максимум за пять лет

«Эксперт Северо-Запад» начал прием заявок на премию «Эксперт года-2020» 18+

Станьте экспертом года в одной из 20 отраслевых номинаций. Подайте заявку на бизнес-проект, общественную или культурную инициативу — и получите признание делового сообщества. Совет премии по доброй традиции возглавил Михаил Пиотровский

РСХБ удвоил поддержку птицеводов-экспортеров

В прошлом году Россельхозбанк выдал экспортерам мяса птицы около 56 млрд рублей, это более чем вдвое превышает показатели 2018 года

«В гонке онлайн-банков мы догнали лидеров»

Председатель совета директоров СКБ-банка Александр Пумпянский — об оптимальной доле онлайн-операций, затратах на онлайн-банкинг и будущем цифрового банкинга
Новости партнеров

Tоп

  1. У меня уже был коронавирус? Как узнать и что делать?
    Симптомы Covid-19 разнообразны, и медленный подсчет зараженных во многих странах невольно наталкивает на мысль, что многие, возможно, уже переболели коронавирусом, даже не зная об этом
  2. Китайская экономика пошла на поправку, но по-прежнему остается в минусе
    Фабрики и заводы возвращаются к работе, однако скорость восстановления замедляют ограничительные меры Пекина, направленные на борьбу с потенциально возможной второй волной эпидемии, которая может прийти из-за границ Поднебесной
  3. Чудеса устойчивости
    Ситуация на финансовых рынках мира постепенно стабилизировалась. Мировые индексы оттолкнулись от дна и начали восстанавливаться, хотя волатильность остается высокой, и рост сменяется падением. Тем не менее, никаких признаков паники уже нет, и особенно на этом фоне относительной стабильностью выделяется российский рынок
Реклама