Ценный газ

Али Алиев
15 июня 2011, 19:10

Одно из наиболее ожидаемых событий XV Петербургского международного экономического форума (ПМЭФ) - подписание межправительственного соглашения и контракта на поставку российского газа в КНР, рассчитанного на 30 лет.

Иллюстрация: Эксперт Online
Подписание межправительственного соглашения и контракта на поставку российского газа в КНР – одно из наиболее ожидаемых событий XV Петербургского международного экономического форума

Председатель КНР Ху Цзиньтао в среду начинает государственный визит в Россию. Программа визита китайского лидера в Россию предусматривает его участие в Петербургском международном экономическом форуме, где он выступит на пленарном заседании 17 июня. В китайских СМИ председателя КНР называют «главным почетным гостем» ПМЭФ, подчеркивая, что китайский руководитель выступит с «важной речью».

Как ожидается, во время ПМЭФ будут подписаны документы о сотрудничестве между российскими и китайскими компаниями, в частности, соглашение по созданию российско-китайского совместного предприятия для освоения Огоджинского каменноугольного месторождения в Амурской области. Как ранее заявил посол РФ в КНР Сергей Разов, внешнеторговый оборот между Россией и Китаем по итогам 2011 года может достичь 70 млрд долларов против 59 млрд долларов в 2010 году.

Однако, без сомнения, главным украшением ПМЭФ станет подписание долгосрочного контракта по экспорту российского газа в КНР, переговоры по которому шли несколько лет. Юридически обязывающий документ по основным условиям поставок был подписан 27 сентября 2010 года. Он предусматривает западный и восточный варианты транспортировки газа: первый предполагает использование ресурсной базы Западной Сибири, второй – Восточной Сибири, Дальнего Востока и шельфа Сахалина. Базовым вариантом является западный, через газопровод «Алтай», строительство которого «Газпром» готов начать в середине 2011 года, а поставки по нему – в конце 2015 года. Вице-премьер Игорь Сечин сообщал, что западный маршрут будет реализован первым, объем поставок по нему составит около 30 млрд кубов газа в год, тогда как по восточному – 38 млрд кубометров.

Основным предметом споров было согласование формулы, по которой будет высчитываться стоимость газа. Стороны не раскрывали подробностей, но СМИ сообщали, что российский газовый монополист ориентировался на европейскую формулу, привязанную к стоимости нефти, что не устраивало китайскую сторону.

В ходе состоявшегося в конце мая этого года седьмого раунда энергодиалога стороны договорились практически по всем вопросам, за исключением этой формулы. Перед той встречей представители «Газпрома» говорили, что разрыв в предложениях по цене составлял менее 100 долларов, но окончательно договориться так и не удалось. В результате вице-премьер Игорь Сечин, курирующий российский ТЭК, пообещал, что «Газпром» и CNPC подготовят контракт к подписанию, которое должно состояться в ходе визита в Россию Ху Цзиньтао.

О том, что стороны всерьез намерены поставить точку в долголетнем споре, говорит и тот факт, что участие в состоявшемся 13-14 июня раунде переговоров принимал специально прилетевший в Москву президент CNPC Цзян Цземинь. И хотя официальный представитель «Газпрома» Сергей Куприянов ранее заявлял, что российский концерн намерен вести переговоры до тех пор, пока не получит цену, которая его устроит, и сроки в таком случае «не критичны», эти слова, скорее всего, были лишь способом в очередной раз «нажать» на несговорчивого партнера.

Инженер-эксперт Инжиниринговой компании «2К» Игорь Смирнов полагает, что в споре о цене на газ у КНР позиция, пожалуй, сильнее. «Газ не является основным энергоносителем в стране – на его долю приходится около 4% всего энергопотребления в Китае. В ближайшей перспективе это процент будет увеличен, но не глобально, – говорит аналитик. – Впрочем, даже в этом случае, по прогнозам, потребности КНР в газе к 2020 году составят порядка 300 млрд кубометров в год».

При этом, отмечает Смирнов, Китай активно инвестирует в газовую промышленность, что позволит ему самостоятельно покрыть две трети потребностей в газе. «КНР сегодня уже практически вытеснила Россию с газового рынка Средней Азии и часть потребности покрывает за счет поставок газа из этого региона, – напоминает аналитик. – Также в стране развиваются и терминалы по разжижению газа, за счет которых страна сможет активно сотрудничать с рынком СПГ на Ближнем Востоке. В результате острого дефицита в газе КНР испытывать не будет. Поэтому Китай не готов соглашаться на российские условия (цену) по поставкам газа».

В то же время, по мнению Игоря Смирнова, России, кроме как в Китай, газ Восточной Сибири продавать некуда. «В Европе рынок уже занят, и рассчитывать на увеличение доли РФ сможет лишь за счет снижения цен – то есть те же условия, что и в случае с Китаем, – полагает он. – Сжижать газ также выйдет очень дорого – подача газа до побережья плюс сжижение и дальнейшая транспортировка сделают этот газ очень дорогим. Азия сама добывает достаточно газа, к тому же более дешевого».

Таким образом, считает аналитик, в данных условиях соглашение наиболее вероятно за счет уступок РФ. «Китай уже сделал уступку России, согласившись на российские условия поставок нефти, и оплатил образовавшуюся задолженность. Видимо, теперь КНР ожидает ответа России», – говорит Смирнов.

Отметим, что все эти годы, пока шли переговоры, ситуация напоминала положение, при котором продавец имеет что продать, но не особо заинтересован в продаже, а покупатель не против, в принципе, купить, но не особо нуждается в покупке. Впрочем, с этим не согласен Роман Беседовский, управляющий фондом «Финам нефтегаз», по словам которого Россия очень заинтересована в диверсификации своих поставок газа по направлениям.

«Во-первых, это сделает бизнес „Газпрома” менее зависимым от европейского рынка и всевозможных сюрпризов со стороны западных контрагентов, – говорит аналитик. – Последние очень напуганы своей зависимостью от российских поставок и стремятся ее преодолеть любой ценой, даже в убыток себе, ввязываясь во всевозможные прожекты вроде газопровода Nabucco». И если у «Газпрома» появится более надежный потребитель на Востоке, это, по мнению Беседовского, придаст большую уверенность позициям компании при переговорах, в том числе и о допуске на внутренние рынки стран ЕС, где формируется основная прибыль.

«Во-вторых, поставки в КНР Россия сможет осуществлять напрямую, не ставя себя в зависимость от транзитеров, – продолжает аналитик. – В-третьих, емкость европейского рынка конечна, поэтому только расширение географии поставок даст надежду на качественный рост. Если для наращивания поставок в США и страны Тихоокеанского региона требуются серьезные вложения в терминалы СПГ, то в Китай можно качать газ просто по трубам. В-четвертых, поставки газа в Китай позволят улучшить взаимный торговый баланс. И, наконец, газ с тех же месторождений Восточной Сибири, когда они выйдут на полную мощность, поставлять в Китай просто ближе, а значит, и дешевле. А освоение этого газового бассейна сейчас один из немногих экономических драйверов развития российского Дальнего Востока».

В то же время для Китая российский газ – отличная возможность снизить свою зависимость от поставок нефти, в первую очередь из Персидского Залива, где ситуация в последнее время становится все более напряженной. Кроме того, отмечает Беседовский, поставки российского газа позволят решить проблемы наращивания энергопотребления в северной части страны, экономический рост которой сдерживается в том числе и сложностью и дороговизной доставки углеводородов. «Но поскольку обе стороны понимают, как важна сделка для контрагента, то пытаются выжать партнера по максимуму, обеспечив себе наилучшие условия контракта», – считает он

Григорий Бирг, аналитик «Инвесткафе», напоминает, что контракт с CNPC необходим «Газпрому», так как от этого зависит строительство трубопроводов, общая мощность которых составит 68 млрд кубометров к 2017 году. «И несмотря на то, что вряд ли трубопроводы будут изначально полностью загружены, они дают „Газпрому” доступ на важнейший рынок Китая. Рынок газа в Китае перспективен, потому что энергетические потребности страны постоянно растут колоссальными темпами, зачастую опережающими темпы роста добычи отдельно взятыми странами – производителями углеводородных ресурсов, – говорит аналитик. – Ожидается, что потребление газа в 2011 году вырастет более чем на 20% до 130 млрд кубометров, а к 2020 году достигнет 230 млрд кубометров. В этой связи Китаю необходимо не только диверсифицировать источники потребления газа в страну, но и заключать контракты на долгосрочной основе».

«Я считаю позицию российской стороны обоснованной, но думаю, что для того, чтобы заключить контракт с Китаем, „Газпрому” придется пойти на некоторые уступки», – полагает Григорий Бирг. «На рынке всегда два дурака – один дорого покупает, другой дешево продает, – отмечает Роман Беседовский. – Долгосрочно тренд на рост мировых цен на углеводороды, по нашим прогнозам, сохранится. С учетом долгосрочных вложений, которые потребуются российской стороне для начала поставок в КНР, ее позиция более уязвима для рисков, поэтому логично опираться на российские оценки. Если в будущем мировые цены снизятся или Китай найдет другие источники поставок, то он всегда сможет продавить российскую сторону на снижение цен. Российская сторона, имеющая большой опыт подобных переговоров, полученный во взаимоотношениях с европейцами, стремится заложить все эти риски в модель взаимоотношений».

Возможно, «Газпром» несколько упустил время и инициативу в переговорах по газу с КНР, поскольку за последние пять лет у китайцев появились новые мощные источники для импорта – СПГ из Катара, газопровод из Казахстана и Туркмении. «Поставки из Туркмении так или иначе рано или поздно начались бы – Китай так же стремится расширить число поставщиков, как мы – число потребителей, – говорит Роман Беседовский. – Поставки из Туркмении начались не на пустом месте и не по мановению волшебной палочки – в условиях длительной стратегической игры начало этих поставок годом раньше или годом позже не носит принципиального характера».

Однако поставок из Туркмении, по мнению аналитика, ни в коей мере не достаточно для того, чтобы удовлетворить потребности КНР, так что актуальности поставок из России запуск этого канала не отменяет. «В определенном смысле китайско-туркменский проект даже сыграл на руку российской стороне – возможности Туркмении по наращиванию добычи достаточно скромны, а начало поставок в Китай снизит давление туркменского газа на европейский рынок, в том числе и в качестве потенциального заполнения все для того же Nabucco».