Лекции Младена Долара и Славоя Жижека в Санкт-Петербурге

Фото: Екатерина Оде

Состоявшиеся в августе 2012 года в Европейском университете Санкт-Петербурга выступления Младена Долара и Славоя Жижека в очередной раз подтвердили правоту Мишеля Фуко, указавшего на отличительную черту психоанализа: будучи основанным на текстах одного человека, Фрейда, психоаналитический дискурс рождает на свет совершенно разных аналитиков. Что общего между Доларом и Жижеком? Во-первых, они принадлежат одной лакановской школе. Во-вторых, школа эта возникла в Любляне, в социалистической Югославии. В-третьих, наследие Лакана осмысляется ими через философию Канта, Гегеля, Шеллинга. В-четвертых, и тот и другой настаивают на диалектическом материализме, и Маркс с Гегелем для них не менее важны, чем Фрейд с Лаканом. И, наконец, что их анализ нацелен на критику идеологии.

Младен Долар предложил слушателям детальный анализ двух понятий – «атом» и «клинамен». Не случайно Славой Жижек после выступления своего друга и коллеги задался вопросом, сколько раз нужно употребить слово, чтобы оно стало понятием. Анализ понятийного аппарата психоанализа и философии как раз и позволяет лучше увидеть то, как именно эти дисциплины могут формировать наше представление о мире. Пристальное чтение Лакана и Гегеля, Демокрита и Лукреция захватывает надолго. Доклад Долара был продолжением его выступления, состоявшегося полтора года назад в Смольном институте, когда он приезжал по приглашению Музея сновидений Фрейда при поддержке Европейского университета[1].

Чтение Долара способно поразить глубиной проникновения в тексты. Четкость и красота его мысли очевидны. В этом можно убедиться, прочитав его опубликованные по-русски статьи «С первого взгляда»[2], «Объекты Хичкока», «Зритель, который слишком много знал» и «Отец, который не умер окончательно»[3].

Выступая в Европейском университете, Младен Долар передавал аудитории свое восхищение различными формами атомизма. Доклад состоял из трех частей, каждая из которых была посвящена одному из подходов к понятию «атом»: Демокрита, Эпикура и Лакана.

«Атом» и его отклонение, «клинамен», появляются в рассуждениях Лакана в знаменитом XI семинаре. Причем в один из решающих моментов, когда он переходит от понятий бессознательного и повторения к понятиям переноса и влечения. Иначе говоря, в тот момент, когда на горизонте появляется объект а, тот самый объект, о котором не скажешь, что он есть, но и что его нет, тоже не сказать. «Объект а, – повторял вслед за Лаканом Младен Долар, – объективация ничто».

Славой Жижек 2.jpg Фото: Екатерина Оде
Славой Жижек
Фото: Екатерина Оде

Помимо Лакана фигурой, поляризовавшей дискурс Долара, был Гегель, что, конечно, предсказуемо. Ведь в конце концов речь идет о психоанализе, о Фрейде и Лакане, а значит, о мысли диалектической. Без Гегеля здесь не обойтись! Куда без его столь же головокружительной, сколь и психоаналитической мысли о том, что неделимым является не атом[4], а само разделение!

Принципиальным был самый первый вопрос Младена Долара, предваряющий три истории атома: каков тот минимум, который необходим для начала философской мысли? Этот вопрос относился и к сегодняшнему дню, и к переломному моменту в истории Западного Логоса, случившемуся в VII веке до нашей эры. За первым вопросом Долара последовал второй: каков тот минимум, который необходим для лакановской мысли?

Эти вопросы не переставали звучать и на следующий день, когда выступал Славой Жижек, который начал с того, что два интеллектуала из Словении не дадут ответ на вопрос аудитории, что делать? Теория учит мыслить и задаваться вопросами о бытии, желании, субъекте. Ни Фрейд с Лаканом, ни Жижек с Доларом не дают ответы на вопросы читателей и слушателей, но учат мыслить, так, чтобы человек сам искал свои ответы на свои вопросы. Лакан с Гегелем и Марксом позволяют им подходить к любому событию культуры с позиций диалектического материализма. Вновь и вновь провоцируя мысль вопрошанием, они косвенно указывают и на один из самых страшных вопросов: почему человек хочет, чтобы ему кто-то дал готовый ответ, указывающий, как ему жить и что ему делать? Почему человек обращается к другому, к авторитету политика или психолога, ожидая от них решения своих проблем? Не идет ли речь в эпоху телемедиакратии о торжестве интерпассивности?[5]

В своем выступлении Жижек, в отличие от Долара, не прибегал к заранее проработанному тексту, а предавался свободным ассоциациям. Не будет преувеличением сказать, что он был анализантом невидимого психоаналитика, место которого отчасти занимала аудитория. Мысль Жижека, нацеленная на критику идеологии позднего капитализма, свободно парила от нейробиологии к Гегелю, от него к историям из жизни югославской армии и далее к Паскалю, от которого возвращалась к непристойной изнанке господского дискурса.

Жижек – потрясающий оратор. Неудивительно, что после Лакана он первый, кому удается собирать огромные аудитории по всему свету, в Шанхае и Нью-Йорке, Берлине и Санкт-Петербурге. Нет ничего странного, что Жижек сегодня – это уже не просто серьезный интерпретатор Лакана, а самостоятельный и чуть ли не самый влиятельный мыслитель в мире. В начале XXI века уверенно можно говорить о «жижековедении», ведь одна за другой выходят диссертации, статьи и книги о нем.

Хоть хохот от фонтана остроумия Жижека и не смолкал в переполненном зале в течение трех часов, его выступление ни в коем случае не было развлекательным шоу. Анекдот или политическое событие – лишь повод для диалектического анализа так называемого постидеологического капитализма. Жижек – образец постоянной психоаналитической нацеленности на пересечение фантазма реальности. Не случайно его называют теоретическим активистом. Своей речью, своим письмом он борется за права мысли в поле сегодняшнего безмыслия.

 


[1] Этот доклад, «Гегель и Фрейд», можно прочитать в Кабинете «Я». СПб.: «Скифия-принт», 2012.

[2] Истории любви (серия «Лакановские тетради»). СПб.: «Алетейя», 2005.

[3] Эти три статьи из сборника «То, что вы всегда хотели знать о Лакане (но боялись спросить у Хичкока)». М.: «Логос», 2003.

[4] Атом по-гречески «неделимый».

<small>

[5] См. Жижек С. Интерпассивность (серия «Лакановские тетради»). СПб.: «Алетейя», 2005.

Новости партнеров




Масло выведут «под арбитраж»

Пока власти определяются со сроками введения нового норматива для растительных масел, крупные масложировые холдинги в срочном порядке изыскивают средства на модернизацию. Путь, который ЕС проходил в течении 14 лет, российский бизнес должен пройти максимум за пять лет

«Два с половиной миллиарда бюджетных денег на катание ржавых бочек и веселых студентов»

Российский биоокеанолог, академик РАН, заместитель директора Института океанологии имени П. П. Ширшова Михаил Флинт — о том, почему арктический регион является зоной повышенного риска и требует пристального внимания российских ученых

«Эксперт Северо-Запад» начал прием заявок на премию «Эксперт года-2020» 18+

Станьте экспертом года в одной из 20 отраслевых номинаций. Подайте заявку на бизнес-проект, общественную или культурную инициативу — и получите признание делового сообщества. Совет премии по доброй традиции возглавил Михаил Пиотровский

РСХБ удвоил поддержку птицеводов-экспортеров

В прошлом году Россельхозбанк выдал экспортерам мяса птицы около 56 млрд рублей, это более чем вдвое превышает показатели 2018 года

«В гонке онлайн-банков мы догнали лидеров»

Председатель совета директоров СКБ-банка Александр Пумпянский — об оптимальной доле онлайн-операций, затратах на онлайн-банкинг и будущем цифрового банкинга
Новости партнеров

Tоп

  1. У меня уже был коронавирус? Как узнать и что делать?
    Симптомы Covid-19 разнообразны, и медленный подсчет зараженных во многих странах невольно наталкивает на мысль, что многие, возможно, уже переболели коронавирусом, даже не зная об этом
  2. Китайская экономика пошла на поправку, но по-прежнему остается в минусе
    Фабрики и заводы возвращаются к работе, однако скорость восстановления замедляют ограничительные меры Пекина, направленные на борьбу с потенциально возможной второй волной эпидемии, которая может прийти из-за границ Поднебесной
  3. Коронакризис сдувает пузыри. И накачивает новые?
    Мир столкнулся с очередным финансовым и экономическим кризисом. Коронавирус нового типа стал классическим «черным лебедем», предсказать который не мог никто. Однако было много тех, кто был уверен, что рано или поздно кризис наступит, а финансовые рынки рухнут
Реклама